USD
58,7799
EUR
69,3425
 

Ничего своего

Почему премьер-министр оказался объектом благотворительности
13 Марта 2017 | Алексей Водолазкин
Ничего своего Дмитрий Астахов/ТАСС

Расследование Фонда борьбы с коррупцией (ФБК) против премьер-министра Дмитрия Медведева не стало и не могло стать поводом для официальных расследований, не привело и не могло привести к отставке главы правительства, однако позволило нам всем узнать об устройстве окружающей нас реальности. 

Мы знаем, что в России плохо защищена частная собственность, что ее легко отнять – с помощью бульдозера или с помощью уголовного дела. Все знают, что, как сказал один крупный начальник, не надо прикрываться бумажками о собственности, полученными жульническим путем. И теперь мы понимаем, почему так. Потому что высшие должностные лица страны не могут позволить себе пользоваться благами такого полезного изобретения человечества, как собственность.

В многочисленных расследованиях, которые уже публиковались и ФБК, и другими структурами, часто говорилось, что российским чиновникам или их родственникам принадлежат яхты, самолеты и офшорные компании. Однако первые лица российского государства в этих расследованиях никогда не упоминались. То же самое можно сказать и о знаменитом «панамском сливе» – до самого верха российской политической пирамиды брызги «панамагейта» также и не долетели. Можно сколько угодно рассуждать о «друзьях президента», но дружбу в официальных документах не зафиксируешь. 

Разумеется, первые лица страны должны осознавать, что за компроматом на них охотятся и активисты, и разведки зарубежных стран. Поэтому они крайне осторожны.

Глава государства, глава правительства или глава палаты парламента не может открыто владеть компанией. Но теперь в свете нового расследования ФБК становится понятно, как же в реальности могут складываться взаимоотношения между высокопоставленным российским политиком и бизнесом.

А именно: бизнес обязан содержать политика. Это что-то вроде общественной нагрузки. Кстати, именно на такие отношения намекает официальная версия уголовного дела экс-министра экономического развития Алексея Улюкаева – министр якобы поехал в «Роснефть» за «положенным содержанием». 

То, что мы видим в расследовании ФБК, – это не собственность премьер-министра или его родственников, не бизнес, даже не взятки в привычном смысле слова. Это система натуральных доходов – в виде яхт, поместий и дворцов, – которые обеспечивают крупные корпорации премьер-министру и его семье. 

В сущности, премьер-министр является по отношению к бизнесу объектом благотворительности.

Ведь не офшоры, а благотворительные фонды и некоммерческие организации владеют той собственностью, которой пользуется глава правительства.

Роскошная собственность, находящаяся в распоряжении Медведева, принадлежит благотворительным фондам, носящим весьма изобретательные названия – «Дар», Фонд поддержки социально значимых государственных проектов («Соцгоспроект») и Фонд за сохранение культурного и исторического наследия.

Все эти фонды связаны с однокурсником главы кабинета – топ-менеджером Газпромбанка Ильей Елисеевым. Директор фонда «Соцгоспроект» – еще один однокурсник Медведева, Алексей Четвертков. У Медведева есть имения на Рублевке, в Сочи, Плесе, на родине его предков в деревне – Мансурово Курской области. Кстати, в Мансурово Медведев возвел и часовню. Также в его распоряжении две яхты «Фотиния» (греческий вариант имени Светлана). 

Илья Елисеев возглавляет совет директоров агрокомплекса «Мансурово», на который записана резиденция в Курской области и обе яхты. Которые видели в резиденциях Дмитрия Медведева. «Кроссовочный след» показал, что, заказав себе со своего частного аккаунта в Gmail найковские кроссовки и рубашки, Медведев просил доставить их на адрес одного из «благотворительных» фондов.

Фонды близких к Медведеву людей получали пожертвования от богатейшего российского предпринимателя Леонида Михельсона, а также кредиты Газпромбанка (где работает Илья Елисеев) и «Башнефти». На деньги Михельсона реставрировали резиденцию в Плесе, на деньги «Башнефти» купили особняк в Санкт-Петербурге, на деньги Газпромбанка – одну из яхт. В расследовании говорится, что связанные с фондами компании переуступали кредиты друг другу. Были ли деньги в итоге возвращены, неизвестно. По оценке Навального, общая сумма кредитов и пожертвований от олигархов в фонды, которыми управляют однокурсники Медведева, составляет 70 млрд руб. ($1,2 млрд). «Единственными получателями этой благотворительности стали Медведев и его родственники», – заявляет Навальный в видео.

Это характерная особенность российской власти начиная с советского времени: правитель может жить буквально как султан, но лично ему не принадлежит ничего.

Пользоваться султанской роскошью он может только до тех пор, пока пребывает в должности.

Именно поэтому власть в России стремится быть несменяемой. Капитал можно забрать с собой, но благотворительную помощь оказывают, только пока ты в силе. И агентство Bloomberg указывает, что медведевское окружение в случае смены власти может потерять все. 

«Это дает им прекрасное основание находиться у власти как можно дольше», – пишет Bloomberg. Но эти же основания есть не только у медведевского окружения.

Безусловно, речь идет о сильнейшем конфликте интересов, ибо, финансируя странные благотворительные фонды, бизнес оказывается в особо близких отношениях с высшей властью. 

Ну и, конечно, всех беспокоит вопрос: является ли расследование ФБК симптомом изменений в судьбе премьер-министра. С одной стороны, сами по себе факты не значат ничего, задача премьера – быть слабым и смешным, чтобы не затмевать президента, но, с другой стороны, после президентских выборов всегда меняют правительства. А это может пробудить надежды у многих карьеристов.

Сергей Марков, генеральный директор Института политических исследований, выразил уверенность, что структуры Навального помогали обрабатывать материалы, полученные «из других источников, которые атакуют Медведева». По его словам, «это могут быть политические фигуры, желающие замены премьер-министра». Политологу вторит экс-депутат Госдумы Ольга Алимова, считающая, что расследование оппозиционера стало частью большой политической игры, санкционированной сверху.

«Считается, что в последнее время положение Медведева несколько пошатнулось – и это произошло еще до появления фильма. Обострилась борьба за кресло премьера: есть несколько человек в верхних эшелонах власти, которые претендуют на него. Кроме того, у Дмитрия Анатольевича есть давнишние недоброжелатели, очень мощные и влиятельные, которые по мере сил ведут против него борьбу. Все это, подчеркиваю, совсем не означает, что эти люди являются, как у нас говорят, заказчиками», – рассуждает профессор МГИМО Валерий Соловей. 

По фамилиям возможных претендентов на кресло премьера российские политологи стараются не называть, но эксперт Центра Сулакшина Людмила Кравченко, ссылаясь на главу американского аналитического агентства Stratfor Джорджа Фридмана, указывает, что сегодня популярны Шойгу и Собянин, их популярность будет только нарастать, но если борьба развернется в стиле советского времени, то потенциальными претендентами на пост председателя правительства могут стать Сергей Иванов и Николай Патрушев. 

Что же касается доверия фактам, которые сообщил Алексей Навальный, пока достаточно и того, что никто не стал опровергать их по существу, напирая исключительно на то, что Навального не надо слушать, поскольку он «уголовник» и ведет предвыборную кампанию, а многие данные уже публиковались раньше. Как сказал в этой связи писатель Даниил Гранин, «Д.А. Медведев, очевидно, так занят своими делами, что приходится верить невероятному досье, опубликованному Алексеем Навальным».