USD
57,5600
EUR
67,5985
 

Лекарства охраняются государством

Как уменьшается конкуренция на фармацевтическом рынке
05 Декабря 2016 | Константин Фрумкин
Лекарства охраняются государством Артем Костюкевич

Российская фармацевтическая промышленность растет как на дрожжах, однако на прилавках российских аптек по-прежнему доминируют препараты зарубежных брендов. 

Отечественные производители резко увеличивают свою долю, но прежде всего – в сфере госзакупок. Для этого государство специально защищает их от конкуренции. 

В ближайшее время для участия поставщиков импортных лекарств в госзакупках появятся новые препятствия. В публичных дискуссиях их уже нарекли трехступенчатой системой защиты, имея в виду, что импортному фармпрепарату даже просто для участия в государственном тендере надо будет пройти два предварительных фильтра. 

Первый фильтр появился в конце прошлого года: постановлением правительства был введен принцип, получивший наименование «третий лишний». Суть его в том, что если в тендере участвуют хотя бы два российских препарата, то заявки с импортными препаратами автоматически отклоняются. 

Новая трехступенчатая система призвана стимулировать производство лекарственных субстанций на территории нашей страны. В проекте нового правительственного постановления предлагается следующее правило: если в тендере на госзакупки лекарств участвует препарат, субстанция для которого синтезируется в России, то этот препарат побеждает, независимо от того, какими качеством и ценой обладают его соперники. Принцип локализации производства торжествует над всеми остальными – включая здравый смысл. 

Победа лоббистов

Хотя проект «трехступенчатого постановления» был предложен министерством промышленности и торговли, сама идея появилась не у чиновников. Еще в мае проект трехступенчатой защиты был представлен общественности как инициатива Национальной иммунобиологической компании («Нацимбио») – «дочки» госкорпорации «Ростех». «Трехступенчатая конструкция, инициатором которой выступила «Нацимбио», может сильно изменить рынок: наряду с такими положениями, как уже известное всем правило «Третий лишний», оно станет действенным механизмом снижения зависимости от импорта лекарственных препаратов», – пообещала заместитель генерального директора по стратегическому развитию «Нацимбио» Ксения Андреева. В правительстве согласны с таким вектором. «Мы благодарны зарубежным компаниям, которые приходят в Россию с передачей технологий, но нам важно, чтобы это был полный цикл производства – начиная с субстанции», – заявила в июне этого года министр здравоохранения Вероника Скворцова. 

Но независимые эксперты относятся к означенной инициативе, скорее, отрицательно. Так, ведущий научный сотрудник Национального научно-исследовательского института общественного здоровья им. Н.А. Семашко Елена Тельнова утверждает, что в результате закупать будут не то, что нужно, а то, что предложат компании, получившие преференции. Исполнительный директор Ассоциации международных фармацевтических производителей (AIPM) Владимир Шипков добавляет, что система приведет к монополизации и переделу рынка между несколькими производителями. 

Экспертный совет при правительстве РФ уже направил на имя министра по делам «Открытого правительства» Михаила Абызова свое отрицательное заключение с просьбой еще раз взвесить все риски. «Очевидно, что предлагаемые меры необоснованно повышают затратную емкость лекарственного обеспечения в стране и могут привести к увеличению нагрузки на бюджет», – говорится в экспертном заключении, которое от имени совета подписала директор Института экономики здравоохранения Высшей школы экономики Лариса Попович. В заключении утверждается, что, с учетом объема российского рынка, себестоимость и цена закупки локальной продукции полного цикла будет выше, чем в случае приобретения субстанции у специализированной цепочки международных производителей. Член совета, генеральный директор сети клиник «Доктор рядом» Владимир Гурдус отмечает, что от локализации производства субстанций отказалось большинство стран, 90% производства сейчас приходится на Китай и Индию. ФАС и ассоциации пациентов также против данного постановления.

С большой вероятностью, экспертное сообщество не сможет остановить инициативу «дочки» «Ростеха», продвигаемую чиновниками Минпромторга. Во всяком случае, аналогичная прошлогодняя история с правилом «Третий лишний» кончилась победой лоббистов, в результате, как считает Владимир Гурдус, затраты бюджета уже выросли. 

В качестве примера эксперты приводят проведенный в марте–апреле конкурс Минздрава на закупку противоракового ритуксимаба на общую сумму 2,56 млрд руб. Участниками конкурса были компании «Фармстандарт» с локализованным препаратом швейцарской фирмы Roche, российский «Биокад» с дженериком ритуксимабом собственной разработки и «Р-фарм» с аналогичным препаратом производства индийской фирмы Dr. Reddy’s. «Р-фарм» по правилу «Третий лишний» был снят с аукциона. Тендер выиграл «Биокад», запросивший 2,516 млрд руб., между тем как «Р-фарм» предлагал 2,503 млрд руб. Принцип «Третий лишний» обошелся бюджету в лишних 13 млн руб. 

Но, как заявил «Ко» по поводу и принятого, и готовящегося постановлений медицинский директор компании «Нацимбио» Александр Власов, «эти меры очень важны, так как распределяют госзаказ по российским производителям, позволяя тем самым им решать задачи по импортозамещению, увеличению количества рабочих мест и развитию отрасли в целом, начиная от научных разработок». Сегодня российские фармпроизводители вкладывают в исследование лекарств миллиарды: например, в 2015 г. «Биокад» Романа Абрамовича вложил 1 млрд руб., а «Р-фарм» Алексея Репика – 3 млрд руб.

Проекты ждут

Готовящаяся трехступенчатая конструкция должна стать своеобразной гарантией окупаемости для тех проектов по производству фармацевтических субстанций, которые планирует реализовать «Нацимбио». Компания уже объявила о запуске двух проектов полноциклового производства антиретровирусных препаратов совместно с индийской фармацевтической компанией Cipla и российским разработчиком «Химрар», подконтрольным семье бизнесмена Андрея Иващенко (выпускник Физтеха Иващенко создал эту компанию еще в 1995 г., имея опыт работы в компьютерной отрасли). Как заявил глава «Ростеха» Сергей Чемезов, реализация двух намеченных проектов позволит к 2019 г. полностью обеспечить потребность российских пациентов в препаратах для лечения ВИЧ и вирусных гепатитов, причем суммарный объем инвестиций в проекты составит около 4 млрд руб. Совместно с Cipla уже в 2017 г. завершится строительство предприятия, куда будет вложено 3,3 млрд руб.

Фармацевтическая «дочка» «Ростеха» – компания сравнительно небольшая, но удивительно быстро растущая. По итогам 2015 г. ее выручка более чем удвоилась, превысив 7 млрд руб., а согласно озвученным Сергеем Чемезовым планам, к 2020 г. она должна достигнуть 50 млрд руб. 

Объективно о коммерческих интересах «Ростеха» в сфере фармапроизводства заботятся два министерства. Минпромторг продвигает все новые преференции для отечественных производителей при госзакупках лекарств, а Минздрав способствует наделению «Ростеха» особыми статусами фактически монопольного поставщика, а также пытается увеличить количество выделяемых на закупку лекарств государственных средств.

Сейчас «Ростех» инвестирует в производство препаратов против ретровирусов, и неудивительно, что в июле 2015 г. руководитель «Ростеха» Сергей Чемезов попросил президента Владимира Путина сделать «Нацимбио» единственным поставщиком лекарств против ВИЧ, туберкулеза и гепатитов для государственных нужд. Президент предложил правительству рассмотреть эту возможность, но, по каким-то причинам, пока этот вопрос отложен. 

Зато «Нацимбио» удалось получить три другие очень важные привилегии. Во-первых, в 2014 г. правительство утвердило «Нацимбио» единственным поставщиком лекарственных препаратов и медицинского оборудования для Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН) в 2014–2016 гг. (это минимум 3,4 млрд руб.). В 2015 г. при непосредственном содействии министра здравоохранения Вероники Скворцовой «дочка» «Ростеха» стала единственным поставщиком российских вакцин для календаря прививок (этот рынок оценивают в 3 млрд руб. в год). И наконец, летом нынешнего года «Нацимбио» обзавелся новым титулом – единственного поставщика препаратов крови. 

Для реализации последней функции «Нацимбио» уже затеяла грандиозные проекты: например, в Кирове «Ростех» достраивает завод препаратов крови «Росплазма». Федеральное медико-биологическое агентство уже вложило в этот проект 6 млрд руб., но построить завод не смогло – по официальной версии, из-за некомпетентности и мошенничества немецкого генподрядчика Glatt Ingenieurtechnik. В 2016 г. распоряжением Дмитрия Медведева «Росплазму» передали «Ростеху». В качестве источника технологий в кировский проект привлечена итальянская компания Kedrion Biopharma. Кроме того, в Минске «Ростех» приобретает белорусско-нидерландское предприятие «Фармлэнд». Согласно озвученным данным, на два эти проекта будет потрачено 5,5 млрд руб., а статус единственного поставщика является хорошей гарантией возврата инвестиций. 

Александр Власов отмечает, что сегодня можно выделить три главные задачи Министерства здравоохранения: импортозамещение, централизация закупок и практика единых поставщиков. «Эти меры позволяют снижать стоимость препаратов, наращивать объемы закупок и, как следствие, охватить терапией, поддерживать отечественного производителя и помогать ему развиваться. Ведь наделение статусом единого поставщика гарантирует производителю возможность сбыта его продукции и, следовательно, окупает вложения в развитие линий и наращивание производственных объемов», – уверяет Александр Власов.

Новые деньги

Что любопытно, своим статусом монопольного поставщика «Ростех» часто пользуется, не имея собственного производства, например, как утверждают в Фонде борьбы с коррупцией, поставки препаратов для ФСИН в основном осуществляются путем обычной перепродажи продукции других поставщиков. Именно этим можно объяснить, что по итогам 2015 г. прибыль «Нацимбио» выросла в 20 раз, причем значительную ее часть составляют ретробонусы от поставщиков. 

Статус единственного поставщика средств от СПИДа и гепатита «Ростеху» пока еще не присвоен, но зато не в последнюю очередь благодаря усилиям Минздрава бюджетные ассигнования на закупку лекарств от СПИДа увеличились. Выделения этих денег добилась министр Вероника Скворцова, которая в конце прошлого года направила премьер-министру Дмитрию Медведеву сигнал тревоги: число ВИЧ-инфицированных растет в геометрической прогрессии, а лекарства доступны менее чем четверти из них. Выделение двадцатимиллиардной суммы министр Скворцова назвала лишь первым шагом.

В ближайшие несколько лет российские производители лекарств благодаря усилиям Минздрава могут получить еще один нерыночный источник финансирования – так называемое лекарственное страхование. Суть его в том, что обеспечение больных лекарствами по определенному списку войдет в перечень услуг, оплачиваемых в рамках обязательного медицинского страхования (ОМС). Если эта система будет введена, то врачи смогут выписывать определенные препараты больным бесплатно, точнее, за счет средств страховых компаний.

Как заявила Вероника Скворцова, ее ведомство разрабатывает несколько вариантов системы лекарственного страхования. Внедрить эту модель планируется в 2019 г., когда запланированный рост тарифа отчислений в фонд ОМС позволит покрыть расходы на реализацию проекта.

Очень велика вероятность, что в систему бесплатных рецептов смогут попасть только лекарства отечественных производителей. Во всяком случае, министр промышленности и торговли Денис Мантуров фактически пообещал Минздраву поддержку именно на таких условиях. «Мы готовы отработать эту повестку с Минздравом и поддержать эту инициативу, чтобы наши предприятия могли произвести ту номенклатуру, где есть запрос у Минздрава», – сказал он. 

Ведомства пока не раскрывают, сколько нерыночных денег отечественные производители получат благодаря системе лекарственного страхования, но эксперты говорят о сотнях миллиардов рублей. Например, директор Центра социальной экономики Давид Мелик-Гусейнов называет цифры в диапазоне от 156 до 500 млрд руб. 

По-видимому, эти средства будут получены за счет увеличения взносов в ФОМС. Согласно одному из попавших в прессу вариантов реформы, ставки отчислений в ФОМС могут быть повышены с 5,1% до 5,9% от фонда заработной платы, что даст дополнительно 150–200 млрд руб. Параллельно с 2018 г. будет отменена льготная ставка отчислений в ФОМС для определенных категорий предприятий, к тому же, Минтруд активно продвигает идею взимания взносов в ФОМС с неработающих граждан. Не будет большим преувеличением сказать, что ради интересов отечественных фармпроизводителей вводятся дополнительные налоги. 

Российские партнеры

Разумеется, нельзя утверждать, что от инициатив Минздрава выгоду получает один только «Ростех». Главное заключается в том, что в российской фармацевтике создается мощный нерыночный сектор. Он создается двумя путями: с одной стороны, государство выделяет огромные средства на закупку препаратов для больниц, льготников и спецучреждений, общий объем госзакупок лекарств в 2011–2015 гг. увеличился со 187 до 309 млрд руб. С другой стороны, уменьшается доступ к госзакупкам для иностранных производителей, которые и являются главными жертвами государственной политики. Одновременно российские производители получают по линии Минпромторга субсидии на разработку и запуск производства отечественных препаратов. Прежде всего это делается в рамках федеральной целевой программы «Фарма-2020» на которую в 2011–2015 гг. было выделено 50 млрд руб. 

«Введение указанных мер мотивирует иностранных производителей лекарственных средств и медицинских изделий размещать свое производство в России (посредством строительства нового завода или использования уже существующего производства по договору с российским партнером), чтобы получить для своих товаров статус произведенных в России и, тем самым – преимущество при госзакупках. В свою очередь, российские законодатели рассматривают возможность установления новых преференций для товаров, произведенных в нашей стране, чтобы усилить экономический эффект от инвестиций иностранных производителей в российский рынок», – отмечает Всеволод Тюпа, глава фармацевтической отрасли международной юридической фирмы CMS Russia.

Иногда иностранцы уступают место на тендерах создателям российских дженериков. Выходом для них является локализация производства. Собственные заводы уже построили или строят такие компании, как AstraZeneca, Teva, Novartis, Sanofi и GlaxoSmithKline. Но в большинстве случаев иностранным корпорациям нужен российский партнер с собственной производственной площадкой, с которым им и приходится делиться прибылью от госзакупок. 

Типичный пример – история с препаратом от склероза «Копаксоном», который на российский рынок долгие годы поставлял израильский концерн Teva. В нынешнем году израильтян вытеснил из тендера отечественный производитель «Ф-синтез» бизнесмена Олега Михайлова. После этого Teva сразу же нашла российского партнера для локализации производства противосклерозных препаратов, которым стала компания «Нанолек» – «дочка» «Роснано». «Роснано» также участвует в капитале компании «НоваМедика», производящей ряд медпрепаратов и объявившей о планах строительства завода совместно с Pfizer – общие инвестиции партнеров в проект должны составить порядка $100 млн. 

Вообще корпорация Анатолия Чубайса – один из бенефициаров политики импортозамещения. Недавний скандал с обысками в офисе «Роснано» и арестом мэра Переславля-Залесского был связан именно с локализацией производства препаратов против СПИДа, в которое «Роснано» вложило 1 млрд руб. Не стоит забывать, что на рынок препаратов против ВИЧ претендует «Ростех», который явно был заинтересован в том, чтобы убрать конкурента.

Поскольку рынок фармацевтики становится удобной площадкой для освоения бюджетных средств, в качестве совладельцев фармкомпаний сегодня фигурирует много известных персон, в том числе бывшие чиновники. Крупнейшие «локализаторы» производства импортных препаратов – «Р-фарм» президента «Деловой России» Алексея Репика и «Фармстандарт» Виктора Харитонина, причем последний связан с олигархом Романом Абрамовичем, с которым они совместно сегодня владеют фармакомпанией «Биокад». Среди бенефициаров компаний фармотрасли были замечены экс-сенатор Борис Шпигель («Биотек»), бывший заместитель министра здравоохранения и бывший топ-менеджер «Ростеха» Антон Катлинский («Форт»), бывшие заместители экс-министра промышленности и торговли Андрей Дементьев и Андрей Реус («Генериум»), бывший министр энергетики Сергей Шматко («Фармэко»).

На вопрос «Ко», какие именно российские компании смогли выдвинуться в сфере госзакупок, генеральный директор АО «Нижфарм», старший вице-президент Stada AG Дмитрий Ефимов ответил, что определенный прорыв стал заметен только в 2016 г. – во многом благодаря правилу «Третий лишний», в результате чего значительно увеличить свою долю рынка удалось компаниям «Ф-синтез» и «Биокад». «Значительно выросли также «Фармстандарт» и «Р-фарм», однако их рост во многом определен партнерскими проектами с компаниями big pharma по локализации производства», – уточнил он.

Оседлать волну

Участие столь значимых персон в капитале фармацевтических компаний понятно: эти люди хотят оседлать волну, поскольку под влиянием государственного протекционизма фармацевтическая промышленность растет как на дрожжах. За семь лет – с 2009-го по 2015 г. – объем производства в отрасли в рублях вырос в 2,4 раза, с 96 до 231 млрд руб. За один только 2015 г. прирост производства составил 26%. Правительству удалось в во многом перекрыть импорт лекарств, который за указанное семилетие уменьшился в полтора раза – с $13,1 до $8,8 млрд. 

Однако в результате возникла совершенно нерыночная отрасль, не умеющая честно конкурировать и, как ВПК, фактически зависящая от госзаказа. Ее существование в долгосрочном плане крайне уязвимо. Рост производства почти никак не отразился на росте фармацевтического экспорта.

И отдельный вопрос, как отторжение системой импортных фармпрепаратов скажется на качестве лекарств, достающихся российским больным. 

По мнению Александра Власова, нужно различать проблемы количества и качества препаратов – это разные темы; импортозамещение решает задачу количества в среднесрочной перспективе, а в долгосрочной перспективе – обеспечения нацнезависимости от иностранных препаратов. 

«Масштабная программа импортозамещения была принята в России в качестве ответа на санкции со стороны западных стран. В последние годы резко увеличилось количество производственных площадок в сфере здравоохранения, – отмечает адвокат коллегии адвокатов г. Москвы «Барщевский и партнеры» Шамиль Шихшаидов. – Очевидно, что нашей стране необходимо развивать отечественное производство лекарств и импортозамещение, но это не должно негативно отражаться на качестве оказываемой гражданам медицинской помощи. Преобладание исключительно российских производителей в медицине будет означать, что пациентов в больницах и льготников будут лечить отечественными лекарствами. Зарубежные медицинские препараты можно будет увидеть только в аптеках и частных клиниках. Ограничение на закупку импортных лекарств может негативно сказаться в первую очередь на качестве оказания высокотехнологичной медицинской помощи гражданам РФ». 

Негативное влияние на цены импортозамещения и ослабления конкуренции пока еще не слишком заметно, поскольку усиление протекционизма происходит на фоне ослабления рубля. Как заявила «Ко» глава евразийского подразделения компании Bosnalijek Валентина Бучнева, цены на импортные препараты сильно зависят от валютных колебаний, и локальные производители могут сдерживать увеличение цен, так как они в меньшей степени зависят от изменения валютного курса. 

Стратегически же озабоченность ростом цен приведет к тому, что в фармацевтической отрасли будет еще меньше рынка, поскольку государство возьмется регулировать и ценообразование. Для этого Минздрав – причем опять же в партнерстве с «Ростехом» – уже разрабатывает за 70 млн руб. систему мониторинга цен на лекарства по всей стране, которая в перспективе даст возможность устанавливать предельные цены на медикаменты в госзакупках. 

Минздрав, разумеется, заинтересован в экономии бюджетных средств и делает для этого все возможное, но у такого подхода есть и обратная сторона. «Политику Минздрава в сфере госзакупок можно упаковать в одну фразу: «Вылечим всех, но самыми недорогими препаратами». Иными словами, последние три года Министерство пытается ограничить перечень ЖНВЛП, который является основой для государственных закупок. Причина проста: бюджета не хватает даже на выполнение текущих обязательств», – отмечает Дмитрий Ефимов.

«На мой взгляд, в таких ключевых сферах медицины, как онкология и трансплантология, импортозамещение сегодня невозможно, – полагает Шамиль Шихшаидов. – Уверен, что ограничение поставок импортных лекарств в России будет способствовать локализации производства, но многие иностранные фармфирмы покинут российский рынок, поскольку не смогут работать с госсектором, что повлечет за собой остановку продаж их препаратов в аптеках, а также прекращение совместных клинических исследований и медицинских программ».