$ 75.75
 82.23
£ 93.23
¥ 69.64
 77.92
Нефть WTI 33.51
GOLD 1582.40
РТС 1008.85
DJIA 21181.48
NASDAQ 7201.80
мнения

100 рублей за доллар: что ждет Россию на нефтяном дне

10.03.202010:56
Фото: ТАСС Фото: ТАСС

Глобальная рецессия, эпидемия коронавируса и ценовая война Саудовской Аравии с Россией обвалили нефть. «Компания» расспросила экономистов и предпринимателей, почему Москва отказалась от сделки с ОПЕК и каким будет сценарий этого кризиса. Комментаторы разделились на две группы, одна из которых считает, что паника скоро пройдет, а вторая прогнозирует долгие годы дешевой нефти. Большинство считает отказ Москвы от сделки с ОПЕК ошибкой.

При цене 30 $ за баррель Россия потеряет от 1,5 до 9 % ВВП

  • Михаил Крутихин, партнер RusEnergy
«Рецессия в ряде стран наблюдается уже несколько кварталов подряд. В общем, это конец экономического цикла, и спад в потреблении энергии прогнозировался давно. Но его ускорили два фактора: коронавирус и осознание рынком того факта, что ОПЕК не может ничего сделать, чтобы отрегулировать цену.

Россия от участия в сделке ОПЕК+ за три года получила несколько триллионов рублей прибыли. Она не сокращала добычу, но делала устные заявления, что сокращает. Эти оральные интервенции какое-то время помогали поддерживать цены.

Судя по всему, мы отказались от сделки ОПЕК+, чтобы обвалить американцев и поставить в неудобное положение саудовцев, которым для сведения бездефицитного бюджета нужна цена в 75–80$ за баррель. То есть Россия якобы демонстрирует, что от нее все на рынке зависит и мы тут великая держава, которая всех поставила на колени. Это был неправильный расчет.

С американской сланцевой нефтью никто ничего поделать не сможет, по крайней мере из России. Это очень гибкая отрасль, которая научилась хеджировать риски и быстро восстанавливаться. Крупные компании вложили в сланец серьезные средства и отступать не намерены. Саудовцы при низких ценах возьмут объемами и заработают примерно столько же. А вот у России будут неприятности.

Если при 40 $ за баррель у нас около 70 % нефти считалось нерентабельной в добыче, то при нынешних ценах рентабельными останутся 15–20 %. Это означает ускоренное опустошение эксплуатируемых месторождений. Россия будет вынуждена откупорить свою кубышку. Неизбежны девальвация рубля и удорожание импорта, а Россия от него очень зависит. И, естественно, понижение благосостояния граждан.

Если верить министру финансов, при 30 $ за баррель Россия спокойно проживет три года. Говорят, даже шесть может прожить. Но вот передо мной "Бюджетный прогноз Российской Федерации до 2036 года", утвержденный в апреле 2019 года. И тут говорится, что при цене 30 $ за баррель, если она продержится один год, Россия потеряет 1,5 % ВВП. Если эта цена продержится три года, то будут потеряны 5 % ВВП. А если пять лет — то 9 %».

«Это кризис нового типа, кризис монетаризма»

  • Игорь Николаев, директор департамента стратегического анализа «ФБК "Грант Торнтон"»:

«Россия рассчитывала добрать снижение цены на нефть объемами ее экспорта и сделать нерентабельной добычу сланцевой нефти в США. Но мы сначала проспали сланцевую революцию, а теперь недооцениваем гибкость этой отрасли. Компании хорошо захеджированы, есть месторождения, где себестоимость добычи ниже 30 $ за баррель. В результате мы ударили больше по себе, чем по конкурентам.

Прогноз Минфина, что мы сможем прожить при таких ценах на нефть 6–10 лет, меня удивил, хотя я понимаю, откуда эти цифры. Это чисто бухгалтерский подход: 42 $ за баррель — цена отсечения, если нефть упала до 30–35 $ — значит, страна начинает жить за счет ФНБ. Его объем оценивается в 10 трлн руб. (хотя, по последним сведениям, там 8 трлн), посчитали текущие расходы бюджета и решили, что хватит на 6–10 лет. Но Минфин, похоже, не учитывает, что придется тратить миллиарды и триллионы на спасение банков, туроператоров. А это значит, 6–10 лет у нас в запасе нет.

Проблема еще и в том, что, несмотря на усилия по импортозамещению, сырьевая направленность российской экономики растет. Мы 20 лет слезаем с нефтяной иглы, но в итоге еще больше на нее залезли.

Какие отрасли у нас пострадают больше всего? Туриндустрия — это просто туши свет. Пострадают развлечения, сфера услуг. Хотя многое будет зависеть от лоббистских усилий. Очевидно, что банки будут спасать, их всегда спасают. В нефтянке за последние годы накопился достаточный жирок, хотя исполнять текущие обязательства компаниям будет трудно. Пострадает недвижимость: после многолетнего падения доходов населения еще и рубль упал, кто ее будет покупать?

Если бы Россия присоединилась к ОПЕК+, это могло предотвратить обвал и панику, но нефть все равно постепенно дошла бы до нынешнего уровня: мировой спрос на нее объективно падает, а тут еще коронавирус. Даже если ОПЕК и Россия договорятся, глобальная рецессия никуда не денется.

Быстрого отскока точно не будет. Прототип вакцины от коронавируса специалисты ожидают через четыре месяца, саму вакцину — через год. А если она появится — люди ведь не поедут сразу в Италию, в Иран, в провинцию Хубэй. И еще неизвестно, где будут новые очаги эпидемии. Значит, спрос на нефть быстро не восстановится.

У этого кризиса есть еще одна особенность — к нему оказались абсолютно не готовы мировые финансовые власти. Они привыкли подстегивать экономику снижением ставок, но в 2019 году Федрезерв три раза снижал ставку, и особого эффекта это не принесло. Это кризис другого типа, чисто монетарные методы здесь не работают».

Роснефть давно хотела увеличить добычу

  • Андрей Полищук, аналитик «Райффайзенбанка»

«Что двигало людьми на переговорах по ОПЕК+, я не знаю. Но очевидно, что мы очень сильно зависим от США, потому что они добывают уже 13 млн баррелей в сутки. И если так будет продолжаться, доля России на рынке сократится.

Падение цен снизит доходы наших нефтегазовых компаний — возможно, им придется экономить на капитальных вложениях. Но та же "Роснефть" будет наращивать добычу. У них добыча дешевле, активы очень качественные, много активов в стадии разработки. Они и до этого хотели увеличить добычу, но не могли из-за сделки ОПЕК+.

Падение цен ниже себестоимости добычи вряд ли возможно: lifting cost (стоимость извлечения нефти на подготовленных проектах) у "Роснефти" составляет около 3 $ за баррель, а в среднем по России — около 7 $. Поэтому в целом дефолтов на этом рынке ждать не стоит. Тем более что у всех российских нефтяных компаний низкая долговая нагрузка. Если такие цены продержатся год-два, ничего страшного. Но если 5–10 лет, то добыча в России начнет падать.

Низкие цены притормозят и развитие новых сланцевых проектов в США. Они более дорогие, у них период жизни — всего несколько лет. Поэтому американцев наверняка ждут банкротства небольших компаний. Но вопрос в том, что за годы дешевой нефти у них могут снова продвинуться технологии, и тогда себестоимость добычи опять упадет».

«Американцы могут субсидировать свой сланец бесконечно»

  • Дмитрий Александров, начальник аналитического департамента инвесткомпании «Универ Капитал»

«Рынки падают не только из-за саудитов, но и из-за коронавируса, иначе бы европейские индексы не снижались. Если они опустятся ниже 2600 по SNP, то и нефть упадет ниже. Есть ощущение, что где-то через месяц будет еще одно движение вниз — примерно до 27 $ за баррель. Отскок будет не ранее чем через квартал и связан будет тоже скорее с коронавирусом, чем с нефтяными договоренностями: если эпидемическая обстановка стабилизируется или найдут вакцину.

Договоренности с саудитами возможны только на новых, более жестких условиях. Но я не думаю, что Россия пойдет на это после заявлений, что она готова жить при 30 $ за баррель несколько лет. Кто дольше продержится? По чисто экономическим показателям — наверное, наши. Но есть и другие факторы. В Саудовской Аравии прошли аресты на самом высоком уровне, в России — новое правительство, новая Конституция, наверняка еще перестановки будут. С учетом этих факторов трудно сравнивать устойчивость.

Если наша цель — задавить американских сланцевиков, то низкие цены на нефть в мире должны продержаться минимум 1,5–2 года. Но не факт, что это поможет. В США довольно гибкое регулирование со стороны банков: сланцевые добывающие компании еще долго смогут брать кредиты, плюс многие компании хеджируются. В 2014 году, когда цены на нефть резко упали, мы увидели вместо банкротств в сланцевом секторе США реструктуризацию кредитов. Кроме того, если Трамп примет политическое решение, американцы смогут субсидировать свой сланец бесконечно долго. Как с ними бороться, если у тебя резервы 500 млрд $, а у них резерв долларов не ограничен?»

Нефтяная война опаснее коронавируса

  • Василий Коновалов, гендиректор и совладелец «Нью Рига Финанс Клаб»

«Я считаю, что коронавирус — явление временное, и в течение нескольких месяцев его удастся взять под контроль. Что касается рынка нефти, то я склонен считать ситуацию крайне серьезной. Скорее всего, она подешевела надолго, и это печально для экономики России.

Попытки объяснить всё тем, что наши государственные нефтяники желают вытеснить с рынка сланцевую нефть, крайне нелогичны. Большинство месторождений в России уже достаточно истощены, ей сложно оперативно нарастить добычу. При этом Саудовской Аравии сделать это в разы проще, и, скорее всего, она это сделает в течение месяца. Сланцевики, наверное, на длительное время выйдут из игры, но для нас это все равно что выстрелить себе в ногу.

При текущих уровнях нефти бюджет может оказаться дефицитным уже в 2020 году, и ресурсы ФНБ можно спалить очень быстро. Отсюда не только серьезные риски девальвации рубля, но и риски структурные, они будут касаться практически всех секторов экономики. У нас от энергоресурсов напрямую зависит 70 % ВВП, а остальные 30 % — опосредованно, потому что так или иначе продажа энергоресурсов — это фундамент, на котором выстроено все потребление страны.

Если Россия не вернется за стол переговоров, начнется энергетическая война за долю рынка, а война производителей всегда приводит к резкому снижению цены. В 2008 году мы пришли на уровень 30 $, от которого начали расти потом. В 2015-м была такая же картина. А вот сейчас, скорее всего, этот уровень не выдержит и может стать долгосрочным уровнем сопротивления — то есть нефть, вероятно, уйдет в диапазон 20–30 $. И может уйти надолго, потому что ее производство никто не будет ограничивать из-за демарша с нашей стороны. Поэтому, ну хорошо, с рынка уйдут сланцевики, а какие выгоды? Ну, придут 3 млн баррелей саудовской нефти, и мы борьбу за сбыт можем совершенно спокойно проиграть».

Пора вкладываться в оружие и электронику

  • Александр Тимофеев, доцент кафедры экономики РЭУ им. Г.В. Плеханова

«Речь идет о начале передела на нефтяном рынке. Saudi Aramco сообщила о намерениях в ближайшее время довести добычу нефти с текущих 9,5 млн баррелей до 12 млн. Рынок будут заливать нефтью, чтобы сохранить долю на нем. России надо выстоять, иначе выдавят.

Ликвидных средств в бюджете достаточно. Минфин давно спрогнозировал по предыдущим спекулятивным лавинам весь объем необходимой валюты для маневров и подготовил резервы. К тому же уже никто не отрицает огосударствление банковской системы и концентрацию 80 % активов преимущественно в пятерке самых крупных.

Большие игроки задумались, куда же вкладываться при таких падениях цены на нефть. Глобальный страх неопределенности может привести тому, что спрос на вооружение вырастет десятикратно. Можно ждать скрытое увеличение производства военно-промышленной техники сразу в нескольких странах. К сожалению, нельзя исключать, что слишком дешевая нефть и большое предложение вооружения могут спровоцировать появление новых очагов конфликтов.

Из "разумных" объектов для инвестиций на первом месте стоит электроника, от которой ждут "революции" и нового мирового экономического бума. Уже есть компании, предлагающие вкладываться в производителей электроники с 1 % доходности в день, что при большом количестве желающих инвестировать будет вполне реализуемо. Второе убежище — это металлы (металлургия, металлопрокат и золото)».