Белый орел над Киевом

20.12.200400:00

Польский президент Александр Квасьневский с нескрываемым удовольствием принимает участие в разрешении украинского политического кризиса. Квасьневский сумел посадить за стол переговоров непримиримых соперников Виктора Януковича и Виктора Ющенко. Тем самым Квасьневский записал на счет Польши еще одну дипломатическую победу и показал миру, что Польша имеет влияние в Восточной Европе.

 

Последние несколько лет Польша проводит внешнюю политику под лозунгом возвращения своего авторитета, потерянного за годы социализма. По словам ехидных недоброжелателей, гордые поляки пытаются «выпрыгнуть из штанов» и доказать всему миру, что Польша – это не «задворки Европы», а ее центр.

Исторический «комплекс неполноценности» возник у Польши в результате действий двух грозных соседей – Германии и России. Они на протяжении XVIIIXIX веков трижды делили Польшу (справедливости ради нужно отметить, что в этих разделах принимала участие также Австро-Венгрия). Эти события отложились в исторической памяти поляков, которые боятся немцев и не доверяют русским. Страшный сон польского правительства – пересмотр границ. Больше трети сегодняшней Польши составляют территории, отошедшие к ней после окончания второй мировой войны. Идеальный вариант отношений Польши и России еще в начале ХХ века сформулировал идеолог польского национализма Роман Дмовски: Россия должна быть достаточно могущественной, чтобы защитить поляков от немцев, но недостаточно сильной, чтобы вмешиваться во внутренние дела Польши.

 

Недолгий век Речи Посполитой

 

Польша до сих пор не может забыть о своем былом величии. В XVI и XVII веках белый польский орел распростер крылья «от моря до моря» – от Балтийского до Черного. В этот период польская дворянская республика Речь Посполитая была одним из ведущих европейских государств. После Люблинской унии с Литвой в 1569 году ее граница на востоке проходила примерно в 100 км западнее Москвы. В состав унии входили земли современной Прибалтики, Западной Украины и Белоруссии, площадь страны составляла 990 000 квадратных километров.

 

Правда, «золотой век» польской истории длился недолго. На востоке страну терзали восстания украинцев, которых поддерживала Россия. С северо-запада на Польшу в середине XVII века обрушились шведские войска. Начался «шведский потоп», о событиях которого рассказывают книги польского романиста Генрика Сенкевича. В результате Польша стала стремительно терять территории и влияние. Во второй половине XVIII века Польшу по инициативе прусского короля Фридриха Великого разделили между собой Пруссия, Австрия и Россия. Пруссия получила Варшаву и Познань, Австрия – Галицию. России достались украинские и белорусские земли вместе с евреями, которые до тех пор на территории Российской империи не проживали.

 

Впоследствии Пруссия, Австрия и Россия еще дважды перекраивали границы Польши, потерявшей свой суверенитет. Так, после разгрома Наполеона, в соответствии с решениями венского конгресса 1814-1815 годов к России отошла Варшава с окрестностями. Надо отдать должное полякам, они не смирились с угнетенным положением. Польша стала самой беспокойной провинцией Российской империи.

Возрождение польской государственности началось в конце первой мировой войны. Распад Едва став независимой, Польша попыталась расширить границы за счет соседей.

 

Варшавский «Прометей»

 

В начале XX века на политической арене появился Юзеф Пилсудский. В Польше Пилсудского считают национальным героем и сравнивают с де Голлем и Черчиллем. Примечательно, что сам Пилсудский поляком не был. Он был «литвином» – шляхтичем литовского происхождения.

 

Еще в 1904 году Пилсудский разработал план «Прометей», целью которого было полное уничтожение Российской империи и ее последующий раздел по этническому принципу.

 

Час Пилсудского пробил в 1918 году, когда он был объявлен Регентским советом в Варшаве главой независимой Польши. Известие это Пилсудский встретил в тюрьме в Магдебурге, куда его за сепаратизм посадили немецкие власти. По словам современников, Пилсудского выбрали главой нового государства лишь потому, что он «символизировал борьбу поляков за независимость».

 

«Таран против Советов»

 

Возглавив страну, Юзеф Пилсудский наделил себя широчайшими полномочиями. Новоявленный польский диктатор немедленно приступил к воплощению заветной мечты – восстановлению Польши в границах «от моря до моря». Пилсудский говорил о «федерации», в которую вошли бы Польша, Литва, Украина и Белоруссия. Разумеется, термин «федерация» использовался лишь для прикрытия, в реальности Пилсудский планировал колонизировать литовцев и восточных славян. Он считал, что на месте распавшихся империй может появиться новая – польская.

 

В 1920 году Пилсудский заключил договор с украинским бандитом и «борцом за независимость» Симоном Петлюрой. По условиям договора Пилсудский признавал Петлюру верховным правителем Украины. В обмен Польша получала украинские территории – Восточную Галицию, Западную Волынь и часть Полесья.

 

В апреле 1920 года польские войска под командованием Пилсудского начали наступление на Украину. Идею интервенции горячо поддержали страны Антанты – они, по выражению Ленина, рассматривали Польшу в качестве «тарана против Советской республики». Практически не встретив на своем пути сопротивления, поляки 7 мая заняли Киев. В ответ советские войска начали контрнаступление сначала в Белоруссии, а потом на Украине. Полякам удалось остановить советское наступление лишь на берегу Вислы.

 

По итогам войны в 1921 году был подписан Рижский договор, в соответствии с которым Польша получала западные земли Украины и Белоруссии. Подписание договора, разумеется, не означало, что польский маршал забыл о своей мечте: «Следуе и дальше поддерживать враждебные Советской России элементы – русские, украинские, белорусские и кавказские. Наши интересы на востоке не кончаются на линии наших границ», – заявил Пилсудский.

 

После украинской неудачи Пилсудский обратился к Литве. В октябре 1920 года бойцы Пилсудского захватили Вильнюс и Виленскую область – родину польского маршала. Захваченные территории просуществовали в составе Польши до 1939 года. Беспокойные соседи Польши – Германия и СССР заключили договор, вошедший в историю как пакт Молотова-Риббентропа, в соответствии с которым все польские «приобретения» на востоке отошли к СССР.

 

Пилсудский еще в начале 1930-х был обеспокоен укреплением Германии. В марте 1933 года он, встревоженный приходом Гитлера к власти, послал эмиссаров во Францию с предложением не ждать, пока Германия окрепнет и станет представлять угрозу Европе, а заранее нейтрализовать опасность. Польский историк Майк Оборски утверждает, что Пилсудский предлагал Франции оккупировать Рейнскую область, а для Польши требовал Данциг (Гданьск) и Восточную Пруссию. Французы отвергли предложения Пилсудского. В 1934 году Польша была вынуждена заключить с Германией договор о ненападении, который, впрочем, оказался филькиной грамотой – 1 сентября 1939 года гитлеровская Германия атаковала Польшу. Англия и Франция бросили Польшу в беде, и через несколько недель Польша как независимое государство вновь исчезла с карты Европы.

 

В марте 1945 года Польша была освобождена от гитлеровцев Красной армией и созданным при поддержке СССР Войском польским. Сбросив бремя немецкой оккупации и восстановив свой суверенитет, Польша попала в зависимость от СССР и в течение 40 с лишним лет – до конца 1980-х строила социализм по инструкциям, написанным в Москве.

 

Развал социалистической системы начался с Польши. Социалистический лагерь смог подавить антиправительственные выступления в Венгрии в 1956 году и в Чехословакии в 1968-м, но в конце 1980-х не смог справиться с гданьскими рабочими, объединенными в профсоюз «Солидарность». Организация создала прецедент – после того как она победила в Польше, зашатались просоветские режимы в Чехословакии, Венгрии, ГДР и в других странах социалистического содружества.

 

«Ничего не забыли, ничему не научились»

 

Спустя 80 лет после афер Юзефа Пилсудского амбиций у поляков не убавилось. Когда-то выдающийся французский дипломат Талейран сказал про аристократов, вернувшихся на родину после Великой французской буржуазной революции: «Они ничего не забыли и ничему не научились». Эти слова можно отнести и к современной польской элите. Сегодня польское правительство вновь строит грандиозные планы относительно своих соседей, в первую очередь, Украины. Польское руководство прилагает все усилия, чтобы оторвать Украину от России и сделать маленький, но шаг на пути к восстановлению «великой мечты» – Польши с границами от моря до моря.

 

Польско-украинские отношения последние несколько лет развиваются под знаком «искупления вины поляков за прошлые грехи». Польша старается «помириться» с украинцами и вернуть их в сферу своего влияния. На выполнение этой задачи были брошены «лучшие силы». Так, например, в рамках торжественного «примирения» на Украину приезжал папа римский Иоанн Павел II (поляк по национальности).

 

Кроме того, Варшава испытывает терпение Москвы, периодически заигрывая с чеченскими сепаратистами. Иными словами, Польша стремится играть весьма активную роль в восточноевропейском концерте, пренебрегая мнением «старших товарищей по Евросоюзу».

 

Эта политика вызывает откровенное недоверие у здравомыслящей части польского общества. Польские аналитики отмечают, что страна ведет абсурдную и противоречивую политику. На фоне ухудшения отношений Польши с Францией и Германией довольно оригинально смотрится претензия Польши на роль творца «восточного Евросоюза». Варшава убеждает Берлин в необходимости поддержать польский взгляд на украинские и белорусские проблемы, но одновременно требует у Германии военных репараций.

 

«Наша политическая элита не выработала продуманной и последовательной стратегии европейской политики. Наши лидеры не знают, каких и с какой целью Польше необходимо искать союзников в Европе. Для любого серьезного российского или западного политика немыслима публичная поддержка сепаратистских стремлений какого-либо народа в другом государстве только по причине собственных симпатий или антипатий. У нас же, что в голове, то и на языке. Можно сказать с уверенностью, что это не увеличивает шансов Польши на ведущую роль в формировании восточной политики», – пишет в своей статье в Gazeta Wyborcza Антони Подольски – бывший замминистра внутренних дел Польши, а ныне – один из руководителей влиятельного Центра международных отношений в Варшаве.

 

От пана Трумэна до пана Буша

 

В своей политике Варшава явно делает ставку на помощь Вашингтона. Оглядываться на США поляки стали не сегодня. Еще в конце 1940-х годов по Польше ходила грустная частушка: «Panie Truman, spusc ta bania bo tu jest nie do wytrzymania» («президент Трумэн, бросьте на нас бомбу, тут совершенно невозможно жить»). Как пишет известный американский историк польского происхождения (в США живет более 9 миллионов поляков) Марек Ходакевич, «уже давно польское общество твердо верит, что США являются лидерами свободного мира и спасти поляков может только Америка».

 

Однако американцы не всегда платили Польше взаимностью. Пока Польша была советским сателлитом, США интересовались Польшей лишь в контексте своих отношений с СССР. В начале 1990-х представители американской элиты признавались, что видят Восточную Европу «в виде большого комода с надписью «СССР», на одном из ящичков которого значится «Польша».

 

Американцы, как известно, не слишком сильны в географии и с трудом ориентируются на карте мира. Недостаток знания географии привел к конфузу в 1990 году. Когда первый президент «свободной Польши» Лех Валенса прибыл с визитом в США, американский госдепартамент «перепутал детали» и объявил о прибытии с официальным визитом «президента Чехии».

 

Кардинальные перемены в отношении США к Польше произошли в конце 1990-х годов в связи с расширением НАТО. Авторство идеи вступления Восточной Европы в Северо-Атлантический союз принадлежит Леху Валенсе. Вместе с президентом Чехии Вацлавом Гавелом и президентом Венгрии Арпадом Генцем он лоббировал идею создания на территории Восточной Европы «буферной зоны» между Россией и НАТО. В 1993 году на церемонии открытия музея Холокоста в Вашингтоне Валенса, Гавел и Генц по очереди отводили президента Клинтона в сторону и подробно объясняли ему, почему США заинтересованы в расширении НАТО. В результате США осознали, что приближение НАТО к границам России соответствует интересам Запада.

 

В Варшавском блоке Польша была второй по военной мощи страной после Советского Союза. После падения коммунистического режима и победы «Солидарности» Польша сумела не только сохранить свои вооруженные силы, но и существенно их модифицировать. Кроме этого, на руку полякам играло и расположение страны. Традиционно Польша считается воротами из Западной Европы в Восточную.

В итоге США оценили идею расширения НАТО на восток, и мечта Валенсы воплотилась в жизнь 12 марта 1999 года, когда Польша официально вступила в Северо-Атлантический союз.

 

Польская песня

 

Ныне польские политики хорошо знают уязвимые места европейской политики американцев, и пытаются играть на этих слабостях. После того, как глава Белого дома совсем рассорился с Францией и Германией из-за их отказа участвовать в иракской кампании, Америке срочно пришлось искать в континентальной Европе нового союзника. Таким союзником для США стала Польша. В своей любви к американцам Польша уникальна. Польское правительство поддерживает любую инициативу США. После 2001 года Польша оказалась единственной страной, в которой, на фоне общемирового роста антиамериканских настроений, любовь к Штатам только росла.

 

Польский контингент в Ираке уступает по численности только американскому и британскому. Правда, поляки сумели привнести в американскую военную операцию немного «славянского колорита». Американцы были вынуждены отправить из Ирака на родину группу польских офицеров за пьянство.

 

В украинском вопросе интересы Вашингтона и Варшавы вновь совпали. США под предлогом либерализации постсоветского пространства поддерживают «оранжевых», усматривая в их революционном порыве исключительно борьбу с бюрократией.

Эта позиция Соединенных Штатов горячо поддержана польскими союзниками американцев. Варшава увидела в украинском кризисе повод напомнить миру, что «еще Польша не погибла» и возможность обозначить на карте Восточной Европы зону своих политических интересов.