$ 73.88
 86.85
£ 96.06
¥ 69.60
 80.74
GOLD 1977.15
РТС 1008.85
DJIA 21181.48
NASDAQ 7201.80
мнения

«Карантинные ограничения могут продолжиться вплоть до вакцинации»

Дмитрий Куликов Дмитрий Куликов

Пока поэтапно снимаются ограничения, вызванные коронавирусом, эксперты не исключают повторного введения карантинных мер. Сколько процентов ВВП страна уже потеряла от пандемии и сделки ОПЕК+, почему экономика Испании пострадала больше, чем Швеции, и как обстоят дела в России, журналу «Компания» рассказал заместитель директора группы суверенных рейтингов и макроэкономического анализа АКРА Дмитрий Куликов.

Аркадий Дворкович заявил, что Россия только входит в самый тяжелый период кризиса, причем серьезные проблемы начнутся в конце года. Между тем Минэкономразвития уже в четвертом квартале ожидает начала восстановления экономики. Каков прогноз АКРА? 

— С точки зрения непосредственно деловой активности очевидно, что самый большой спад в ней произошел в тот же момент, когда действовали самые жесткие карантинные ограничения. Если анализировать входящие денежные платежи по отраслям, в конце июня в среднем по экономике активность отличалась на 7–8 % в худшую сторону от среднего, нормального периода. В момент, когда был пик карантинных ограничений, эта цифра превышала 15 %. То есть восстановление платежей есть — значит, и восстановление активности есть. При этом помимо таких краткосрочных и прямых эффектов есть более долгосрочные. А именно — у населения упали доходы, часть людей потеряли занятость. Восстановление этого подавленного спроса займет больше времени, чем восстановление в мае и июне. По нашему базовому сценарию в 2020 году ВВП падает на 4,5–4,6 процентных пункта, на следующий год восстанавливается на величины порядка 3,3 %. При этом в 2021 году мы видим риски более медленного восстановления, чем эти 3,3 %, просто потому что не совсем определена ситуация с будущим коронавируса, методами лечения, вакцинацией. Есть существенные риски частичного возобновления ограничений в России или в отдельных регионах. Маятникообразный процесс, затухающие колебания карантинных ограничений могут продолжиться до самого момента вакцинации или получения обществом коллективного иммунитета. По нашему базовому сценарию квартальный ВВП превысит докризисный уровень в середине или конце 2021 года, а в сценарии с более жесткими ограничительными мерами и более медленным процессом разработки лекарства и вакцины — в середине 2022 года.

Сколько на данный момент Россия уже потеряла от пандемии коронавируса и падения цен на нефть?

— За каждый месяц жестких ограничений (то есть за апрель и май) ВВП России терял по 1 процентному пункту в годовом выражении. Если сравнивать с другими странами, то мы посередине всего спектра возможных потерь. Потери Швеции в апреле составили чуть меньше 0,5 процентного пункта годового ВВП, для Испании потери составили порядка 1,5 процентного пункта. Самые страдающие от текущего кризиса страны характеризуются большей долей сферы услуг в экономике, относительно большей долей производства товаров инвестиционного спроса в промышленности и большим ежегодным нетто-притоком туристов. Одна из самых страдающих стран в Европе, по структурным признакам, была и остается Хорватия, близко к ней Италия.

В целом Россия находится в положении чуть лучше среднего по потерям от коронавирусного кризиса. Во многом это связано со структурой экономики. Если говорить про жесткость карантинных ограничений, то в среднем по Испании и по России в апреле меры были сопоставимы. Но Швеция ввела существенно более мягкие меры, там была выше доля самоограничений со стороны населения. Поэтому более слабые ограничения привели к меньшему спаду экономики. Но тут вопрос выбора между риском большей смертности и большим ущербом для экономики.

Как повлияла на экономическую ситуацию в России сделка ОПЕК+?

— Сейчас для России и других нефтеэкспортирующих стран действует фактор соглашения ОПЕК+, который ограничивает добычу нефти. По нашим оценкам, это соглашение, делая конъюнктуру цен чуть более выигрышной, одновременно снижает ВВП России за год на величину чуть менее 1 процентного пункта.

Малый и средний бизнес считают наиболее пострадавшим от кризиса. По оценкам АКРА, насколько этот сектор пострадает и какие сферы окажутся наиболее затронуты кризисом?

— Самые уязвимые отрасли — условно выделенная группа производителей социальных услуг, то есть отрасли, связанные с транспортом, развлечениями, образованием. Речь идет не только о малом и среднем бизнесе, но и в какой-то мере о крупном, однако МСП пострадал в первую очередь. Относительно уязвимы отдельные сегменты розничной торговли. Но тут все зависит не только от специализации, но и от расположения и доли онлайн в данном сегменте. Говоря о потерях МСП, мы оцениваем сумму заработных плат, аренды и процентных платежей, которые должны быть выплачены за время вынужденного простоя. В целом наша оценка объема таких платежей в уязвимых отраслях за второй квартал 2020 года — примерно 3–5 % ВВП, которые отрасли должны были обслужить. Так как во втором квартале операционная деятельность в этих отраслях была ограничена, мы видим примерно такие потери от карантинных мер и в целом падения спроса. В целом по году цифра может быть чуть больше, но основные потери возникли во втором квартале. 

Насколько помогают МСП объявленные меры господдержки?

— Поддержка ликвидности, то есть краткосрочная поддержка, в целом была довольно адекватной, если смотреть по суммам и направлениям. Она не сильно отличалась от мировой практики. Может, в меньшей мере применялись прямые выплаты бизнесу, но на сопоставимом были задействованы отсрочки платежей, взносов в соцфонды и меры, стимулирующие банки дешево перекредитовывать уязвимый бизнес. 

Какие действия властям следует предпринять дополнительно для поддержки малого и среднего бизнеса?

— В целом меры, которые были бы максимально полезны малому и среднему бизнесу в момент восстановления экономики, — это упрощение взаимодействия с государством, налоговыми органами и стимулирование льготного кредитования. Последнее позволит поддержать ликвидность на чуть более длительные сроки, чем просто период действия карантинных мер. Важно, чтобы озвученные меры действительно претворялись в жизнь. Нужен контроль реального исполнения планов поддержки. Если это будет сделано, то МСП заметит поддержку. 

То есть дополнительного выделения средств не требуется?

— Всегда есть желаемое и возможное. Может ли государство расширить финансовую поддержку? В целом, наверное, может, но ценой более несбалансированного государственного бюджета. Здесь стоит сложный выбор между долгосрочной устойчивостью государственных финансов и текущей ситуации в отдельных отраслях. Уже озвученные меры по поддержке бизнеса в сумме представляются разумным компромиссом между этими двумя целями. В сравнении с остальными странами набор мер сопоставим. 

Что касается крупного бизнеса. Правительство решило использовать тот же метод, что и в предыдущие кризисы. А именно — точечную поддержку определенных компаний, а не всей отрасли. Насколько это оправданно?

— Это сложный вопрос. Дело в том, что для многих предприятий крупного бизнеса отрасль определить сложно. Они являются вертикально интегрированными компаниями и могут работать в нескольких отраслях. Чисто технически проще работать с отдельными компаниями. Также стоит учитывать, что в России многие крупные компании так или иначе связаны с государством либо напрямую, либо являются «дочками» госкомпаний. Для нас единственный путь — работать точечно. 

Не могу не задать вопрос по поводу нефти. Минэкономразвития ожидает среднюю стоимость нефти по году в районе 40 долларов за баррель. По оценке АКРА, когда ждать восстановления?

— Если говорить про цены, то на 2020 год по базовому сценарию предполагаем, что они будут чуть выше 40 долларов за баррель. В 2021 году мы видим возможность повышения цен до уровня 50 долларов за баррель. В ситуации, когда мировой спрос восстанавливается медленнее, чем предусмотрено базовым сценарием, мы видимо возможность сохранения нефтяных цен в 2021 году несколько ниже, чем 45 долларов за баррель. Это более пессимистичный сценарий. В любом случае мы ожидаем роста цен на нефть. Дно, скорее всего, пройдено. 

И последний вопрос — о российском бюджете. Минфин прогнозирует его дефицит в размере порядка 5 % ВВП при текущем уровне цен на нефть, причем это верхний показатель диапазона. В АКРА согласны с этими оценками?

— У нас оценка чуть более консервативная — в базовом сценарии дефицит бюджета будет 5,6 % ВВП. Это при условии, что среднегодовые цены на нефть будут чуть выше 40 долларов за баррель. В большей мере рост дефицита будет вызван выпадающими доходами, как нефтегазовыми, так и ненефтегазовыми, и лишь во вторую очередь — увеличением общего объема расходов.