Top.Mail.Ru
архив

Казначей миллиардеров

Эдмонд Сафра, один из самых успешных и загадочных банкиров, был убит 3 декабря. В Монте-Карло в своих двухэтажных апартаментах погиб человек, чье личное состояние оценивается в $3,3 млрд. На протяжении полувека ему доверяли свои деньги богатейшие люди планеты.

Банк для сефардов

Отец Эдмонда Сафры Джэкоб говорил: "Твой банк должен быть подобен кораблю, которому не страшны никакие штормы".

В 1932 году, когда родился Эдмонд, семейному делу Сафры шел уже не первый десяток лет. Созданный в середине XIX века банк Safra Freres et Cie являлся ключевым финансовым звеном в караванной торговле между Константинополем, Александрией и сирийским городом Алеппо.

Когда Оттоманская империя распалась, Джэкоб Сафра основал в Бейруте собственный Jacob E. Safra Bank. Этот банк пользовался популярностью среди состоятельных сефардских евреев, проживающих в Сирии и Ливане. (Сефарды - потомки евреев, бежавших в Северную Африку и на Ближний Восток в период испанской инквизиции. Сам Сафра также принадлежал к этой этнической группе.)

Но с возникновением Государства Израиль ливанские арабы стали уже не столь лояльно относиться к живущим бок о бок с ними евреям. На исторической же родине тон задавали социалисты, и развивать там собственное банковское дело было проблематично. В результате в 1952 году семья Сафра эмигрировала в Бразилию.

Там Джэкоб и Эдмонд Сафра основали Banco Safra de Investimo. Хотя Эдмонду в ту пору исполнилось лишь 23 года, он уже был достаточно самостоятелен в финансовом отношении, чтобы наравне с отцом участвовать в создании банка. Ведь еще шестнадцатилетним мальчишкой он играл в Милане на разнице курсовой стоимости итальянских и британских золотых монет.

Неудивительно, что начинающий финансист не слишком хотел зацикливаться на семейном бизнесе. В 1956 году он уехал в Женеву, где основал небольшой финансовый дом, впоследствии превратившийся в Trade Development Bank.

В этот банк Эдмонд переманил богатых сефардов, когда-то обслуживавшихся у его отца. Эдмонда они знали еще подростком, что в столь деликатных делах очень важно.

TDB скоро стал одним из ведущих игроков на рынке эксклюзивного частного банкинга. В нем держали свои деньги практически все богатые семьи Ближнего Востока (только сефарды открыли 30 тысяч счетов). Эдмонда Сафру прозвали "арабским евреем" за умение вести дела с обеими конфликтующими сторонами.

Приведешь политика - получишь клиента

Набравшись смелости и опыта, Сафра решил обосноваться еще и в Новом Свете. Шаг был весьма рискованным, поскольку частный банкинг был не слишком популярен в США. Американцы скорее предпочитали покупать акции "голубых фишек" или паи инвестиционных фондов, нежели открывать банковские депозиты. Тем не менее, в 1962 году Эдмонд начал готовиться к вторжению на финансовый рынок США.

В январе 1966 года банковский бомонд Нью-Йорка оказался повергнутым в шок. На торжественном открытии небольшого Republic National Bank of New-York (всего 55 человек персонала) присутствовал сенатор Роберт Кеннеди, политический наследник любимца нации - президента Джона Кеннеди. (Впоследствии Сафра не раз использовал связи с политиками для привлечения клиентуры. Рассказывают, что в 1996 году, открывая филиал Republic в злополучном Монако, он уговорил британского экс-премьера Маргарет Тэтчер прочесть лекцию потенциальным вкладчикам.)

Тех, кто не поддался на чары Роберта Кеннеди, ждал еще один сюрприз. Недавно созданный банк начал применять довольно оригинальный по тем временам маркетинговый ход. Вкладчикам, которые продлевали депозиты или приводили в банк своих друзей, вручались ценные подарки - например, только-только появившиеся цветные телевизоры.

Таким образом, RNB довольно быстро нарастил жирок. И уже в 1971 году смог открыть первое зарубежное отделение - в Лондоне. А в марте 1975 года купил обладающую обширными международными связями American Swiss Credit Company.

К концу 1975-го RNB занял 75-е место в списке крупнейших банков США. А спустя еще пять лет акциями Republic начали торговать на Нью-Йоркской фондовой бирже.

Старый друг лучше

Заметное усиление позиций Republic позволило Сафре несколько переосмыслить роль швейцарского TDB в своей банковской империи. Тем более что произошедшие в конце 70-х политические изменения на Ближнем Востоке (в частности, подписание мирного договора между Израилем и Египтом) снижали ценность швейцарского финансового "мостика" между сефардами и арабами.

Зато в самом Израиле в середине 80-х началась приватизация, участие в которой Сафру заинтересовало. В числе прочего предполагалось денационализировать крупнейшие банки страны - Hapoalim и Leumi. Финансовым консультантом правительства был инвестиционный дом Lehman Brothers, контроль над которым в 1984 получила American Express.

Неудивительно, что именно AmEx Сафра и решил продать TDB. В результате этой сделки помимо $650 млн он получал еще и кресло в совете директоров American Express. Это давало банкиру возможность координировать в нужном для себя направлении действия Lehman.

Сафра вовсе не был настроен отдавать новым владельцам TDB свою эксклюзивную клиентуру. Еще в конце 1985 года, за несколько месяцев до сделки с AmEx, во Франции и Люксембурге он открыл дочерние банки. (Впоследствии на их основе был сформирован Safra Republic Holding.)

Однако в American Express разгадали маневр Сафры. Отношения быстро расстроились. Сафра был выведен из совета директоров. AmEx развязала против него кампанию в СМИ. Во многих респектабельных изданиях появились публикации, обвиняющие Сафру в отмывании денег и прочих грехах.

Для защиты своей репутации Сафра вынужден был нанять известного нью-йоркского пиарщика Гершона Кекста. А затем обратился в суд, который признал American Express виновной в развязывании клеветнической кампании и обязал ее выплатить потерпевшему $8 млн в качестве компенсации.

С тех пор Эдмонд Сафра считал продажу Trade Development Bank самой большой своей ошибкой. Вероятно, не меньше он впоследствии корил себя и за то, что поверил в российский бизнес.

Надо сказать, что в отличие от большинства своих коллег Сафра предпочитал делать ставку не на кредитование, а на высоконадежные ценные бумаги вроде обязательств казначейства США. Такой подход полвека уберегал банкира от неприятностей. Но с российскими ГКО вышла промашка - после их краха RNB потерял $191 млн.

Именно с этими потерями многие наблюдатели связывали решение Сафры продать свой банковский бизнес британской HSBC Group.

Загад не бывает богат

В мае нынешнего года было решено, что Safra Republic Holding и Republic New-York Corporation переходят под контроль англичан. А Эдмонд Сафра, получая $3,3 млрд, уходит на покой.

Вряд ли он решил уйти только из-за потерь в России. В конце концов международные связи позволяли Сафре рассчитывать, что уж ему-то наша страна вернет долги в полном объеме. Уже зимой 99-го Минфин собирался наделить RNB чуть ли не эксклюзивными правами на экспорт российского золота.

Как бы там ни было, наверняка есть более рациональные объяснения решения Сафры. Например, отсутствие наследника, которому он мог бы спокойно передать дело, как это сделал в свое время Джэкоб Сафра. Детей у Эдмонда Сафры нет. Ближайшим советникам - нью-йоркскому адвокату Уолтеру Винеру, возглавляющему совет директоров RNB, и Жаку Тальвилю, который когда-то обучал Эдмонда банковскому делу, - по 70 лет. А его бразильские племянники не настолько искушены в финансах, как их дядя.

Возможно также, что Сафра просто счел свой стиль ведения банковского бизнеса слишком старомодным. Кризисы кризисами, а сейчас вкладчики все же требуют от банков более активной инвестиционной политики.

Находились скептики, утверждавшие, что как раз самые состоятельные и эксклюзивные клиенты Сафры - сефарды вряд ли воспримут англосаксонский стиль HSBC Group и уйдут из Republic - точно так же, как в свое время ушли из TDB.

Кто-то, остававшийся в тени, очень сильно старался расстроить сделку Эдмонда Сафры с HSBC. Спустя несколько месяцев после заключения рамочного соглашения появилась информация о том, что один из клиентов Republic продал японским инвесторам фальшивые облигации. Банк эту операцию якобы акцептировал.

Эдмонд Сафра поспешил загладить разгоревшийся скандал. Согласился на $450 млн сократить сумму, которую ему должен был выплатить HSBC, и обязался покрыть до 60% любых требований в диапазоне от $700 млн до $1 млрд, которые могут возникнуть в результате хождения фальшивых бумаг.

HSBC смягчился. На 16 декабря назначили совет директоров, который должен был наконец-то оформить сделку.

За 13 дней до этой даты Сафра был убит при до сих пор не проясненных обстоятельствах.

Кругом стервятники

Сейчас британцы заявляют, что, несмотря на убийство Сафры, все пройдет в намеченные сроки. Однако вероятность оттока вкладов из RNB заметно возросла. Сафра был чуть ли не единственным человеком, способным уговорить своих восточных партнеров оставить деньги в перешедшем к британцам банке. После страшной смерти своего банкира осторожные сефарды и другие эксклюзивные клиенты Republic начнут искать другой банк. Быть может, это и нужно было убийцам?

Эдмонд Сафра всегда крайне трепетно относился к вопросам личной безопасности. Его охраняли не хуже, чем наших олигархов. Свою повышенную осторожность он объяснял так: "Тысячи стервятников кружат над вашей головой. Если вы не будете сильным, они вас сожрут".

Однажды над домом Сафры на Ривьере имел неосторожность пролететь вертолет. Банкир позвонил министру внутренних дел Франции и потребовал найти тех, кто был на борту судна. Он добился от чиновника гарантий, что впредь воздушное пространство над его домом никто не нарушит. Кстати, апартаменты в Монако Сафра приобрел из-за того, что они когда-то принадлежали королю Бельгии Леопольду. А стало быть, имели необходимую систему защиты от нападений.

Кого боялся Эдмонд Сафра? Пресловутую русскую мафию, раскрытию финансовых махинаций которой его сотрудники в свое время посодействовали, обнаружив в августе "нечто необычное на одном банковском счете" и сообщив об этом властям США? Что ж, возможно, у солнцевских достаточно денег, чтобы просто взять и отомстить без всякой выгоды для себя уходящему на покой владельцу банка, который их "заложил".

Или Сафра опасался своего земляка и в прошлом партнера Эдгара де Пиккиотто, который в 90-м году за $1,12 млрд перекупил Trade Development Bank у American Express? Ведь де Пиккиотто явно стремится продолжать дело, начатое основателем TDP. Он образовал Union Bancaire Privee (UBP), оказавшийся в числе ведущих швейцарских банков, работающих с частными клиентами. В 1995 году UBP купил Nordfinanz Bank Zurich, обладающий неплохой клиентской базой в северной Европе. А год спустя обзавелся долей в бразильском Banco Excel Economico. Так что сеть и клиентура Republic явно не была бы для Пиккиотто лишней. А проблемы с заноком - подозрения в отмывании денег и укрывательстве налогов - у него уже возникали.

Впрочем, не будем забывать о презумпции невиновности. И о том, что полоумный брат милосердия Тед Мейхер, служивший в доме Сафры, вроде бы взял на себя ответственность за это убийство.

Еще по теме