Московский индустриальный клубок
Сейчас стабилизационный кредит для многих банков ожидается как манна небесная. Получение каким-либо финансовым институтом такого кредита неизменно переводит его взаимоотношения с клиентами и контрагентами на качественно иной уровень. «Да, ему худо, но он выживет», – думают последние и возобновляют с данным банком прерванные было контакты. И в этой связи особую актуальность (для каждого конкретного банка, разумеется; макроэкономическое обоснование остается на совести ЦБ) приобретает вопрос, какую цену заплатил банк за выданный кредит. Заложил ли пакет акций, недвижимость или кто-то за него поручился? Последний вариант, естественно, наименее болезнен для получателя кредита. И немудрено, что банки, чье спасение кто-то гарантировал, вызывают особый интерес.
Среди уже известных получателей стабилизационных кредитов подобная схема была применена в отношении только двух финансовых институтов: Банка Москвы и Московского индустриального банка. Свои соответственно 1 млрд руб. и 400 млн руб. оба банка получили под гарантии правительства Москвы. Однако если контрольный пакет первого (который вроде бы получал деньги не столько для себя, сколько для своего младшего партнера – Мосбизнесбанка) принадлежит мэрии, то второй никакого отношения к столичному правительству формально не имеет. Во всяком случае, свыше 60% уставного капитала МИБа принадлежит частным лицам (есть основания предполагать, что одному частному лицу – г-ну Арсамакову, о котором ниже). И на первый взгляд не совсем ясно, что же заставило мэрию пойти на столь рискованный шаг и выступить в роли гаранта частного банка.
Нельзя же всерьез предполагать, что при принятии этого решения в пользу МИБа сыграли его «государственные» корни. (Банк был образован восемь лет назад на базе Московского управления Промстройбанка СССР.) С тех пор много воды утекло. И МИБ с конца прошлого года возглавляет уже не его отец-основатель Федор Плескановский, а бывший управляющий Железнодорожного филиала банкир с 17-летним стажем Абубакар Арсамаков. По некоторым сведениям, именно ему фактически принадлежит контрольный пакет МИБа.
Можно по-разному оценивать результативность подобной замены. Некоторые подчиненные Арсамакова, например, полагают, что к осени 1997 года МИБ вошел как раз в такую стадию своего развития, когда ему нужна была смена руководства. У старого президента, выражаясь словами персонажа популярного телесериала, что называется, «глаз замылился». Однако известно, что именно в период осуществления рокировки Плескановский – Арсамаков МИБ вышел из состава первичных дилеров по ГКО. Для банка, входящего (на то время) в первую двадцатку, – шаг весьма экстравагантный и далеко не «государственнический». Тем более что ЦБ прилагал тогда массу усилий, чтобы максимально вовлечь крупные финансовые институты в операции по обслуживанию начавшего уже шататься рынка госдолга.
Впрочем, свое «непатриотичное», если можно так выразиться, поведение по отношению к ГКО банк компенсировал возросшим вниманием к реальному сектору. Судя по балансу, за период правления г-на Арсамакова доля кредитов, выданных МИБом своим клиентам, среди которых преобладают промышленные, строительные и транспортные предприятия (тут как раз промстройбанковские корни дают о себе знать), возросла в относительном исчислении с 55% до 65% в активах, а в абсолютном – с 2,286 млрд руб. до 2,426 млрд руб. Причем 365 млн руб. выдано предприятиям, находящимся в федеральной собственности. Конкретные суммы в МИБе отказываются называть, ссылаясь на соблюдение интересов клиента, но известно, например, что банк кредитовал Московскую железную дорогу, ОКБ им. Сухого, НТЦ им. Туполева. А подобные вложения едва ли являются менее рискованными, нежели, например, инвестиции в госбумаги. В частности, более 50 млн руб., выданных Мосметрострою, едва ли можно рассматривать как высоконадежное вложение. Не случайно же, несмотря на отказ от первичного дилерства (в результате чего портфель злополучных ГКО составляет всего 4% от валюты баланса МИБа), отсутствие обязательств перед нерезидентами и частными вкладчиками, банк вынужден был ввести картотеку, и ему все же потребовался стабилизационный кредит.
Правда, по словам вице-президента МИБа Игоря Плотникова, картотека была несоизмерима с капиталом банка (который, кстати, вроде бы сократился всего на 10 млн руб., или на 1%). И проблемы с ликвидностью возникли главным образом из-за того, что на корсчета МИБа перестали поступать средства банков-контрагентов, приостановивших из-за кризиса свои операции. Тем не менее ущерб, нанесенный МИБу кризисом, не ограничился «обмелением» корсчета. Определенная часть активов, размещенных не в виде ценных бумаг, а в виде кредитов, также обесценилась в результате девальвации.
В связи с этим не исключено, что финансовое положение МИБа серьезно подпортил такой заемщик, как ЗИЛ. Напомним, что в декабре 1996 года МИБ вошел в консорциум банков, выделивших столичному автогиганту кредит в размере 246 млрд руб. (старыми). Деньги выдавались на один год под залог 100-процентного пакета акций гостиницы «Россия» на 400 млрд. руб.(!).
В консорциум наряду с МИБом входили Сбербанк, Инкомбанк, Промстройбанк, Банк Москвы и Мосбизнесбанк. Мэр Юрий Лужков пытался привлечь к участию в этом «проекте» еще ряд финансовых институтов. В частности, Автобанк. Но те, не без оснований сомневаясь в платежеспособности заемщика и адекватности залога, отказались, невзирая на риск прогневать влиятельного городского голову.
Как выяснилось впоследствии, «отказники» оказались правы. ЗИЛ вовремя кредит не вернул. А залог в силу совсем не выдающегося положения гостиницы «Россия» вполне определенно можно было отнести к категории неликвидов. Естественно, на финансовом состоянии кредиторов это не могло не сказаться. И не исключено, что именно промахом с ЗИЛом была в известной степени обусловлена смена власти в МИБе (ведь вступление в консорциум визировал как раз отправленный в отставку Плескановский). Во всяком случае, новый президент МИБа Арсамаков помимо всего прочего известен в банковских кругах своим умением решать, казалось бы, самые безнадежные долговые проблемы.
Вполне возможно, что одной из главных задач, которую г-н Арсамаков решал, став президентом МИБа, как раз и был возврат денег, выданных ЗИЛу. Его усилия увенчались успехом – автозавод деньги вернул. Но только уже после 17 августа. То есть победа над должником оказалась в известном смысле пирровой. Возвращенные средства обесценились по сравнению с декабрем 1997 года (когда их изначально обещано было вернуть) минимум в полтора-два раза.
И тут, вероятно, МИБу помогла возросшая на фоне посткризисных пертурбаций политическая активность Юрия Лужкова. В былые времена московский мэр, несмотря на всю свою влиятельность и состоятельность, развел бы руками по поводу необязательности ЗИЛа (за который, кстати, сам в свое время поручился). И закрыл бы глаза на тихое загнивание МИБа. Но сейчас, на фоне падения таких монстров, как Инкомбанк, Токобанк или СБС-Агро, тяжелой болезни Мосбизнесбанка Лужкову не пристало разбрасываться союзными банками. Тем более что МИБ обладает весьма приличной филиальной сетью (35 филиалов). Причем она охватывает регионы столь важного с электоральной точки зрения «красного пояса»: Белгород, Волгоград. Наконец, среди клиентов МИБа немало предприятий ВПК. А это не только избирательная база левых, но и при нынешнем крене экономической политики наиболее вероятные реципиенты эмиссионных денежных вливаний. Стало быть, перед банками, имеющими подобную клиентуру, открываются очень неплохие перспективы.
Едва ли Юрий Лужков не учитывал все эти факторы, добиваясь от ЦБ выдачи стабилизационного кредита МИБу. Благо возможностей влияния на Банк России с передачей «системообразующего» ОПЕРУ-2 в ведение московского ГУ ЦБ у столичного мэра стало существенно больше.
Однако в то же время трудно представить, что Лужков будет и дальше мириться с тем, что спасенный (или спасаемый – это как кому больше нравится) МИБ неподконтролен ему. (Хотя банк кредитует не только важные для города предприятия – Мосэнерго, Останкинский и Царицинский молочные комбинаты, но и само московское правительство – Департамент науки и промышленной политики был прокредитован в свое время на 64 млн руб.) Поэтому весьма вероятно, что либо само московское правительство, либо связанные с ним структуры в скором времени попытаются войти в состав акционеров МИБа. Тем более что лазейка есть. Как стало известно Ко, МИБ собирается провести новою эмиссию и увеличить уставный капитал до 500 млн руб. (до кризиса этот показатель составлял 110 млн руб.).
Подобные намерения вполне объяснимы для банка, желающего выжить в нынешней экономической ситуации. Другое дело, что в данный конкретный момент у его нынешних акционеров может не найтись живых денег, чтобы сохранить свою долю. У московского правительства они тоже вряд ли есть. Однако оно может купить долю в уставном капитале в обмен на долги МИБа либо перед самим собой, либо перед какой-либо городской или федеральной конторой, находящейся в близких отношениях с мэрией. Поговаривают, например, что МИБом очень недовольна корпорация «Трансстрой», переведшая значительную часть средств из этого банка в свой дочерний банк «На Красных воротах».
Не очевидно, правда, устроит ли г-на Арсамакова потеря самостоятельности. И если московское правительство переусердствует в своих попытках обосноваться в МИБе, оно может прийти на пепелище (а сами стабилизационные деньги уйдут, скажем, в учрежденный Арсамаковым шесть лет назад Стайл-банк) и в столичном бюджете через год придется изыскивать 400 млн руб. для погашения долга перед Центробанком.
Московский индустриальный банк создан в 1990 году на базе московского управления Промстройбанка СССР. Суммарный объем активов достигает 3,8 млрд руб. Собственный капитал к настоящему времени составляет 933 млн руб. (По сравнению с докризисным периодом сократился на 67 млн руб.) Крупнейшими заемщиками по состоянию на 1 сентября являются «Мосэнерго» (135 млн руб.), Московская железная дорога (90 млн руб.), Департамент науки и промышленной политики правительства Москвы (64 млн руб.). Имеет 35 филиала, расположенных в Москве, Санкт-Петербурге, Московской, Архангельской, Владимирской и Волгоградской областях.
Еще по теме
![](/img/place_366_366.webp)
![Вести внешнеторговые операции становится сложнее](/resize/w600/upload/iblock/be0/5szidwph2xe5gjcz7mqj4c9w4lak77rv/156858123_l_490.jpg?82e6debb)
![](/img/place_366_366.webp)
![Россияне собрали на банковских счетах рекордные накопления](/resize/w600/upload/iblock/4c4/2gkz9r28skb2aokalrhe1qlxuqutztoe/20230613_gaf_u03_019.jpg?b947cdbf)
![](/img/place_366_366.webp)
![Азиатские банки все чаще отказывают в платежах российскому бизнесу](/resize/w600/upload/iblock/3fd/kn4gzjw9zwmzazx1dsmrr0hhti98zm2r/20230402_zia_d204_005.jpg?e30d758f)