«На 100 лет России газа точно хватит»

11.10.202114:42

Как велись работы по бурению скважин во время пандемии, повлияют ли текущие цены на газ на планы по строительству новых скважин и как отрасль справляется с санкциями Запада. Об этом в интервью журналу «Компания» рассказал директор «Газпром бурение» Дамир Валеев.

Дамир Наилович, как вы оцениваете ресурсный потенциал России в плане запасов нефти и газа?

— Запасы газа в России весьма значительны и на ближайшие 100 лет их точно хватит. География добычи обширна и производится как на суше, так и на шельфе. Потенциальные запасы на суше расположены на полуострове Ямал, где мы только приступаем к работе, а также на прикаспийской территории. Стоит отметить, что Дальневосточный шельф разработан еще не полностью, а шельф в Арктике вообще не освоен.

В части нефтяных запасов можно отметить, что их также достаточно и хватит более чем на 50 лет. При этом, если брать в расчет трудноизвлекаемые запасы (сланец, битумные отложения нефти), то указанный срок будет значительно больше. Технологии по добыче активно развиваются и, вероятнее всего, будут становиться проще и экономичнее.

Вы затронули добычу на арктическом шельфе. На полях Газового форума эксперты говорили, что основная проблема добычи в Арктике — это отсутствие технологий. Большую часть запасов, которые уже подтверждены, достать невозможно физически, утверждают некоторые спикеры. Но при этом ваша компания, например, работает на Приразломном месторождении — единственном, которое разрабатывается в Арктике в условиях замерзшего моря. Выходит, технологии все же есть?

— Технологии есть. Надо отметить, что Приразломное — это проект с ледостойкой платформой. Это, наверное, один из самых дорогих вариантов добычи. Сезонность — основная проблема разработки арктического шельфа. Короткий период навигации, недолгий период возможности проведения работ. С нашей точки зрения, как буровой компании, это является основным сдерживающим фактором.

Существуют разные варианты, как бороться со льдом. У канадцев и американцев такие технологии есть, но они тоже дорогостоящие, соизмеримые со стоимостью строительства ЛСП (ледостойкая стационарная платформа — прим. ред.). Думаю, что тут будущее за подводными, подледными технологиями, которых пока не так много. Они есть с точки зрения добычи, но отсутствуют с точки зрения разработки. Это уже следующий шаг, но с учетом развития робототехники это вполне реально через 10–15 лет.

Как текущие цены на газ отразятся на деятельности по строительству скважин?

— Хотелось бы, чтобы они отразились положительно. Надо понимать, что газовая промышленность и разработка месторождений является волатильным бизнесом. В отличие от разработки нефтяных месторождений, подход к разработке газовых отличается тем, что фонд месторождения разбуривается одновременно и сразу. Это необходимо и продиктовано условиями и способами разработки.

Я думаю, что ООО «Газпром бурение» будет обеспечено портфелем заказов на ближайшие 10 лет, если брать в расчет только газовые контракты. В то же время обществом активно развиваются проекты по строительству скважин для нефтяных компаний, которые тоже являются нашими приоритетными заказчиками.

Как, на ваш взгляд, «Газпром бурение» справляется с реализацией госпрограммы по импортозамещению?

— Как известно, наша компания находится под европейскими и американскими санкциями. С 2016 года мы не можем закупать и использовать иностранные оборудование и технологии. Однако программу по импортозамещению мы начали гораздо раньше. В первую очередь это было продиктовано постоянными скачками на валютном рынке и соответствующим ростом цен на импортное оборудование.

Наш основной вид оборудования — буровая установка. Текущая стоимость импортной комплектной буровой установки отличается от российской практически в 1,7 раза, что существенно влияет на себестоимость работ. За последние пять лет мы инвестировали в развитие программы импортозамещения, закупив отечественные основные средства, транспорт и технологии для своей компании на сумму порядка 40 млрд рублей.

С какими трудностями пришлось столкнуться при организации работ по строительству скважин в непростом 2020 году?

— Мы своевременно отреагировали на возникающие вызовы и мобилизовали все необходимые ресурсы для обеспечения непрерывности производственного цикла строительства скважин. Сложившаяся эпидемиологическая обстановка обязала нас направить значительные средства на организацию работы обсерваторов, нести расходы на содержание в период пребывания сотрудников в них, проводить перевахтовку с нахлестом. Это были достаточно затратные мероприятия, которые значительно повлияли на деятельность общества.

Эти трудности не обошли стороной и персонал компании. Прежняя продолжительность вахты с 30 суток увеличилась до 90 в период пандемии. Сотрудникам приходилось приезжать на производственные объекты за 2–3 недели до смены для прохождения обсервации и тестирования на коронавирус, затем — работать на буровой на протяжении двух и более вахтовых смен. Особенно приятно отметить, что сотрудники с пониманием отнеслись к ситуации, проявили лояльность к компании, показали высокую производительность труда и обеспечили безаварийные работы по бурению скважин.

Сегодня режим работы вернулся к допандемийному уровню. Проведена масштабная кампания по вакцинации, позволившая достичь высокого уровня коллективного иммунитета. Фактически на сегодняшний день у нас вакцинировано 98% сотрудников.

Подводя итоги этого года, как вы оцениваете положение ООО «Газпром бурение» на рынке и какие задачи ставите перед собой и компанией на ближайший год?

— Я считаю, что любая оценка бизнеса должна быть объективной и опираться на цифры. Основываясь на ключевых показателях деятельности компаний, можно сделать вывод, что весь рынок технологий по строительству скважин просел. При этом ООО «Газпром бурение» растет в среднем на 15–20% в год. Это хороший результат. На сегодняшний день мы улучшили свои производственные и финансовые показатели по сравнению с прошлым годом. Ожидаемый рост к концу 2021 года составит 12% по отношению к предыдущему.