«Однако, Сергей Михайлович, партия!»

19.02.200100:00

У кондитерского концерна «Бабаевский» появился новый совет директоров. Контроль над концерном целый год пытались поделить его руководство и главный акционер - «Инкомбанк». Менеджеры «Бабаевского» с самого начала сделали ошибочный ход - затеяли допэмиссию акций. И в конце концов проиграли.

 

Вы уже наверняка видели в телерепортажах, как 10 февраля судебные приставы пыталась сорвать внеочередное собрание акционеров «Бабаевского», созванное по инициативе «Инкомбанка». Приставы предъявляли постановление о запрете на проведение собрания, принятое по иску руководства «Бабаевского». Но благодаря уловке «Инкомбанка» с двумя зданиями для проведения собраний кворум был сохранен. Поэтому на собрании был избран новый состав совета директоров «Бабаевского». Именно этого добивался «Инкомбанк», и именно этого стремилось не допустить руководство концерна.

Президент «Бабаевского» Сергей Носенко теперь настаивает на незаконности проведения собрания, поскольку решение о его созыве не было утверждено «старым» советом директоров концерна. Но по закону крупнейший акционер, выступивший с инициативой о созыве внеочередного собрания, имеет право провести его самостоятельно, если совет директоров в течение десяти дней не вынес своего решения. По словам Владимира Алексеева, конкурсного управляющего «Инкомбанка», требование о созыве собрания он направил совету директоров «Бабаевского» еще 4 октября 2000 года и, «не получив никакого ответа», сам принял решение о его проведении.

Возникает вопрос - почему руководство «Бабаевского» не согласилось на проведение внеочередного собрания? Ведь попытаться выдвинуть на нем своих людей в новый совет директоров было бы, наверное, проще и выгоднее, чем добиваться запрета на его проведение. В прежнем совете у менеджмента «Бабаевского» было «идейное большинство»: из девяти мест два занимали президент и председатель профкома «Бабаевского», еще три места были у лояльных концерну лиц - бывшего «инкомовца» Владимира Грошева, министра правительства Москвы Евгения Пантелеева и представителя группы миноритарных акционеров - г-на Пензина. Видимо, руководители кондитерской компании не хотели проводить собрание по той же причине, по которой год назад затеяли допэмиссию акций - они боялись потерять контроль над АО. Владимир Алексеев с момента введения в «Инкомбанке» конкурсного производства открыто заявлял, что собирается продать акции «Бабаевского» на открытых торгах.

Обратимся к хронологии конфликта и попробуем объяснить интересы и мотивы его участников исходя из того, что известно на сегодняшний день. Сюжет почти детективный.

 

За двумя зайцами

В декабре 1999 года совет директоров «Бабаевского», возглавляемый Владимиром Грошевым (в то время - председателем правления «Инкомбанка»), объявил о созыве внеочередного собрания акционеров. Собрание состоялось 22 февраля 2000 года и приняло решение о проведении дополнительной эмиссии акций концерна. От «Инкомбанка» на собрании по доверенности голосовал Владимир Грошев, хотя банк уже как три недели был признан банкротом и полномочия по его управлению были переданы Владимиру Алексееву. (Потом уже, в ходе судебных разбирательств, юристы «Бабаевского» пытались доказать, что Владимир Грошев голосовал досрочно - за три дня до истечения своих полномочий.)

Руководство «Бабаевского» обосновывало необходимость эмиссии недостатком средств для своих инвестиционных проектов: покупки кондитерских фабрик в Благовещенске и в Минске, что увеличило бы производственные мощности концерна более чем на треть. «Мы видели в этом резервы роста и рассчитали объем эмиссии так, чтобы получить необходимые для покупки фабрик 125 млн рублей», - говорит Павел Заикин, начальник департамента ценных бумаг и инвестиционной практики «Бабаевского».

Примечательно, что на акции тут же нашлись покупатели - некие ООО «Бимиш-Инвестмент», «Сепстрой» и «Эндора». По словам Павла Заикина, «это малоизвестные компании, но не портфельные, а стратегические инвесторы». В московском регистрационном реестре эти фирмы значатся как торговые организации, а регистрационные свидетельства им были выданы соответственно 14, 15 и 17 февраля 2000 года, что позволяет предположить: компании были учреждены «под допэмиссию». Кем?

Чтобы выдвинуть свою версию, вернемся к последним событиям. Во главе группы судебных приставов был замечен Артем Кузнецов, председатель совета ГУТА-банка, владеющего 2% акций «Бабаевского». Для миноритарного акционера такая активность кажется неоправданной. Через несколько дней новый председатель совета директоров «Бабаевского» Максим Финский заявил, что считает ГУТА-банк причастным к выводу ряда активов «Инкомбанка», в том числе и контрольного пакета акций фабрики «Рот-Фронт», которым, по словам Финского, «сейчас владеют подконтрольные ГУТА-банку структуры» (в комитете кредиторов «Инкомбанка» Финский представляет банк МФК).

Все эти «косвенные улики» позволяют предположить, что ГУТА-банк мог быть соучредителем тех фирм, которые собирались выкупить допэмиссию «Бабаевского». В результате проведения которой доля «Инкомбанка» в акционерном капитале концерна уменьшалась с 51,06% до 38,3%.

Был ли у руководства «Бабаевского» иной интерес в эмиссии, кроме поиска средств для покупки региональных фабрик? Вполне. Уже к концу 1999 года было ясно, что в «Инкомбанке» в скором времени введут конкурсное производство, и принадлежащий ему контрольный пакет концерна будет выставлен на продажу. Предположим, что руководство «Бабаевского» не нашло средств на полный или частичный выкуп этих акций. А эмиссия акций давала шанс оставить за собой контроль над концерном. (То, что президент концерна Сергей Носенко мог опасаться смены акционеров, подтверждает его недавнее высказывание в интервью «Коммерсанту» по поводу действий «Инкомбанка»: «Они хотят продать все это (то есть акции. - Прим. «Ко») подороже каким-нибудь иностранцам».)

Но 25 февраля 2000 года конкурсный управляющий «Инкомбанка» Владимир Алексеев добился через Московский арбитражный суд наложения запрета на регистрацию эмиссии в ФКЦБ. План Сергея Носенко не сработал.

 

Теневые стороны

Ожидать от Алексеева иной реакции и не стоило. «Дополнительная эмиссия уменьшала стоимость принадлежащих «Инкомбанку» активов, которые я должен был реализовать, чтобы удовлетворить требования кредиторов, - говорит он. - Но я договорился с руководством концерна, что на время мы откладываем судебные разбирательства. Я ожидал от «Бабаевского» каких-либо предложений по продаже активов, чтобы соблюсти баланс интересов кредиторов и самого концерна. Однако никаких официальных предложений я не получил».

На «Бабаевском» утверждают обратное. «Мы неоднократно направляли свои предложения по выкупу акций комитету кредиторов, - заявляет Павел Заикин. - Последний раз мы сделали это в конце 2000 года, направив письмо на имя председателя комитета Аркадия Вольского. Мы оценили контрольный пакет в $15 млн и предлагали комитету дать свою оценку, если эта сумма его не устраивает. Никакой реакции не последовало».

Кто говорит правду? Даже если сейчас Алексеев и лукавит, то, возможно, потому, что $15 млн его никак не устраивали. Предложить больше «Бабаевский» вряд ли был в состоянии - даже эти деньги концерн мог выплатить только с помощью неких «сторонних инвесторов». По словам Алексеева, если бы он еще в 2000 году продал акции «Бабаевского», то смог бы полностью выплатить задолженность перед частными вкладчиками «Инкомбанка». Теперь же ему для этих целей недостает $50 млн.

В ноябре 2000 года руководители «Бабаевского» нарушили перемирие, подали в суд ходатайство о снятии запрета на регистрацию допэмиссии. И 12 декабря добились его отмены. Через два дня эти акции были проданы за $4,3 млн трем вышеназванным фирмам.

Алексеев тогда же подал жалобу в апелляционную палату Московского арбитражного суда. Почему же менеджеры «Бабаевского» пошли на обострение конфликта? Тому есть два объяснения.

Во-первых, концерну действительно были нужны деньги для приобретения новой фабрики. Контрольный пакет благовещенской фабрики «Зея» концерн сумел выкупить за свой счет. Переговоры по минской «Коммунарке» были отложены «по политическим мотивам». Зато вместо нее концерн присмотрел Воронежскую кондитерскую фабрику. По словам Павла Заикина, «к концу 2000 года все аспекты покупки фабрики были нами согласованы».

Во-вторых, руководство «Бабаевского», похоже, понадеялось на высокую поддержку. Летом 2000 года в департаменте науки и промышленной политики правительства Москвы начали разрабатывать проект создания так называемого Московского межрегионального продовольственного концерна. (Напомним, что руководитель департамента Евгений Пантелеев входил тогда в совет директоров «Бабаевского».) Сергей Носенко тогда затеял переговоры о вхождении «Бабаевского» в эту структуру на правах миноритарного акционера. Он попытался заинтересовать столичных чиновников производственными мощностями и дистрибуционной сетью своего концерна.

Однако вышла промашка. В январе 2001 года комитет кредиторов «Инкомбанка» возглавил президент «Росбанка» Михаил Прохоров, получивший от правительства Москвы доверенность на представление его интересов. Кто над кем взял верх или кто кого переубедил в московском правительстве - разбираться не будем. Но, по словам Владимира Алексеева, решение о выборах нового совета директоров «Бабаевского» «было согласовано с Михаилом Прохоровым».

 

«Бабаевский» - «Инкомовский»

В конце января 2001 года апелляционная палата Московского арбитражного суда признала недействительным решение о допэмиссии акций «Бабаевского» - по причине отсутствия у голосовавшего за нее Грошева необходимых полномочий.

На прошедшем 10 февраля собрании акционеров «Инкомбанк» проголосовал полновесным контрольным пакетом. Совет директоров концерна был переизбран. В него вошли четыре представителя от конкурсного производства, включая Владимира Алексеева, четыре представителя кредитора банка - группы «Интеррос» и глава «Союзплодимпорта» Юрий Шефлер, кандидатуру которого предложил комитет кредиторов.

Новый председатель совета директоров «Бабаевского» Максим Финский заявляет, что будет готовить контрольный пакет акций концерна к продаже на открытом аукционе. «Но чтобы его оценить, мне нужно сначала разобраться в структуре активов концерна и в их юридическом оформлении - в частности, понять, за кем и как закреплены торговая сеть и торговые марки», - говорит он.

Кто станет покупателем контрольного пакета? На «Бабаевском» никаких предположений на сей счет пока не высказывают. Сергей Носенко вообще не признает законность избрания нового совета директоров и, видимо, какое-то время будет продолжать тяжбу.

«Мы готовы рассматривать любые предложения, - говорит Владимир Алексеев. - Наш выбор будет определяться ценой предложения». Еще он говорит, что вопрос о смене менеджмента концерна «пока не проработан».

В департаменте промышленной политики правительства Москвы корреспонденту «Ко» заявили, что «ситуация с «Бабаевским» не затормозит принятие решения по проекту продовольственного концерна».