«Одним печаляся, другим смеяся оком…»

17.11.200300:00

Очередная война казнокрадству, торжественно объявленная на днях президентом Путиным, несмотря на свой предвыборный характер, имеет тем не менее все шансы превратиться в заметную тенденцию жизни страны. Произойдет это отнюдь не потому, что новый поход против мздоимцев как-то особо эффективно спланирован и изощренно организован. Как известно, результативность подобных мероприятий находится в обратной зависимости от шума, производимого по их поводу. Поэтому ожидать каких-то реальных подвижек в усмирении аппетитов чиновничества не приходится. Гораздо интереснее другое. Немедленно после изъятия из хранилища предвыборного реквизита тема борьбы с коррупцией стала основным пунктом административного и идеологического соперничества между усилившимися после недавнего политического кризиса «питерскими» группировками.

Своеобразным манифестом чекистского крыла «питерцев» стали выступления и интервью заместителя генпрокурора Владимира Колесникова, который (вопреки президентскому напоминанию о презумпции невиновности) не только пообещал подследственному Ходорковскому* десять лет тюрьмы («потому что у нас не расстреливают»), но и фактически обвинил правительство Михаила Касьянова* в расхищении государственной собственности. Более того, комментируя планы своего ведомства, Колесников ясно дал понять, что дело ЮКОСа (опять же вопреки всем уверениям президента Путина) лишь первый этап в большой разборке силовиков с российским бизнесом: «прокуратура работает над поступившими заявлениями и выявляет нарушения в деятельности различных предприятий, поэтому дело ЮКОСа нужно воспринимать лишь как один эпизод в нашей работе». Впрочем, заочная полемика прокурорского чиновника с главой государства вряд ли бы состоялась, если бы не одно обстоятельство. Накануне «бенефиса» Колесникова Владимир Путин выразил поддержку новой программе борьбы с коррупцией, включающей, по имеющейся информации, создание специального суперведомства по борьбе с коррупцией и резкое ужесточение ряда статей УПК. В частности, предлагается обязать граждан давать показания следователям еще до возбуждения уголовного дела, лишить адвокатов права не свидетельствовать против своих подзащитных и отменить неприкосновенность депутатов и сенаторов. Какие из этих инициатив будут включены в итоговый документ, пока неясно. Хотя очевидно, что и одной из них достаточно, чтобы лишить спокойной жизни многих бизнесменов и обычных граждан.

Но не все так беспросветно. Во-первых, возможно скоро энергия Генпрокуратуры и других силовиков будет переориентирована в более мирное русло. Во всяком случае, дает шанс на это надеяться назначение куратором устиновского ведомства Дмитрия Козака, первого замглавы администрации президента. Новый опекун может стать для нынешней Генпрокуратуры роковой фигурой. По слухам, циркулирующим в среде чиновничества, Козак предлагает фактически «разоружить» ведомства, передав надзор за соблюдением законов в Минюст, ведение следствия – следственному комитету МВД, а прокурорам будут оставлены только обвинительные полномочия. Естественно, подобная перспектива Генпрокуратуру мало вдохновляет, и в ближайшее время ей придется приложить максимум усилий для сохранения своей целостности. Во-вторых, создание антикоррупционного ведомства является инициативой «гражданских» разработчиков новой антикоррупционной программы – МЭРТ и Минюста. Главной задачей нового ведомства будет не столько «тащить и не пущать», сколько вырабатывать механизмы, предотвращающие и исключающие коррупцию во властных структурах.

Пока питерские чекисты и юристы ведут свои административные войны, российский бизнес все острее реагирует на последствия раздора в верхах. Комментируя ситуацию с вывозом капитала, первый заместитель председателя Центробанка Олег Вьюгин заявил, что во второй половине 2003 года утечка капиталов из России может составить $13 млрд, что является значительным скачком по сравнению с $4,6 млрд в первом полугодии. Напрямую связывать бегство капиталов из России с арестом председателя правления ЮКОСа Михаила Ходорковского Вьюгин не стал. Да этого, в общем, и не требовалось. Все и так понятно.

* Признан в России иностранным агентом.