Отдел готовых форм

13.01.201400:00

Восточная медицина считает выздоровление плодом труда и самодисциплины пациента. В западной традиции всегда популярнее были методы более, что ли, щадящие, не требующие от заболевшего особых личных усилий. Первым делом, конечно, таблетки.


Но сделать сами таблетки эффективными и удобными в обращении удалось не сразу. Только в конце XIX века американский врач Уильям Апджон придумал технологию производства таблеток, полностью растворяющихся в желудке. А потом и его компания растворилась в море тут же появившихся конкурентов.

Были времена, когда головную боль лечили морфием, а целебные эликсиры содержали столько спирта, что от них пьянели не меньше, чем от бурбона. 4000 лет назад ассирийские лекари, судя по расшифрованной клинописи, настаивали снадобья на пиве. До использования сухих экстрактов додумались древние египтяне, закатывавшие порошок из лекарственных растений в хлебный мякиш, мед или мел. В Древней Греции тоже было нечто подобное, но первым придумал слово "пилюля" (лат. pilula, от которого позже произошло и англ. pill - таблетка) римский философ Плиний Старший уже в нашу эру.

Основное достоинство таблеток, с точки зрения врачей, заключалось в точности дозировки. Но в то же время не было никаких гарантий, что действующее вещество усвоится организмом: средневековые эскулапы использовали в качестве основы лекарственных средств смолу растений, а в расчете на обеспеченных клиентов вплоть до XIX столетия даже добавляли в таблетки серебро или покрывали их позолотой, так что шанса раствориться в желудке больного у таких снадобий не имелось никаких. То есть какими бы мощными ни были отдельные компоненты медицинского препарата, потенциальный положительный эффект блокировался несовершенством способа доставки лекарства в организм.

Тем не менее с конца XVII века в Англии таблетки вошли в моду, и их производители уже тогда получали на патенты на свои секретные формулы. В 1750-х англичане, например, покупали для жен таблетки некоего доктора Хупера из Ридинга. Hooper's Female Pills поставлялись во многие аптеки королевства и рекламировались в местных газетах в качестве патентованного средства "от женских истерик".

Самым крупным рынок патентованных средств на все случаи жизни предсказуемо стал в Америке. Уже в начале XIX столетия Патентное бюро США удовлетворило множество заявок о регистрации патентов, в том числе и на таблетки "для печени и почек" Chase's Kidney-Liver Pills, пилюли для женщин Cheeseman's Female Regulating Pills и даже таблетки от анемии Williams' Pink Pills for Pale People ("Розовые таблетки для бледных людей" от доктора Уильямса).

Со временем у таблеток стали появляться сахарные и желатиновые оболочки. В 1843 г. англичанин Уильям Брокедон начал продавать лекарственные порошки вместе со специальной колбочкой и пестиком для самостоятельного изготовления таблеток. Из первых по-настоящему эффективных лекарств в форме таблеток упоминают успокоительные пилюли, придуманные в 1876 г. медиками стокгольмского Каролинского института. Правда, применяли их только для подготовки нервных пациентов к уколам, так что распространения за стенами учреждения они не получили.


На лезвии ножа

Уильям Апджон родился в 1853 г. в Ричланде (штат Мичиган, США) в семье местного врача Урии Апджона, долгое время остававшегося единственным медиком на всю округу. Четверо из 12 детей Урии, включая и Уильяма, получившего в 1875 г. диплом врача в Университете Мичигана, пошли по стопам отца. Кроме фамильного интереса к медицине, у парня обнаружились и инженерные способности: еще в юности Уильям, выросший на ферме, запатентовал несколько изобретений и даже заработал на них - одна из компаний заплатила юному дарованию $1500 за патент на машину для укладки сена.

Десять лет после университета Уильям Апджон работал сельским врачом и, как и другие доктора своего времени, возил с собой целый набор порошков. Приезжая к больным, он раздавал порошки по отдельности или готовил смеси из них, отмеривая дозировки лезвием перочинного ножа. В какой-то момент Уильям задумал все-таки решить проблему растворимых в желудке пилюль и в начале 1880-х на чердаке собственного дома провел серию экспериментов, получив в итоге желаемый результат: таблетка легко растворялась.

Эту технологию доктор Апджон и запатентовал в 1885 г., а еще чуть позже придумал станок для массового производства таблеток. Через год при финансовой поддержке трех своих братьев-врачей в подвале дома, принадлежавшего одному из них, в мичиганском городке Каламазу Уильям основал Upjohn Pill and Granule Company. Братья наняли 12 работников и сделали ставку на выпуск таблеток хинина: малярия, для лечения которой он применялся, была довольно распространенным заболеванием в те времена, особенно в южных штатах США. На хинине уже в первый год существования компания заработала $50 000. В 1887 г. Генри Апджон неожиданно умер, и к управлению фирмой подключились два других брата, Фредерик и Джеймс, долю которых Уильям Апджон со временем выкупил.


Забить таблетку

Уильям, доверив производство старшему брату Генри, сам занялся продвижением продукта, начав с привлечения на свою сторону врачей. Продемонстрировать преимущества товара Апджон решил на наглядном примере. Он разослал сотням практикующих медиков страны посылки, в каждой их которых лежали сосновая дощечка, молоток и таблетки - обычные и от Upjohn Pill and Granule Company. Адресатам предлагалось провести самостоятельный эксперимент, результаты которого показывали: таблетки конкурентов покрыты столь твердой оболочкой, что их можно забить молотком в дерево, а препараты Upjohn Pill and Granule Company легко крошатся. Именно это происходит и в желудке пациента, подсказывала прилагавшаяся информация. Потом из этой промоакции родилась идея рекламы с изображением большого пальца, крошащего таблетку, на 60 лет ставшую фирменным знаком компании.

Убедив специалистов, Уильям Апджон принялся за потребителей. На них он решил воздействовать цветом и вкусом. На Всемирной выставке в Чикаго 1893 г. Upjohn Pill and Granule Company выставила огромную бутылку с разноцветными таблетками, изображение которой тут же попало во все газеты. Как врач Апджон ставил на первое место эффективность лекарства, но как продавец быстро понял, что лучше расходятся снадобья с приятным вкусом - вроде таблеток от кашля со вкусом вишни или лакричных леденцов от несварения желудка. Одним из самых востребованных брендов компании стал препарат Phenolax Wafers, легкое слабительное в виде леденцов с рисунком вафли, приносившее к 1924 г. годовую прибыль в $795 000. Ценовая политика являлась еще одним козырем предприятия Апджона. Массовое производство позволяло устанавливать цены вполовину меньше, чем в целом на американском рынке, что нервировало конкурентов, но привлекало покупателей.


Растворился в истории

В 1903 г., когда название фирмы изменилось на более краткое Upjohn Company, ее ассортимент превышал 186 наименований лекарств. Но все они по большей части были лишь легче усваиваемыми и модифицированными вариантами уже существовавших препаратов. И компания занялась собственными разработками. Первым ее научным сотрудником стал профессор-химик Фредерик Хейл. Он и создал лекарства, принесшие Upjohn Company новые патенты и миллионные прибыли. Продажи шипучего антацида Citro в 1926 г. превышали $1 млн. Хейл разработал и получившее патент сердечное средство Digitora.

В 1930-х фармпредприятие приняло в штат еще десяток исследователей, и это тоже себя окупило: в 1935 г. Upjohn Co. первой в США выпустила на рынок препараты с гормоном коры надпочечников, а во время Второй мировой войны поставляла на фронт пенициллин и разработала Gelfoam, впитывающий материал, из которого стали выпускать и таблетки (для лечения гемофилии), и губки для хирургических операций. В 1970-х Upjohn Co. выпустила противозачаточные таблетки под собственным брендом Depo-Provera. В 1980-х фирма прославилась препаратом для лечения панических атак Xanax, в начале 1990-х нашумело ее средство борьбы с облысением Rogaine.

Но, несмотря на инновации, некогда считавшаяся фармацевтическим гигантом компания оказалась все же недостаточно крупной для того, чтобы уверенно противостоять конкурентам. Ни в момент слияния Upjohn Company со шведским концерном Pharmacia AB в 1995 г., ни после, когда ее перекупали корпорации Monsanto, а позже Pfizer, об Уильяме Апджоне почти никто уже не вспоминал. Да и вообще компания перестала быть бизнесом одной семьи уже в 1968 г.

Между тем Уильям Апджон сорок лет работал президентом Upjohn Company, даже когда в 1914 г. его избрали мэром города Каламазу. Кроме всего прочего, Апджон известен необычными для того времени социальными инициативами. В 1911 г. он начал кормить свой персонал обедом бесплатно, еще через четыре года обеспечил работников страховками на случай увольнения. Летом сотрудников Upjohn Co. отпускали со службы на час раньше, чтобы они могли вовремя полить газоны в двориках своих домов, что, впрочем, скорее, говорило о неравнодушии Апджона к цветам: выйдя на пенсию в 1920 г., он посвятил себя садоводству. В саду изобретателя таблеток, говорят, росло около тысячи разновидностей пионов, и после смерти Апджона в 1932 г. сад, согласно его же завещанию, стал муниципальной собственностью.


Таблетка против

Словом "таблетка" (the pill) в Америке с 1960-1970 гг. стало принято называть противозачаточные средства. На первые из них, Enovid (производство G.D. Searle&Co.), разрешение было выдано в мае 1960 г. Гормональные таблетки явились настоящим прорывом в медицине, став самым надежным видом контрацепции и одновременно катализатором социальных изменений и непрекращающихся споров в западных странах. Идея такой таблетки возникла у американской феминистки Маргарет Сэнджер (на фото) еще в 1900-х. Мать Маргарет, ирландская католичка, умерла в возрасте 45 лет после 18 беременностей, и девушка во всем винила своего отца и отсутствие средств контрацепции. Поработав медсестрой в трущобах Нью-Йорка, Сэнджер заняла еще более непримиримую позицию в отношении бесконтрольных беременностей и начала выпускать журнал "Женский бунт", где в 1914 г. впервые сформулировала термин "контроль над рождаемостью". Три года спустя на митинге суфражисток Маргарет познакомилась с другой защитницей женских прав, Кэтрин Маккормик, второй дамой в истории, которой удалось получить диплом престижного "мужского" Массачусетского технологического института. Госпожа Маккормик была замужем за владельцем производителя сельхозтехники International Harvester. Богатый супруг, как выяснилось, страдал шизофренией, и боязнь наследственного заболевания у детей сделала Кэтрин сторонницей контроля за рождаемостью. Маргарет Сэнджер исполнилось уже 72 года, когда в 1950 г. на приеме в Нью-Йорке она познакомилась с подающим надежды эндокринологом Грегори Пинкусом. Она убедила его заняться изобретением таблетки, а финансирование обеспечила Кэтрин Маккормик, ставшая к тому времени наследницей состояния умершего мужа. Пинкус подключил к проекту гинеколога Джона Рока, до этого работавшего над исследованием фертильности. В 1957 г. регулятор рынка одобрил созданный препарат для лечения гормональных проблем, а через четыре года Enovid появился в американских аптеках уже как противозачаточное средство. С самого начала к противозачаточным таблеткам были претензии - у католической церкви, у борцов за права афроамериканцев (бесплатную раздачу таблеток в бедных районах те сочли геноцидом черной расы) и у самих врачей, регулярно выявлявших побочные эффекты. Но женщины видели в этих пилюлях столько преимуществ, что число принимавших их американок с 1961 г. по 1965 г. выросло с 400 000 до 4 млн. И это было лишь начало.