Отставка президента

Сергей Богданчиков, на протяжении последних 12 лет возглавлявший НК «Роснефть», больше не работает в компании. Что это означает для отрасли, почему решение об отставке принимал президент, а не правительство, попытался разобраться «Ко»

События вокруг отставки главы крупнейшей в России нефтяной компании развивались стремительно. Первого сентября, в среду, Сергей Богданчиков еще защищал честь мундира перед журналистами: «Как видите, я здесь, никуда не собираюсь уходить, и это все абсолютно неоправданные слухи. Ни в коем случае. Я акционер, президент и, кроме того, член совета директоров. Я так к ней («Роснефти». – Прим. «Ко») привязан». Вместе с премьером Владимиром Путиным он открывал новый корпус Института нефти и газа Сибирского федерального университета, где и сделал это заявление. Но уже в пятницу, 3 сентября, первый вице-президент компании Эдуард Худайнатов на торжественном собрании поздравлял коллектив с Днем нефтяника в качестве исполняющего обязанности президента «Роснефти». Официальные представители НК стали тут же утверждать, что первый вице-президент просто замещает босса, пока тот находится в командировке. Однако уже в субботу в своей загородной резиденции Эдуарда Худайнатова принимал Дмитрий Медведев. От него нефтяник вышел с новыми полномочиями. «По итогам встречи президент дал поручение правительству внести кандидатуру Эдуарда Худайнатова для избрания на должность президента ОАО «НК «Роснефть», – заявила пресс-секретарь главы государства Наталья Тимакова, а в воскресенье поручение Дмитрия Медведева было формализовано советом директоров компании.
Почему решение о смене шефа НК выглядит так некрасиво? Почему его принимал президент страны, когда этот вопрос входит в полномочия правительства? Все это осталось за кадром. «То, что новый руководитель назначен по поручению Дмитрия Медведева, а не решением главы правительства, выглядит несколько странным, – рассуждает руководитель корпоративной практики «ФБК-Право» Александр Ермоленко. – Возможно, это новый тренд, а президентское поручение вряд ли кто не исполнит». Источник, близкий к «Роснефти», рассказал «Ко», что именно премьер на протяжении нескольких лет отстаивал Сергея Богданчикова, а вмешательство Дмитрия Медведева было согласовано с главой правительства. Формально Владимир Путин не причастен к отставке, инициатором которой якобы выступил председатель совета директоров «Роснефти», вице-премьер Игорь Сечин, ответственный в правительстве за нефтяной блок.


Надо разобраться, куда ставить пустые ведра под нефтяной дождь, и научиться правильно поливать им определенные грядки, не забывать о рассаде.
Михаил Фрадков

Сечин решил
Сергей Богданчиков – знаковая фигура для страны. В 1997 году его, бывшего руководителя госкомпании «Сахалинморнефтегаз» с репутацией крепкого хозяйственника и государственника, в «Роснефть» привел премьер Евгений Примаков, а в 1998-м он стал президентом компании. «Он принял компанию в тяжелом финансовом положении, – рассказывает аналитик ИК «Тройка Диалог» Валерий Нестеров. – Она состояла из обломков неприватизированных нефтяных активов. Это были худшие предприятия отрасли с точки зрения ресурсной базы с низкой эффективностью и отсутствием вертикальной интеграции». Богданчикову удалось консолидировать эти активы.
Переломным моментом в истории «Роснефти» стало приобретение активов ЮКОСа. Здесь Богданчиков в полной мере доказал  тогдашнему президенту Владимиру Путину свою лояльность. «Ловкость главы «Роснефти» и готовность принять на себя риски по активам опальной компании, пожалуй, одна из главных заслуг Сергея Богданчикова перед Кремлем», – полагает Валерий Нестеров. Сегодня НК стала крупнейшим нефтяным активом государства: она добывает около 120 млн тонн нефти в год (против 12 млн тонн в 1998 г.) и имеет годовую выручку почти в $50 млрд.
Впервые об уходе Богданчикова заговорили в 2007-м. Тогда НК покинули сразу четыре близких к нему вице-президента. В 2009 г. в устав компании были внесены поправки, позволяющие принимать решение о назначении президента не на собрании акционеров, а на совете директоров, а в начале этого года из «Роснефти» ушел сын Сергея Богданчикова – Алексей, возглавлявший управление стратегического анализа. Стало понятно, что боссу «Роснефти» недолго осталось в ней работать.
«У него сложились непростые отношения с Игорем Сечиным», – говорит ведущий эксперт Центра политической конъюнктуры России Дмитрий Абзалов. Якобы, по словам источника, близкого к «Роснефти», Сергей Богданчиков перешел дорогу могущественному чиновнику еще в 2004 году. Глава НК заблокировал выдвигаемых в совет директоров кандидатов, представлявших интересы Сечина. Последний воспринял это как личное оскорбление. Затем было еще несколько мелких стычек, но с того момента Игорь Сечин сосредоточил управление «Роснефтью» в своих руках. Поговаривают, что дело дошло до ультиматума: или Богданчиков играет по правилам, или ему не место в компании. «Мирить их пришлось главе государства», – вспоминает собеседник «Ко». По его словам, с тех пор Владимир Путин всегда помогал президенту «Роснефти». Но не в этот раз.


На кого поставили
Эдуард Худайнатов – малоизвестная фигура в бизнесе. Он всего на три года моложе Сергея Богданчикова, которому недавно исполнилось 53. Свою трудовую деятельность Худайнатов начинал бурильщиком на нефтяных месторождениях в Тюменской области. В середине 1990-х гг. он возглавлял частные нефтяные структуры «Эвихон», «Эвихон-2» и «Юганскпромфинко», затем работал вице-мэром Нефтеюганска, сотрудничая с компанией «Юганскнефтегаз». Тогда ее контролировал Михаил Ходорковский*. В начале 2000-х гг. Худайнатов был федеральным инспектором по Ненецкому автономному округу, а в 2003-м возглавил одну из «дочек» «Газпрома» – «Севернефтегазпром». В «Роснефть» Худайнатов пришел в 2008 году на позицию вице-президента, отвечал за производство и капитальное строительство, в частности за освоение Ванкорского месторождения в Красноярском крае. С января 2009-го он стал первым вице-президентом компании. «В том, что он компетентен и справится на новом месте, сомнений нет, – говорит Валерий Нестеров (ИК «Тройка Диалог»). – Его должность предполагает успешность при грамотном подборе кадров, а история нефтяных компаний показывает, что возглавляют бизнес, как правило, или нефтяники, или финансисты».
По всей видимости, новый президент «Роснефти» не только лояльная и независимая кандидатура, но и относительно временная и компромиссная фигура. «Это единственный достойный кандидат, кто работает в «Роснефти», знает компанию и коллектив и имеет нейтральную репутацию в бизнес-среде», – отмечает Дмитрий Абзалов из Центра политической конъюнктуры России.


На вылет
Примерно по такому же сценарию в марте 2009-го был смещен гендиректор «Аэрофлота» Валерий Окулов – зять Бориса Ельцина, последний из «семьи» первого президента РФ, занимавший кресло главы крупной компании. Окулов ушел, когда Владимир Путин уступил главное кресло Дмитрию Медведеву. Экс-руководитель «Аэрофлота» получил неплохую компенсацию – должность замминистра транспорта, курирующего авиационную отрасль, а у «руля» авиакомпании встал выходец из АФК «Система» Виталий Савельев – более лояльная для власти кандидатура.
Аналогичная по своей значимости отставка состоялась в «Транснефти» в 2007-м. Николай Токарев из «Зарубежнефти» сменил Семена Вайнштока, руководившего компанией с 1999 г. Впрочем, он продержался в ней восемь лет не благодаря Владимиру Путину, а, как говорят, вопреки ему. Вайншток возглавил «Транснефть» за несколько месяцев до избрания Путина президентом, доставшись ему в наследство от старой ельцинской команды. В сентябре 1999-го министр топлива и энергетики Виктор Калюжный провел внеочередное собрание акционеров «Транснефти», на котором от их имени проголосовал за отставку президента компании Дмитрия Савельева и назначение на этот пост вице-президента ЛУКОЙЛа Семена Вайнштока. Владимир Путин находился в то время в Новой Зеландии, а по возвращении назвал это решение поспешным, но отменять не стал.
«Разговоры об оставке – мощный рычаг воздействия на руководителя, который может использоваться в разных целях, – рассуждает Александр Ермоленко из «ФБК-Право». – Традиционно подобные  кампании случаются перед началом политического сезона – в конце лета. Тогда же принимаются и решения, а сами замены происходят в августе или сентябре».
Практически каждый год говорят о возможной отставке шефа «Газпрома» Алексея Миллера: то по состоянию здоровья, то из-за якобы недовольства чиновников его работой.
«Сейчас идет активное противостояние аппаратных групп», – считает Дмитрий Абзалов. По его словам, несколько лет назад таким образом пытались отправить в отставку главу «Сургутнефтегаза» Владимира Богданова. Тогда «Роснефть» очень интересовалась этим активом, речь шла о возможном объединении, и велась серьезная игра против топ-менеджера. В конце августа СМИ отправляли «на покой» босса ЛУКОЙЛа Вагита Алекперова. Кто же следующий и почему?


Кто куда
Два года назад в правительстве серьезно обсуждалась тема отставок. Это было связано с уходом Алексея Гордеева из Министерства сельского хозяйства в губернаторы и повышением главы Минрегиона Дмитрия Козака до уровня вице-премьера. В последний момент, видимо, в Кремле решили не делать резких движений из-за кризиса. Но слухи поползли: говорили об отставке вице-премьера Сергея Иванова из-за того, что он потерял фактический контроль над гособоронзаказом. Он перешел от Военно-промышленной комиссии, которую возглавляет вице-премьер, в Министерство обороны. Из-за проблем с восстановлением Южной Осетии обсуждалась отставка министра регионального развития Виктора Басаргина, а нарушения при подготовке к Олимпиаде в Ванкувере едва не стоили портфеля Виталию Мутко. Кстати, из-за скандала с закупками томографов для больниц серьезно ослабла позиция министра здравоохранения Татьяны Голиковой, а после аварии на Саяно-Шушенской ГЭС шатается кресло под министром энергетики Сергеем Шматко.

Кто следующий?
Логика назначений и увольнений сейчас мало чем отличается от той, что была три, пять или десять лет назад. «Путинский кадровый режим стабилен, – отмечает руководитель Центра по изучению проблем взаимодействия бизнеса и власти Павел Толстых. – Если люди лояльны, находятся на своих местах и дают чиновникам возможность кормиться с этих мест, то их не трогают». В этом отношении Богданчиков угрозы не представлял, поэтому его долго не трогали. Впрочем, по мнению Толстых, сейчас идет борьба различных кланов и групп за денежные потоки, что может вызвать новые перестановки. Экономист Никита Кричевский полагает, что отставка Богданчикова – лишь первое звено в цепочке событий.
«Пожалуй, самые слабые позиции у министра энергетики Сергея Шматко, – считает Дмитрий Абзалов. – Это не очень сильная фигура на политическом небосклоне, и нефтяные компании постоянно жалуются главе правительства на его, как они считают, неудовлетворительную работу». Шматко – не человек влияния. Его уберут, если на министерский портфель появится сильный претендент. Например, тот же Богданчиков.
Есть нарастающие претензии Игоря Сечина к главе Минприроды Юрию Трутневу. Пока нет крупных успехов у Игоря Левитина из Минтранса. Министр промышленности Виктор Христенко уязвим с точки зрения семейного положения: его жена Татьяна Голикова руководит Минздравсоцразвитием. А супруги, возглавляющие два ключевых министерства, – очень сильная связка, которая может обернуться отставкой сразу для двоих.
Происходящие подвижки очевидны. «Кадровая политика будет зависеть от договоренностей между первым и вторым лицом государства», – уверен Павел Толстых. По его мнению, она уже достигнута: Путин выходит на первое место. Если это так, то кадровые изменения будут несущественными. Подтверждением тому может служить заявление премьера о возможных перестановках в правительстве. «Мы с Дмитрием Анатольевичем думаем об этом. Есть вещи, которые надо будет, вероятно, изменить», – поведал Владимир Путин. Он считает удачным опыт смены правительства в сентябре 2007-го, за полгода до выборов президента. Премьер предположил: если что-то менять сейчас, то сбои и перестройки продлятся до апреля 2012 г.

 Как росла добыча "Роснефти", (млн тонн)
 Год   Добыча
 События
1998
12,5
В  составе Роснефти 7 добывающих предприятий: Архангельскгеолдобыча, Дагнефть, Краснодарнефтегаз, Пурнефтегаз, Сахалинморнефтегаз,
Ставропольнефтегаз, Термнефть.
1999
12,6
 
 2000 13,5
Покупка Селькупнефтегаза
 2001  14,9  Официальный представитель России в проектах СРП (соглашение о разделе продукции)
 2002  16,2  Начала участие в алжирских проектах
 2003 19,5
 Покупка Северной нефти, начала добычу  нефти на Адайском блоке в районе Каспийского моря (на территории западного Казахстана)
 2004
 21,6  В декабре состоялась покупка Юганскнефтегаза в результате в 2005 г. компания стала вторым крупнейшим российским производителем нефти и
газа
 2005
74,6
  Покупка блокпакета "Верхнечонскнефтегаза",  стала участником СРП по разработке структуры Курмангазы (на каспийском шельфе
Казахстана)
 2006  80,6  IPO Роснефти, что позволило привлечь 10,7 млрд долл, консолидация 12 дочерних компаний, занимающихся разведкой и  добычей  нефти, а
также переработкой и сбытом нефти и нефтепродуктов
 2007  101,1  Покупка Самаранефтегаза, Восточно-Сибирской нефтегазовой компании, 50%-ой доли в Томскнефти
 2008
 106,1  
 2009  108,9  Ввод в эксплуатацию крупнейшего месторождения Восточной Сибири - Ванкорского местрождения
 2010 
 118 (прогноз)  

* Признан в России иностранным агентом.