архив

Подняться со дна

«My name is Bond, James Bond», – фраза, которую не нужно переводить, она известна любому, кто смотрел фильмы о знаменитом агенте. Тем не менее мало кто знает, что автор «Бондианы» был внуком весьма состоятельного шотландского предпринимателя и банкира Роберта Флеминга. Избранная Яном Флемингом стезя сделала его чуть ли не изгоем в собственной семье, считавшей сочинительство недостойным делом для потомка столь известной фамилии. Но время все расставило по местам: теперь правнуки основателя Robert Fleming & Co., продолжающие вести дела в финансовой сфере, признательны родственнику за ту мировую известность, которую получила их фамилия благодаря «Бондиане». «Есть своего рода «послевкусие»: даже если люди не слышали непосредственно о компании Fleming Family & Partners (новое название бизнеса Роберта Флеминга. – «Ко»), при упоминании фамилии Флеминг у них возникала ассоциация с чем-то таким солидным, аристократичным», – добавляет генеральный директор УК «Флеминг Фэмили энд Партнерс» Рустам Исеев. 
Группа Robert Fleming & Co. была основана Робертом Флемингом в шотландском городе Данди в 1873 году. Одним из ее первых крупных клиентов стал пенсионный фонд Scottish Widows. Активы этого фонда составляли компенсации британского правительства вдовам шотландских солдат и офицеров, погибших в ходе Крымской войны. В качестве первоначального объекта инвестиций Роберт Флеминг выбрал весьма перспективные ценные бумаги американских железных дорог. «Я не знаю, благодаря уникальным аналитическим способностям или попросту везению, но Флемингам всегда удавалось извлечь свою выгоду из, казалось бы, достаточно рискованных проектов – будь то шотландские вдовы, Великая депрессия или железные дороги. Кстати, американская железнодорожная отрасль – одна из немногих, которой удалось во время Депрессии остаться на плаву», – рассказывает Исеев.

Выйти вовремя
В конце 1990-х на рынке коллективного инвестирования было уже не протолкнуться из-за активного прихода в данный сегмент крупных международных финансовых организаций, в том числе и банков. Тогда Флеминги приняли решение продать инвестиционно-банковскую группу Robert Fleming & Co. банку Chase Manhattan за сумму, превышающую $7 млрд. На тот момент под управлением Robert Fleming & Co. находились активы примерно на $130 млрд, офисы располагались в более чем 40 странах мира, а общий штат сотрудников превышал 8000 человек. В результате сделки семья Флемингов получила деньги, на которые было решено создать новую финансовую структуру для управления семейными активами. Так возникла Fleming Family & Partners (FF&P).
Со временем многие крупные клиенты, чьи активы после продажи перешли под управление менеджеров банка Chase Manhattan, вернулись к Флемингам. «Любой крупный международный банк – это своего рода конвейер, рано или поздно состоятельный человек сталкивается с тем, что столь масштабная кредитная организация оказывается не в состоянии предложить ему по-настоящему индивидуальное обслуживание и персональный подход», – объясняет Рустам Исеев.
Что касается Chase Manhattan, то его судьба не столь завидна: вскоре после покупки Robert Fleming & Co. он был поглощен финансовой группой J.P.Morgan & Co., принадлежащей внуку нефтяного магната и миллиардера Джона Д. Рокфеллера – Дэвиду Рокфеллеру. В 2005 году Флемингам удалось найти нового стратегического инвестора. Им стал банк Standard Chartered, одна из крупнейших кредитных организаций развивающихся рынков Азии и Африки, приобретшая 20% группы Fleming Family & Partners.

Второе пришествие
В 2008 году группой было принято решение выйти на российский рынок доверительного управления активами. С этой целью FF&P купила УК DWS Investment – подразделение управления активами группы Deutsche Bank в РФ. Приобретенная фирма была переименована в общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Флеминг Фэмили энд Партнерс» (Fleming Family & Partners Asset Management). Решение выйти на наш рынок было принято буквально на самом «дне». Сделку по покупке DWS Investment заключили в декабре 2008-го, когда индекс РТС находился вблизи отметки 600 пунктов.
«Кризисная ситуация дает удачный момент для начала инвестиционного бизнеса на российском рынке», – полагает управляющий портфелем UFS Investment Company Алексей Козлов. «Кризис прошел, и многие игроки рынка коллективных инвестиций решили начать продвигать свой бренд. Судя по команде (менеджеров. – «Ко»), компания плохо подготовилась к выходу на рынок, многое сделано впопыхах, так сказать, на коленке, если судить по сайту», – считает управляющий активами УК «БКС» Николай Солабуто. Наша страна не стала для Флемингов незнакомым рынком. «Семья Флемингов тем или иным образом присутствует в России с 1992 года. В 1990-е группа создала здесь один из первых в стране институциональных фондов недвижимости и достаточно серьезный фонд, инвестировавший в горнорудные проекты. Это было и IPO «Хайлэнд Голд», с которым по объемам может сравниться только разве что «Полюс Золото», – вспоминает Рустам Исеев. Кроме того, компании удалось заработать и на коллапсе 1998 года: она принимала активное участие в реструктуризации ОНЭКСИМбанка.

«Кусочек» Тициана
Первое, что бросается в глаза при посещении офиса «Флеминг Фэмили энд Партнерс», это огромное количество старинных картин на стенах. Менеджеры объясняют тягу к прекрасному традициями фирмы: семья Флемингов владеет крупнейшей в мире коллекцией шотландской живописи и активно инвестирует в предметы искусства уже около 100 лет. Это влечение к изящному компания намерена сделать своей «фишкой» в России: планируется создать фонд для клиентов, которые захотят вкладываться в произведения искусства. «Как выяснилось, любой достаточно состоятельный человек в России желает быть связанным с чем-то вечным, значительным, деньги в данном случае имеют уже вторичную значимость, люди хотят инвестировать в искусство. Это некий налет аристократизма», – поясняет Рустам Исеев. Очень немногие могут позволить себе купить полотно в оригинале, не у каждого даже небедного человека хватит на это средств. Но в рамках фонда, когда деньги таких инвесторов аккумулируются, они вполне могут стать владельцами пусть хоть «кусочка» полотна.
«Покупка произведений искусства «в складчину» – специфическая ниша», – считает управляющий директор УК «БКС» Владимир Солодухин. Как правило, желание владеть артобъектом у инвестора неразрывно связано с желанием быть единственным собственником. Коллекционер, имея некоторые деньги и намерения, предпочтет приобрести объект искусства чуть менее капиталоемкий, но самостоятельно. Кроме того, работа на артрынке требует серьезной экспертизы как с точки зрения подлинности, так и с позиций качества и перспективности объекта вложения средств. Этот рынок слаболиквидный с точки зрения традиционных инвестиций и более долгосрочный. И вряд ли вложения в вечные ценности подхлестнут тот избыток ликвидности, который мы наблюдаем на денежном рынке. В большинстве случаев это «короткие» деньги, и не факт, что они окажут поддержку артрынку. В России уже были попытки развивать артнаправление, но значимых результатов добиться никому пока не удалось. Возможно, артфонды просто не получили маркетинговой поддержки или к участникам рынка пришло понимание, что продавать в розницу этот рынок тяжело – здесь порог входа составляет несколько десятков тысяч долларов.

Ставка на богатых
Сделка по покупке DWS Investment была закрыта в январе 2009-го. Таким образом, компания «Флеминг Фэмили энд Партнерс» присутствует на рынке чуть больше года. Но реальная работа по привлечению новых клиентов началась лишь в конце весны 2010-го. Время потребовалось для реструктуризации бизнеса: фирма DWS Investment была частью большой структуры – группы Deutsche Bank. Очень многие процессы были вынесены на аутсорсинг в материнскую структуру. Поэтому «переподчиняя» эту компанию FF&P, необходимо было «заточить» ее под стандарты работы нового собственника. Сумму сделки по покупке DWS Investment стороны не озвучивают, а эксперты оценивают ее в «несколько десятков миллионов долларов». Более точную цифру аналитики назвать затруднились, сославшись на то, что сделка была заключена в период наибольшего падения рынков, когда, в том числе и у Deutsche Bank, начались серьезные проблемы и группа FF&P вполне могла «продавить» весьма привлекательную для себя цену.
DWS Investment была приобретена с уже существующими клиентами. Под управлением тогда находилось порядка $20 млн в ПИФах. Планы на текущий год – увеличить портфель управления активами до $100 млн, а розничный портфель – до $35 – 40 млн. «Компания маленькая, без должного финансирования и идей. Скорее всего, она ограничится аффилированными активами», – полагает Николай Солабуто. Хотя он не исключает, что FF&P поможет известный бренд и полноформатная стратегия. «Кризис повлиял на сегмент частных состоятельных клиентов в том смысле, что они стали гораздо осторожнее и вкладывают деньги очень аккуратно. Но несмотря на сильное падение фондового рынка, у этих людей (сегмент High Net Worth Individuals) по-прежнему есть активы на миллиарды долларов. Но пока, на мой взгляд, страх побеждает жадность», – рассуждает заместитель генерального директора УК «Атон-менеджмент» Алексей Ищенко.