Владимир Потанин: «Вывоз капитала не всегда плох»
Когда предприниматели готовились к встрече с президентом, на бюро РСПП обсуждались темы, которые надо было озвучить. Предыдущая встреча, как нам показалось, была формальной. Она была неинтересна президенту, и мы не могли ничего до него донести. Формат беседы не предполагал обсуждения конкретных вопросов, и президент не был готов воспринимать нас. Поэтому было решено, что следующая встреча должна быть более подготовленной, чтобы можно было обсудить темы, достойные внимания президента. Одной из них стала либерализация валютного рынка как ключевой механизм для улучшения инвестиционного климата.
Почему была выделена именно эта проблема? В системе валютного регулирования существует множество проблем, которые очевидным образом отрицательно влияют на инвестиционный климат. Наиболее острой из них является проблема движения капитала.
Сейчас существует перечень текущих операций, по которым не требуется лицензии ЦБ и других разрешающих органов. И существует неопределенный список капитальных операций, по которым необходимо получать лицензию. Такое положение дел очень сдерживает любую инвестиционную активность за пределами страны. Например, в связи с укреплением внешнеполитических позиций России (по крайней мере в странах бывшего Советского Союза) довольно логично выглядела бы экспансия более сильного российского капитала в страны СНГ с менее развитой рыночной инфраструктурой и менее развитой капитальной базой. На мой взгляд, это положительное для России явление (и в экономическом, и в геополитическом плане), и в данном случае вывоз капитала вряд ли может считаться отрицательным явлением. Скорее наоборот, поскольку он способствует укреплению позиций России и превращению наших компаний в транснациональные корпорации. Так что вывоз капитала не всегда плох.
Объясню ситуацию детально. Например, американцы хотят вложить капитал на Украине и купить завод. Для этого они просто принимают инвестиционное решение. И всё. Что же касается российских бизнесменов, то формально они не могут принять такого решения, потому что на это нет лицензии ЦБ. Российский предприниматель должен сначала обратиться в ЦБ, доказать целесообразность выдачи лицензии, подождать пару месяцев, столкнуться с утечкой информации о том, что у него есть некие планы, с энергичным противодействием конкурентов. Возможно, он даже упустит выгодную сделку. Вместо того чтобы принять решение немедленно.
Что происходит на практике? Решение действительно принимается немедленно, но оформляется через существующие офф-шорные компании или каким-то иным суррогатным образом. И только потом легализуется. Такое положение дел серьезно усложняет ситуацию, поэтому его необходимо менять. Прежде всего нужно отказаться от разрешительной системы и перейти к уведомительной. Во всех развитых странах в валютном законодательстве указывается исчерпывающий перечень случаев, когда государство может вводить регулирование по капитальным операциям. Эти случаи четко описаны, и бизнес-сообщество может прогнозировать действия государства. Там совершенно исключено, чтобы по воле какого-то чиновника неожиданно вводились ограничения по данным операциям. Есть, конечно, особые случаи – война, кризис, потеря валютных резервов, санкции против страны и т. д. Но очень важно, чтобы был исчерпывающий перечень именно капитальных операций и случаев, по которым они могут быть зарегулированы, а не наоборот. Проще говоря, все, что не запрещено, должно быть разрешено.
Капитал не идет в страну в том числе и из-за того, что его нельзя вывезти. Кто же будет вкладывать деньги, если их нельзя легко и без ограничений забрать? При этом очень важно уравнять в правах российских и иностранных инвесторов. Это ненормально, когда западный инвестор имеет возможность вложить деньги и вывезти их, а российский – нет. Чем российский капитал хуже? Почему отечественных предпринимателей мы ставим в заведомо менее выгодное положение?
Таким образом, первая проблема – это обеспечение свободы движения капитала. На практике это можно сделать в два этапа. Первый этап – именно это мы сейчас и предлагаем сделать – это существенное расширение перечня текущих операций, составление исчерпывающего перечня капитальных операций, упрощение порядка выдачи лицензий по этим операциям. Это все можно решить без изменения закона. ЦБ способен решить все это своими внутренними нормативными документами.
На втором этапе предстоит серьезным образом изменить валютное законодательство, чтобы российские граждане и юридические лица могли открывать счета в свободном режиме – где угодно, – уведомив об этом государство. Это сделает систему контроля и учета более прозрачной, а не наоборот. Всем известно, что деньги вывозят при помощи посредников. Когда государство не разрешает людям и организациям открывать счета за границей, оно создает рынок черных услуг. Все это надо отменить, а доходы от этого должны поступать государству. И наказывать надо тех, кто не уведомляет о вывозе. Не задекларировал – сам виноват, будешь иметь дело с налоговой полицией. Таким образом произойдет массовая легализация средств корпораций и личных средств в России. Это сыграет чрезвычайно положительную роль, поскольку никакими административными методами предотвратить утечку капитала невозможно. Для того чтобы вывоз капитала прекратить, его надо разрешить.
Далее: необходима серьезная либерализация операций с рублевыми счетами для нерезидентов. Это неестественно, когда нерезидентов заставляют держать деньги на счетах определенным образом. Есть старая проблема замороженных после кризиса средств нерезидентов на счетах «С». Ее надо выделить в отдельное делопроизводство и решить скорейшим образом. А затем полностью либерализовать работу по рублевым счетам. По моему мнению, это приведет к позитивным результатам, поскольку, не имея обязанности держать рубли, иностранные компании будут ввозить валюту, продавать ее и, таким образом, сыграют позитивную роль в плане притока валюты в страну.
Сейчас существуют серые схемы конвертации валютной выручки со счетов «С», и все ими успешно пользуются. Продаются со счетов «С» акции котируемых предприятий, после чего на эти бумаги выпускаются производные бумаги, которые покупаются тем же самым эмитентом. Получается, что иностранец вывез деньги, а эмитент получил свои акции обратно. Соответственно за это выплачивается комиссия. (На заре появления такого рода операций комиссия доходила до 30%.)
Еще один вопрос, который по степени важности приближается к либерализации движения капитала, – это отмена обязательной продажи валютной выручки. Тема о том, что обязательная продажа валютной выручки является способом создания резервов или благоприятно влияет на «валютную обстановку» в стране является мифом. Она никакого отношения к этому не имеет. Обязательная продажа дерегулирует денежное обращение, загоняет нас в жесткие рамки currency board, что не подходит для периода ожидания экономического роста. Нам нужны более гибкие регулирующие инструменты, и думаю, что сейчас нет оснований опасаться резкого оттока валютной выручки. Ведь до тех пор, пока страна имеет положительное сальдо торгового баланса, эта проблема является вторичной. Резервы ЦБ уже значительны, рубль стабилен. От какой опасности мы сейчас защищаемся?
На встрече с Михаилом Касьяновым* было высказано предложение не отменять сразу обязательную продажу валютной выручки, а делать это постепенно. В принципе это нормально. Но хорошо бы правительство продекларировало сразу, что обязательная продажа валютной выручки будет отменена, и в качестве первого действия обеспечило существенное снижение нормы обязательной продажи. Такой вариант был бы приемлем. Хотя, на мой взгляд, радикальный шаг – полная отмена обязательной продажи валютной выручки – дал бы больший эффект.
Такова примерная модель изменения системы валютного контроля и регулирования. Однако при ее детальном обсуждении возникает много вопросов. К примеру, валютный контроль. Функции его расплывчаты. Сначала он существовал в самостоятельном виде, затем при Минфине. Валютный контроль осуществляется и Центробанком, который, в свою очередь, является крупным игроком на валютном рынке. Проблемы и наличие большого количества конфликтов очевидны. Над этим тоже необходимо работать. У меня есть ощущение, что в содержательном плане препятствий не ожидается и что в правительстве разделяют взгляды на либерализацию валютного рынка. Борьба, скорее всего, начнется на аппаратном уровне. Бывает, что все согласны, что надо что-то делать, однако в процессе работы кто-то меняет свою позицию, кто-то теряет рычаги влияния, кто-то – объем обязанностей, кто-то – кресло. В результате возникает большое сопротивление. Но я считаю, что если в наличии имеются содержательные согласованные вещи и политическая воля, то аппаратную борьбу можно выиграть.
Посмотрим, что из этого выйдет. Во всяком случае, из всей группы вопросов, которые были интересны президенту и по которым он дал поручения правительству, именно этот вопрос вышел на первый план. И мы намерены сосредоточиться на его решении. Бюро РСПП создало рабочую группу в составе пяти человек – Михаил Фридман, Каха Бендукидзе, Михаил Ходорковский,* Александр Мамут и Владимир Потанин – для организации рабочего взаимодействия с правительством и президентом по реализации предложений РСПП. Эта группа имеет право вести рабочие переговоры и представлять рабочие материалы. Она позволяет вести как содержательную работу, так и аппаратную.
* признан в России иностранным агентом/
** признан в России иноагентом