USD
63,1710
EUR
70,4093
 

Смерть на взлете

Возможно ли восстановление фондового рынка Крыма
29 Августа 2016 | Роман Мамчиц
Смерть на взлете

Весной 2014 г. в России стало двумя регионами больше – это Крым и Севастополь. Несмотря на то, что в украинское время фондовый рынок этих регионов худо-бедно существовал, в российском Крыму на цивилизованном уровне фактически его нет. 

Хотя Крым имеет богатый инвестиционный потенциал, внезапно оказалось, что ценные бумаги, в которые можно вложиться, там отсутствуют. Если бы у рейтинговых агентств присутствовала в шкале оценка «Сомнительный» или «Подозрительный», то фондовому рынку Крыма на данном этапе можно было бы присвоить именно ее.

 

Рынок-призрак 

Если рассматривать региональные фондовые рынки России, крымский – самый своеобразный из них. Казалось бы, он есть, но, по сути, его нет. В Крыму есть эмитенты, и до присоединения к России фондовый рынок Автономной Республики Крым и города Севастополя хоть как-то, но развивался. Сейчас же на российских биржах акций крымских предприятий нет. Из 98 случаев регистрации ценных бумаг крымских предприятий в 2015–2016 гг. имела место только одна эмиссия по открытой подписке – дополнительный выпуск акций ПАО «Гостиничный комплекс «Ялта–Интурист» на сумму 76 млн руб.  Однако и это размещение было проведено не на отечественных торговых площадках, а на внебиржевом рынке. 

Примечателен поступок одного из крупных операторов фондового рынка полуострова – Восточно-крымской фондовой компании. Она добровольно сдала в ЦБ России полученные лишь недавно лицензии на брокерскую деятельность и управление ценными бумагами. Причина – «отсутствие в настоящий момент в Республике Крым спроса на данный вид услуг». 

Помимо эмиссии «Ялты–Интуриста», можно назвать случай с кипрской компанией DRGN Limited, выкупившей у киевской инвесткомпании «Драгон капитал» (андеррайтера облигаций Республики Крым) права востребовать задолженность по крымским облигациям, выпущенным еще в украинский период, – сейчас по ним объявлен дефолт. По информации Евгения Зомчака, ведущего финансового аналитика международной брокерской компании EqTrades, срок погашения обязательств полуострова по облигациям серии «А» 2011 г. (ставка 14.5% годовых) на сумму 133 млн грн (примерно $5,6 млн) истекал в июне 2014 г. Сам иск был подан в апреле 2015-го на остаток по реестру в размере 1,1 млн евро (63,4 млн руб., или 27,6 млн грн на тот момент). Евгений Зомчак констатирует: «Иск арбитражный суд Москвы в ноябре 2015-го почти полностью удовлетворил, а не сослался на «смуту» из-за политических изменений с отказом от признания прошлых долгов. И идеологически, и для инвестиционного климата было бы абсолютно неправильным пойти на поводу у мнения нового местного правительства, что «раз деньги из одесских банков в республику не вернулись, то ответственности на властях Крыма нет, и долгов в этой части они не признают».

 

Сложное наследие

До присоединения к России с фондовым рынком Крыма тоже не все было гладко. Тем не менее там была одна полноценная фондовая биржа – Крымская межбанковская валютно-фондовая биржа (КВФБ). Что касается депозитариев, то, по словам Эдуарда Данилова, директора департамента оценки направления «Финансовый консалтинг» группы компаний SRG, «на сегодня из возможных девяти депозитариев, претендовавших ранее на получение российских лицензий, на полуострове зарегистрировано три».

Из управляющих компаний имеется и имелась только одна более-менее полноценная – та самая Восточно-Крымская фондовая компания. 95% акций крымских предприятий обращались вне биржевого рынка. Наиболее активно торговались только те бумаги, эмитенты которых контролировались не крымским бизнесом, а нидерландской компанией VS Energy International NV: «Севастопольэнерго» и «Крымэнерго». Значительно меньшие объемы торгов имели «Крымхлеб», «Крымгаз», Крымский содовый завод и АО «Пивобезалкогольный комбинат «Крым». При этом биржа и значительная часть крупнейших эмитентов после присоединения полуострова к России были национализированы.

«Севастопольэнерго» и «Крымэнерго», безусловно, в условиях энергетического голодания Крыма понесли значительные убытки, вследствие чего их инвестиционная привлекательность снизилась. Однако после постройки энергомоста их показатели идут вверх. «Крымхлеб», в отличие от двух предыдущих упомянутых предприятий, работает в настоящий момент с убытком, хоть на него и приходится более трети всей хлебобулочной продукции полуострова. Само предприятие после национализации благоразумно не разместило публично свои финансовые показатели, однако в 2014 г. эксперты оценивали его стоимость примерно в $25 млн. «Крымгаз» теперь получил название «Крымгазсеть» и стал частью «Газпрома». При его национализации стоимость активов публично не указывалась, однако, учитывая показатели предыдущих лет, можно полагать, что она находилась в районе $60 млн. Последние свои годы в составе Украины «Крымгаз» был убыточным. Крымский содовый завод по состоянию на 31 декабря 2015 г. стоил около 4 млн руб. и год закончил с прибылью. Пожалуй, это единственное предприятие из крымского второго эшелона, имеющее более-менее пристойные финансовые показатели: EV/EBITDA у него составляет 4,1, что выше среднего мультипликатора по российским эмитентам. У пивзавода «Крым» стоимость чистых активов накануне перехода Крыма под российскую юрисдикцию составляла чуть более $20 млн.

Итого: обе крымские голубые фишки, которые в случае размещения на российских биржах торговаться будут, скорее всего, так же, как и в украинские времена, – из энергетической отрасли. Плюс четыре потенциальных эмитента второго эшелона, из которых два прибыльных, при этом с довольно сомнительными мультипликаторами и их динамикой, а два – однозначно убыточные. 

 

Банки не спешат

По мнению Евгения Зомчака, идеальный сценарий для Крыма – выход предприятий и инвесторов на фондовые биржи России через российские банки, которые возьмут на себя роль депозитариев и брокеров. «Для маржи у них есть поддерживающий основной бизнес – нефондовый – плюс надежность в плане более строгого регулирования, прозрачности источников капитала и понятных моделей функционирования. Давно пора менять сложившуюся парадигму, по которой из-за дефицита посредников, а главное, недостатка доверия, крымчане привыкли хранить сбережения под подушкой и инвестировать по большей части в доллары», – считает эксперт.

Естественно, что в этом случае встает вопрос, какие российские банки будут работать на территории полуострова. В 2014 г. к деятельности в Крыму и Севастополе были допущены Генбанк и Российский национальный коммерческий банк (РНКБ), которые сразу стали двумя крупнейшими финансовыми учреждениями полуострова, несколько позже туда пришел еще один крупный участник рынка – банк «Россия». Из украинских банков, работавших на полуострове до 2014 г., только два имели крымскую прописку, в итоге они и остались, получив в лице пришедших российских банков серьезных конкурентов. 

Но пока российские банки не очень-то интересуются ценными бумагами нового российского региона. И российские торговые площадки пока не спешат учреждать дочерние структуры в Крыму, в то время, как упомянутая выше КВФБ на протяжении около 10 лет, по всей видимости, имела крайне малые объемы торгов, которые, будучи создана «для своих» (как добровольное объединение банков), даже и не публиковала, поскольку украинские банки стремились консолидировать прибыль в Киеве. В связи с выгодным расположением офиса учредители биржи пробавлялись тем, что сдавали помещения в аренду, что и было в последнее время основным доходом КВФБ. Сейчас торговая площадка национализирована с целью последующей реструктуризации.

На первое место при оценке инвестиционной привлекательности развития фондового рынка Крыма выходит репутационный фактор. Сейчас же в местном бизнесе всерьез заговорили о возвращении мафиозных времен. Таких эпизодов рейдерского отжатия акций предприятий, как сейчас, на полуострове не было никогда. По словам севастопольского независимого эксперта Вячеслава Тертуса, «рейдерские захваты сейчас в Крыму и Севастополе обыденность, и наличие или отсутствие акций не играет никакой роли». Российские власти фактически признают неправомерность происходящего, поскольку Совет Федерации с 2015 г. готовит ряд законов об особенности реализации процедур банкротства в Крыму и Севастополе. 

Рейдерство в Крыму имеет глубокие корни. В верха местной власти проникли люди, имеющие в биографии пятна, связанные с 1990-ми. Начиная с конца 1990-х в Крыму считалось, что мафии больше нет, хотя многие «герои» тех лет были депутатами и местных советов, и «Пентагона» – Верховного совета автономии в Симферополе. Сейчас в связи с хаосом лица с богатым криминальным опытом, получив власть, фактически приступили к переделу собственности на полуострове. Крупнейшие эпизоды такого рода случились в 2014 г. – фактически сразу после «Крымской весны». Правда, вопреки распространенному на Украине мнению о попытке рейдерского захвата украинского Приватбанка в Крыму ситуация с этим банком все же была урегулирована. Как и с другими банками. А вот с промышленными предприятиями получилось не так гладко.

Уже в марте 2014 г. отрядами самообороны были заняты объекты винзавода «Ливадия» в Ливадии и Симеизе. Беда в том, что собственником винзавода было украинское государство. Поэтому «экспроприация» особого резонанса не вызвала. В том же месяце заправки компании «Укрнафта», принадлежащей олигарху Коломойскому, перешли в собственность ООО «Крымойл», хотя указ о национализации имущества олигарха вышел официально только через полгода после этого. Примерно по такому же сценарию был национализирован «Крымгаз».

В августе 2014 г. сменился собственник на крупнейшем на полуострове судостроительном заводе «Залив» в Керчи. Ранее предприятие входило в финансово-промышленную группу «АвтоКрАЗ» олигарха Константина Жеваго. При помощи отрядов самообороны, занявших завод, собственником стал Зеленодольский завод им. А.М. Горького (Татарстан), подконтрольный российской финансово-промышленной группе «Ак Барс». Была применена схема, при которой для управления активами предприятия было зарегистрировано юридическое лицо с таким же названием, только не ОАО, а ООО. Из той же серии – захват Бахчисарайского райпотребсоюза: на национализацию это было не похоже – частной организации, принадлежащей пайщикам, ни с того ни с сего назначили управляющего, опять же при помощи отрядов самообороны. 

Дурной пример заразителен. Некоторые предприниматели решили, что теперь в Крыму все можно. В 2015 г. сменился собственник на коньячном заводе «Маглив», расположенном в Алуште. Отличие от ситуации с «Заливом» в том, что конфликт между собственниками назревал, однако возможность разрешить ситуацию подобным способом появилась в связи со сменой на полуострове власти и государственной принадлежности. 50% акций завода принадлежало ООО «Молдавский стандарт», по 25% – Анатолию Зотову и Сергею Тараненко. Именно эти граждане и отстранили «Молдавский стандарт» от владения акциями при помощи охранной фирмы «Каскад». Далее было не очень долгое разбирательство, в результате которого Зотов и Тараненко сначала получили по 2% акций, а потом вообще стали подсудимыми по уголовному делу. Теперь единственным учредителем компании является «Молдавский стандарт». На сей раз почему-то крымские правоохранительные органы не стали занимать сторону рейдеров. Видимо, потому, что те вместо отрядов самообороны наняли для защиты своих интересов частное охранное агентство.

Основной законодательный акт, который дает возможность рейдерам захватывать предприятия – принятый в 2014 г. Госсоветом Крыма закон №47-ЗРК «Об особенностях выкупа имущества для нужд Республики Крым», позволяющий крымским властям принудительно выкупать имущество у прежних собственников, даже если они российские. Национализированное имущество часто продается новым собственникам. Всего в Крыму и Севастополе было национализировано около 480 предприятий. Комментирует Эдуард Матвеев, независимый финансовый эксперт: «Нужно сказать, что при всем уважении к этому региону большого будущего для его эмитентов в ближайшие годы я пока не вижу. Во-первых, все это будут компании малой капитализации, у которых и в Центральной России ликвидность очень низкая, а это лишь говорит о том, что крупные инвесторы вкладывать туда свои деньги не будут. Во-вторых, вопрос защиты права собственности для инвесторов в развивающихся странах является вопросом номер один. Если уж до недавнего времени были проблематичны сделки с крымской недвижимостью, то эта собственность куда крупнее. И, в-третьих, это, как ни крути, вопрос легитимности. Возможно, что и ликвидация Крымского федерального округа призвана потихоньку растворить Крым в просторах России. Тем не менее крупные инвесторы вряд ли будут покупать ценные бумаги эмитентов, которые находятся на непризнанной большинством стран территории. Это чревато рисками для их бизнеса, и в данном случае тут вопрос именно бизнеса, а не политики».

 

Перед восходом солнца

Что касается акций крымских предприятий на украинских биржах, то с большинством из них в настоящий момент операции не производятся. По информации Алексея Тетюшина, аналитика компании FinCastle, в 2014 г. на украинской бирже были приостановлены торги по шести компаниям, базирующимся в Крыму (АО «Бром», ПАО «Крымхлеб», ПАО «Крымский содовый завод», ПАО «Энергетическая компания «Севастопольэнерго», АО «Судостроительный завод «Залив» и ПАО «Гостиничный комплекс «Ялта–Интурист»). Данное решение было связано с выходом постановления ЦБ Украины, запрещающим инвестировать в предприятия на территории полуострова. В 2015 г. торги были восстановлены по ПАО «ЭК «Севастопольэнерго». ПАО «Крымхлеб» было национализировано, а у АО «Судостроительный завод «Залив» произошла смена акционеров. Алексей Тетюшин считает, что наибольшую инвестиционную привлекательность на полуострове имеет гостинично-туристический сегмент: «Ранее инвестировать в туристическую отрасль Крыма можно было путем покупки акций ПАО «Гостиничный комплекс «Ялта–Интурист». Потенциально крымский туристический сектор является интересной идеей для инвестиций, с учетом роста внутреннего туризма. Также потенциальный интерес могут представлять компании химической промышленности, такие как АО «Бром» и ПАО «Крымский содовый завод». АО «Бром» является крупнейшим предприятием в СНГ и Восточной Европе, специализирующимся на выпуске брома и бромистых соединений. Если же говорить о долговом рынке, то обсуждается вопрос выпуска облигаций для финансирования строительства моста через Керченский пролив. Но пока документов или более подробной информации нет. Также возможно размещение муниципальных облигаций региона. Потенциальные IPO будут интересны либо стратегическим инвесторам, либо инвесторам, которые могут брать на себя высокий риск в ожидании сверхдоходов».

По словам Эдуарда Данилова, «основные проблемы Крыма, сдерживающие его экономику, станут предпосылками к существенному росту. И учитывая, что крымские эмитенты сейчас на дне, следует быть готовым к активному развитию региона, так как на нем сконцентрировано пристальное мировое внимание, и результаты выхода крымских предприятий на фондовый рынок могут быть искажены обилием информации и присущими региону рисками».