$ 77.73
 85.74
£ 94.58
¥ 71.40
 80.72
Нефть WTI 33.51
GOLD 1582.40
РТС 1008.85
DJIA 21181.48
NASDAQ 7201.80
мнения

Инфляция не страшна

Чиновники от экономики борются за знаки после запятой в статистике, а не за ее реальный рост. Фото: ТАСС Чиновники от экономики борются за знаки после запятой в статистике, а не за ее реальный рост. Фото: ТАСС
Константин Корищенко Константин Корищенко, профессор РАНХиГС, бывший зампред российского ЦБ.
Фото: РИА Новости

Инфляционное таргетирование и кредитное стимулирование не смогут обеспечить рост

В борьбе за знаки после запятой в статистике экономического роста чиновники и экономисты выдвигают разные предложения, в том числе: «Давайте подпечатаем денег!» На что их противники возражают: «А инфляция?!» Бояться инфляции сейчас не стоит, но идея увеличить темпы роста экономики через ускоренный рост денежной массы вряд ли сработает — по крайней мере, нигде в мире до этого не получалось.

Нереальные проценты

Инфляции в России придается чрезвычайное значение, да и не только в России. Это макроэкономический показатель, который «масштабирует» большинство других: от ВВП до уровня доходов. Сегодня победа над инфляцией возведена в статус «перекрытия Енисея, строительства ракет и достижений в балете».

Бытует мнение, что, повышая обеспеченность деньгами, можно увеличить темпы экономического роста. Время от времени слышны предложения: «Давайте добавим денег в экономику, но не просто так, всем, а точечно, на инвестиции и, главное, — в реальный сектор. И даже если это повысит уровень инфляции с целевых 4 % до 6–7–8 %, то — ничего страшного, главное — чтоб был рост экономики».

Показатель темпов роста индекса потребительских цен, который и называют инфляцией, является величиной, достаточно «удаленной» от реального быта обычного человека. Это весьма условные цифры: даже внутри одной страны и региона динамика такого индекса может разниться от территории к территории. Применять в практическом смысле показатель инфляции достаточно затруднительно, так же как и, например, среднюю температуру по больнице. Тем не менее для индексации зарплат, пенсий и других социальных выплат показатель инфляции используется, поскольку он может быть статистически измерен и подтвержден.

Кроме того, на инфляцию влияют инфляционные ожидания — представления людей о том, как будут меняться цены в будущем. Банк России регулярно публикует информацию об инфляционных ожиданиях. И на основании этих данных можно сделать вывод, что люди, которых спрашивают об уровне инфляции, точно отмечают в своих ожиданиях изменения тренда официальной инфляции с запаздыванием на несколько месяцев. Также они фиксируют по своему ощущению текущую инфляцию на несколько процентных пунктов выше официальной.

Это своего рода «инфляционная память», когда люди ожидают худшего и рассчитывают на инфляцию, которую видели лет пять назад, когда она была выше. Так, в середине 2017 года при официальной инфляции в 4 % люди ожидали ее на уровне 11 %, а в середине 2019 года при той же официальной цифре — на уровне 9 %. Пока разрыв между официальной и ожидаемой инфляцией все еще высок, но он будет сокращаться по мере отдаления от тяжелого периода 2014–2016 годов.

Также уровень инфляции чувствителен к изменению цен на разного рода регулируемые товары: электричество, тепло, газ и проч., где государство за счет той или иной политики индексирования может ускорить или замедлить инфляционные процессы.

Кредиты надувают пузыри

Ну, и, само собой, этот показатель зависит от количества денег, которое Центральный банк предлагает экономике, и даже не от абсолютного значения этого объема, а от его темпов роста. Спор о том, нужно или нет управлять объемом, обострился после отмены «золотого стандарта» в 1972 году. Многочисленные эксперименты в разных странах на протяжении XX века доказали, что неосторожное обращение с денежной массой (масштабный рост) приводит к инфляции. Но уже начиная с рубежа XXI века в ряде развитых стран наблюдается интересный феномен: количество денег, «выпускаемых» центральным банком, может существенно вырастать, а инфляция при этом не увеличивается. После 2008 года вообще отмечается парадоксальная ситуация, когда количество денег в Европе, в Америке, в Японии достаточно большое, и при этом не только нет инфляции, но и налицо признаки дефляции.

Это объясняется тем, что в конце XX – начале XXI века в развитых странах, а потом и в большинстве развивающихся был достигнут достаточный для удовлетворения базовых потребностей населения уровень производства товаров и услуг. Грубо говоря, во многих странах сегодня в избытке продовольствие и одежда, достаточно различных услуг. Например, соотношение уровня дохода и уровня цен потребительских товаров, таких как телевизор, холодильник или автомобиль, сегодня таково, что эти ранее не вполне доступные товары может себе позволить среднестатистический гражданин очень многих стран.

Здесь сразу можно услышать упрек, что в России порядка двадцати миллионов человек находятся за пределами черты бедности. Но это не следствие того, что в экономике мало денег, а результат неравномерного распределения этих денег. Увеличение денежной массы никак ситуацию не исправит: капитал всегда концентрируется в руках «капиталистов». Это показала приватизация 1994 года. И так будет в любой рыночной экономике. Хорошая социальная политика может лишь «сгладить» этот разрыв, как, например, в Швеции или Норвегии.

Мы сейчас вышли на тот уровень инфляции, который соответствует тренду, сложившемуся до 2014 года. Но остается главный вопрос: можно ли и нужно ли начинать кредитную экспансию, а именно, что называется, — «подпечатать денег». К существенной инфляции, судя по всему, это не приведет, но поспособствует ли росту?

Как показывает опыт большинства стран, в которых пытались применять то или иное кредитное стимулирование, к стабильному долгосрочному экономическому росту это не приводит. Зато приводит к очень бурному росту цен финансовых активов и недвижимости. Посмотрите на Китай, в котором кредитная экспансия продолжается последние лет двадцать пять. Страна в каком-то смысле повторяет историю послевоенной Японии, где кредитный бум привел к росту стоимости недвижимости и росту индекса Nikkei, но в конечном счете — к его обвалу и последующей многолетней стагнации. Похоже, и Китай уже находится в «экономическом похмелье» после периода бурного кредитного роста. США в период Буша (2000–2008) также активно стимулировали кредитование экономики и в конце концов получили ипотечный кризис. Европа пыталась спасать за счет кредитной накачки своих «южных членов» (Испания, Португалия, Италия, Греция), но также ничего, кроме высоких уровней безработицы и долгов, не достигла. «Кредитная накачка» приводит к пузырям либо на рынке недвижимости, либо финансов, но экономический рост не особенно стимулирует. Опасно, что такие действия не порождают «инфляционной волны», которая раньше выступала в роли естественного сдерживающего фактора.