GOLD 1582.40
РТС 1008.85
DJIA 21181.48
NASDAQ 7201.80
мнения

Король ссылок: правообладателям обещают внесудебное право на зачистку поисковиков

Фото: ТАСС Фото: ТАСС

Прямо перед уходом законотворцев на каникулы в нижнюю палату парламента с подачи лоббистов от крупнейших правообладателей депутатом Боярским был внесен законопроект, который мало кто заметил. В случае его принятия он наделит частные компании полномочиями удалять любые ссылки из Рунета с весьма непрозрачным механизмом для владельца домена восстановить доступ в поисковой выдаче. Об этом в колонке для журнала «Компания» пишет управляющий партнер юридической фирмы Digital Rights Center Саркис Дарбинян. 

Онлайн-забвение

В современном цифровом мире считается, что если информации нет в поисковой выдаче Google и «Яндекса», то ее и вовсе нет. Переставая индексироваться в поисковиках, сайты быстро теряют трафик и растворяются в толщах глубинного интернета (не путать с dark web). Именно из этой логики исходил в том числе и Европейский суд справедливости, который в 2014 году создал прецедент по известному делу Марио Костеха Гонсалеса против газеты «Ля Вангардиа» и Google, признавший «право на забвение» как фундаментальное право человека в киберпространстве.

Право на забвение — это право каждого на «исчерпывающую и актуальную информацию о себе», выражающееся в праве требовать удаления ссылок в поисковых системах на материалы, содержащие персональные данные или нежелательную информацию о человеке. С точки зрения Европейского суда, это та минимальная гарантия, которая нужна в современном цифровом мире, где информация тиражируются мгновенно, чтобы вернуть людям контроль над своими данными и защитить их право на приватность.

Однако, устанавливая право на забвение как неотъемлемое для человека, Европейский суд справедливости напомнил и про то, что право на забвение ни в коем случае не должно ущемлять право на свободу распространения информации и право на доступ к информации, в том числе к общественно значимой. Поэтому суды в каждом конкретном случае должны сохранять тонкий баланс интересов и принимать решения исходя из конкретных обстоятельств дела.

Следует сказать, что практика по праву на забвение все еще продолжает шлифоваться Европейским судом справедливости и ЕСПЧ, при этом оставаясь предметом широкой общественной дискуссии, в том числе в тех странах, где оно не признается.

Право на забвение показалось достаточно интересным инструментом и для российских депутатов, которые увидели в нем превосходный инструмент для зачистки информационного поля и затирания своих делишек в бурные 90-е. В 2015 году без каких-либо общественных обсуждений закон буквально за пару месяцев был принят во всех трех чтениях и дополнил трехглавый закон «Об информации» положением о поисковиках.

Сделать выводы о том, как именно применяется «право на забвение» в России, достаточно сложно, потому что закон прямо запрещает поисковикам публиковать информацию о поданных заявлениях. До судов доходит очень мало дел. Более 98% запросов на удаление ссылок из поисковой выдачи рассматриваются самими поисковиками. Единственное, что мы знаем, — это общая статистика. По данным Google, которые компания предоставляет ежегодно при публикации своих отчетов транспарентности, доля удовлетворенных запросов в Google неуклонно растет. Если в 2016 году Google удовлетворял запросы на удаление лишь в 27% случаях, то к 2020-му эта доля составила 44%. При этом, согласно последнему отчету транспарентности «Яндекса», компания отказывает в удалении ссылок из отечественного поисковика в преобладающем количестве случаев.

Но цифровая амнезия в России не ограничивается лишь основаниями, связанными с защитой частной жизни. Поисковые сервисы с точки зрения российского законодательства рассматриваются еще и в качестве «программно-аппаратных средств доступа к информационным ресурсам, информационно-телекоммуникационным сетям, доступ к которым ограничен». Соответствующие поправки были внесены Федеральным законом № 276-ФЗ еще в июле 2017 года, и они обязали поисковики, так же как и операторов связи, подключаться к реестру Роскомнадзора и удалять все ссылки на запрещенный контент из поисковой выдачи.

Помимо удаления ссылок, в России существует еще и механизм блокировки сайтов на уровне операторов связи. За нарушения в сфере авторских прав такие решения принимает Мосгорсуд. Он же может принять решение о вечной блокировке сайтов за повторное нарушение. Собственно, благодаря этому закону в вечный бан отправился самый известный отечественный торрент-трекер Rutracker, французский видеохостинг Daily Motion, российская соцсеть Spaces.ru а также один из древнейших сайтов в Рунете по обзору мобильной техники 4pda.ru. При этом все процессы проходили без участия самих владельцев веб-сайтов, которые даже не были привлечены к судебному процессу.

К слову, ни один ресурс за все время применения антипиратского закона не смог защитить себя в Мосгорсуде и доказать свою невиновность для исключения сайта из вечной блокировки.

Стоит сказать, что за последние 8 лет антипиратский закон менялся 5 раз, каждый раз то расширяя круг объектов охраны, круг субъектов, на которых возлагаются обязанности, то определяя новую механику блокировки. Что и не удивительно. Закон постоянно отстает от технологий, и все принимаемые нормы в попытках зарегулировать определенные бизнес-модели и способы доставки контента быстро устаревают. В результате ни владельцы веб-сайтов, ни сами правообладатели не были довольны новым законом.

Крупнейшие копирайт-холдеры продолжали искать более эффективные методы борьбы с пиратским контентом. Это привело к тому, что осенью 2018 года «Яндекс», Mail.ru, Rutube и Rambler Group заключили «антипиратский меморандум» со всеми гигантами вроде Первого канала, НМГ, «Газпром-Медиа», ВГТРК, «Интернет-видео» и др. По своей сути это закрытый многосторонний договор. Стороны договорились о создании реестра с пиратскими ресурсами и об удалении поисковиками ссылок на них во внесудебном порядке после обращения правообладателя. Держателем реестра выступил Медиакоммуникационный союз. Механика меморандума устроена так, что поисковикам необходимо обращаться к реестру каждые 5 минут и в случае включения новых адресов в реестр в течение 6 часов нужно удалять такие ссылки из выдачи.

Однако всего этого показалось мало. Законопроект Боярского с предложением о вступлении его в силу с 01 декабря 2021, по сути, копирует механику антипиратского меморандума, существенно расширяя сферу его применения и наделяя частные компании функциями Роскомнадзора. Согласно предложенному законопроекту правообладатели смогут создавать собственные базы данных, которые после аккредитации Роскомнадзором станут обязательными реестрами пиратских url (адресов страниц сайтов). Законопроект предусматривает, что поисковики будут обязаны удалять эти ссылки из выдачи в течение 6 часов, как только они станут поступать в Единую базу данных. При этом какого-либо понятного механизма исключения из реестра нет.

Новый закон, не отменяя старый антипиратский, предлагает введение революционных изменений в российское законодательство и наделяет частные компании правом управлять ссылочной массой Рунета.

Такой подход противоречит общепринятым международным стандартам в части ответственности информационных посредников. В России и без того существует множество оснований для внесудебного ограничения доступа к информации по решению федеральных органов исполнительной власти. Согласно решениям ЕСПЧ, вынесенным 23 июня 2020 по пяти жалобам из России на блокировку сайтов, применение ст. 15.1 закона «Об информации» не соответствует критерию предсказуемости, заявителям не была обеспечена достаточная защита от злоупотреблений, и, следовательно, вмешательство в их право на свободу выражения мнения не было основано на законе. Однако, вместо того чтобы внести изменения в нормы о блокировке сайтов и привести отечественные законы в соответствие с требованиями Европейской конвенции, российские власти лишь расширяют основания для ограничения доступа, а также круг органов, имеющих право на внесудебную блокировку. 

Зарубежная практика

В США, в отличие от России, действуют более мягкие нормы, определяющие возможности удаления объектов, нарушающих авторские права третьих лиц. Стоит напомнить, что аналог российского «антипиратского закона», получивший название SOPA, подвергся в США серьезной общественной критике, и в результате работа над ним была прекращена.

Вместо этого для американских компаний действует более мягкий DMCA, который определяет порядок удаления ссылок информационными посредниками, зарегистрированными в Copyright office USA. Применение DMCA устроено так, что любая ссылка не удаляется бесследно. Все решения об удалении конкретных ссылок фиксируются в Lumendatabase.org. Это сугубо информационный сайт, который позиционируется как третья сторона — фиксатор нарушений DMCA. Это проект Центра Беркмана Кляйна по Интернету и обществу при Гарвардском университете. Любой человек может обратиться к этому реестру и выяснить, какие именно ссылки, когда и по требованию кого были удалены из выдачи.

Нам же следует ожидать, что в случае, если «закон Боярского» будет принят, то к непредсказуемой государственной онлайн-цензуре будет добавлена еще и частная корпоративная цензура. В отличие от государственной цензуры, ни пользователи, ни сами владельцы сайтов никогда не узнают, какие именно ссылки и по чьей инициативе были удалены из поисковиков.

Ведь в отличие от госцензуры, никаких публичных реестров — в том числе по примеру DMCA — никто вести не будет. По крайней мере, авторы инициативы про это ничего не говорят и в предлагаемом законопроекте нет никаких положений о создании открытой базы данных удаленных ссылок. Все это делает предлагаемую авторами систему абсолютно непрозрачной.

Законопроект предусматривает исключение ответственности операторов поисковой системы перед правообладателями и пользователями за ограничение доступа к информации, обусловленное выполнением требований, установленных законом. А это значит, что никто не сможет ничего предъявить поисковику за неправомерно удаленные ссылки. В законопроекте предусматривается лишь право владельца ссылки восстановить ее в поиске, в случае если он сможет документально подтвердить правомерность использования авторских произведений, что может стать весьма нетривиальной задачей.

Охрана авторских прав, без всяких сомнений, является весьма важной задачей. Тем не менее любые меры по ограничению доступа к информации в киберпространстве должны базироваться на признанных нормах международного права и приниматься лишь с соблюдением баланса интересов всех сторон — правообладателей, владельцев сайтов, а также самих пользователей, базовое право на доступ и распространение информации которых гарантируется как национальными, так и международными нормами права.


Мнение автора может не совпадать с позицией редакции