Top.Mail.Ru
$ 57.93
£ 62.65
¥ 40.17
 58.43
 8.07
Нефть WTI 78.67
GOLD 1640.94
РТС 1060.03
DJIA 29590.41
NASDAQ 10867.93
BTC/USD 18849.00
расследования

Семейный фронт БКФ

Алексей Голубович. Фото: Александр Щербак / ТАСС Алексей Голубович. Фото: Александр Щербак / ТАСС

Друг познается, как известно, в беде, а супруг — при разводе. Если из совместно нажитого имущества — две сковородки и пара комплектов семейного белья, вопрос раздела имущества решается быстро, а если на кону много миллионов долларов, процесс превращается в затяжную войну. 8 сентября состоится очередное сражение: кассационный суд рассмотрит жалобу бывшего топ-менеджера ЮКОСа Алексея Голубовича на решение Мосгорсуда, отклонившего иск о взыскании в его пользу почти 35 млн долларов с бывшей жены, банкира Ольги Миримской.

За последние несколько лет бывшие супруги столько раз оказывались в судах разной юрисдикции, что со стороны действительно кажется, что между ними идет настоящая война. Ольга Миримская и Алексей Голубович поженились в 1985 году, родили троих детей. Оба сделали потрясающую карьеру и сумели стать одними из самых состоятельных людей страны. Спустя 20 лет брака супруги начали постепенно отдаляться друг от друга. К 2009 году Ольга Миримская и Алексей Голубович состояли в браке лишь формально. В 2012 году был оформлен официальный развод. Однако до сих пор вопросы о разделе имущества решаются в суде, причем инициатором становится скорее бывший супруг. Параллельно идут процессы, которые, на первый взгляд, вроде бы и не касаются затянувшегося бракоразводного вопроса, но тем не менее являются ключевыми в судебно-финансовой войне бывших супругов. Один из таких процессов — выяснение в суде взаимоотношений ООО «Банк Корпоративного Финансирования» и компании «Неткор».

Проценты доставались супругу

В 2009 году ООО «Банк Корпоративного Финансирования», как многие коммерческие организации, начал испытывать финансовые затруднения. Ольга Миримская занимала одну из ключевых позиций в его руководстве, а Алексей Голубович владел 20% долей банка, супруги совместно нашли выход. Некая компания Netcore Solutions Limited («Неткор Солюшнс Лимитед», «Неткор»), зарегистрированная на Кипре, предоставила банку субординированный заем на сумму 11 150 000 долларов США на срок 10 лет и 3 месяца. В соответствии с договором, ООО «Банк БКФ» обязан был вернуть сумму вместе с процентами — 6,5% годовых (достаточно высокой даже на тот момент времени). Есть мнение, что заключению этого договора немало посодействовал и сам Алексей Голубович, к чьему слову как авторитетного финансиста в деловой среде прислушивались. Голубович, рекомендуя «Неткор» банку, «забыл» рассказать, что он бенефициар компании. На протяжении всего срока займа БКФ аккуратно выплачивал проценты, претензий по поводу соблюдения договоренностей не возникало ни у одной из сторон. Средства от займа вошли в уставной капитал банка.

В 2016 году компания «Неткор» уведомила БКФ, что прерывает отношения со своим обслуживающим банком на Кипре и закрывает расчетный счет, поэтому просит до открытия нового расчетного счета выплаты процентов не проводить. Далее события развивались примерно так: банк неоднократно письменно запрашивал у «Неткора» новые реквизиты для оплаты, но ответа не получал. В связи с этим было принято решение перечислять проценты по последним известным реквизитам компании, но деньги неизменно возвращались. В феврале 2017 года «Неткор» наконец-то прислал новые банковские реквизиты, и после согласования в ЦБ РФ и подписания в апреле 2017 года дополнительного соглашения к договору регулярные выплаты процентов возобновились. Однако в июле 2017-го бнк получил от компании «Неткор» письмо с требованием досрочного расторжения договора субординированного займа, в котором «Неткор», ссылаясь на якобы имевшую место просрочку уплаты процентов, требовал досрочно вернуть сумму займа в полном объемеи даже обратился по этому вопросу в суд.

Одновременно Алексей Голубович начал предпринимать попытки продать свою долю в БКФ. Вероятно, чтобы повысить «ставки», акционер заявляет о своем намерении продать свою часть людям, чья репутация оставляет желать лучшего. В данном случае экс-акционер ЮКОСа Алексей Голубович уведомляет банк БКФ о возможной сделке с другим бывшим акционером ЮКОСа — Бейлиным Юрием Аркадьевичем. Но если у Голубовича на тот момент формально не было нерешенных вопросов по ЮКОСу в России, то у Бейлина, наоборот, — он был привлечен в качестве обвиняемого за совершение уголовного преступления и объявлен в международный розыск. Бейлин возник неслучайно — по информации СМИ, Алексей Голубович находится в постоянном контакте с бывшими партнерами по ЮКОСу , которые судятся с РФ за миллиарды долларов в разных юрисдикциях. В итоге банк был вынужден сам выкупить эту долю более чем за 50 млн рублей, фактически списав эту сумму в убыток. Вторая подобная сделка не состоялась только потому, что совокупный размер продаваемой доли превысил 10% и продажа требовала одобрения ЦБ РФ.

Только в 2019 году стало ясно, что эти действия — звенья одной цепи. «В 2019 году в банк пришло уведомление от ФНС, в котором налоговые органы указали на экономическую взаимосвязь “Неткора” и господина Голубовича. — рассказывает юрист банка БКФ Виктор Медведев — Получается, что все это время выгодоприобретателем от деятельности компании был Алексей Голубович». Вывод может быть один: он же, соответственно, распоряжался процентами (это почти 7 млн долларов) от субординированного займа, а продать свою долю, а также инициировать нарушение банком графика выплаты процентов господина Голубовича вынудила договоренность между финансовыми органами России и Кипра по обмену сведениями о бенефициарах компаний. Рано или поздно информация о фактическом собственнике «Неткора» неизбежно стала бы известна налоговым органам и акционерам банка.

Для обжалования в суде предлог не нужен

Действия Алексея Голубовича привели к серьезным последствиям. Налоговая служба посчитала, что в условиях, когда доход в конечном итоге получает не кипрская компания, а один из акционеров банка БКФ, использовать соглашение об избежании двойного налогообложения незаконно, а следовательно, банк обязан выплатить порядка 30 млн рублей налогов за перечисленные проценты.

Остальные акционеры БКФ, узнав об открывшихся обстоятельствах дела, видимо, посчитали, что таким образом Голубович, используя подставного заимодателя в лице компании «Неткор», вывел значительную часть прибыли банка в свою пользу с помощью договора займа и зашитой в него ставки процента, которая значительно превышала рыночную. При этом в период действия договора субординированного займа дивиденды акционерам банка практически не выплачивались, в том числе и по причине высокой стоимости заемных средств. Часть акционеров подали в суд требование признать договор недействительным и пересчитать сумму процентов исходя из рыночных условий на основании экспертной оценки.

Суд подтвердил законность требований акционеров и присудил «Неткору» вернуть часть полученных сверх рыночных условий процентов, при этом не снимая с банка обязанности вернуть тело займа в полном объеме.

«В юридическом департаменте банка несколько стеллажей заставлены материалами судебных разбирательств по данному вопросу, — продолжает Виктор Медведев. — Практически все решения суда вынесены в нашу пользу. И все они оспорены оппонентом. При этом используется любой шанс на кассацию. Например, жалоба подается даже на почти исполненное решение суда с формулировкой о наличии якобы “вновь открывшихся” обстоятельств. К слову, судья отказал в повторном рассмотрении, потому что все обстоятельства были известны давно и всем участникам процесса. В случае если опротестовать решение суда не удается, “Неткор” и Алексей Голубович явно пытаются всеми возможными способами препятствовать его исполнению. Например, нам долго не предоставлялись реквизиты для перечисления средств, что, несомненно, может быть истолковано как попытка испортить репутацию банка».

В суде — как на войне, хороши все средства. И в июле 2021 года бывший супруг обвинил Ольгу Миримскую в мошенничестве. При этом в заявлении, поданном в МВД района «Пресня», Алексей Голубович ссылается на то, что женщина «использовала ранее имеющиеся близкие отношения», а также, «прикрываясь интересами детей», убедила его предоставить субординированный заем банку БКФ. Средства, по мнению Алексея Голубовича, Ольга Миримская возвращать не планировала. По заявлению была проведена проверка, в уголовном деле бывшему супругу было отказано за отсутствием события преступления. Но это не остановило топ-менеджера. Недавно он подал заявление в Следственный комитет ЮАО, в котором вопреки фактам, зафиксированным в судебных протоколах, обвинил Юлию Журавлеву, адвоката Ольги Миримской, якобы в фальсификации доказательств, предоставленных в суд по делу «Неткора». Заявление было подано спустя два года после того, как эти доказательства были всесторонне изучены в судебном процессе и им не оспорены. Сейчас следственными органами ведется проверка фактов, изложенных в заявлении. «Алексей Голубович исчерпал все средства и возможности решения своих финансовых проблем в судебных спорах и сейчас от безысходности переключился на уголовные преследования бывшей жены и ее сотрудников», — считает адвокат Юлия Журавлева. Сотрудниками Голубович не ограничивается — он судится даже со своей дочерью Натальей. Подход бизнесмена к решению судебных споров иллюстрирует и текущий иск по поводу 35 млн долларов, кассация по которому назначена на 8 сентября. Голубович подал иск против Ольги Миримской, опираясь на некие ксерокопии документов, обвинив бывшую супругу фактически в получении денег за долю в ЮКОСе. Защита ответчицы считает ксерокопии «подложными». Каким образом Миримская могла хоть что-то получить за долю бывшего мужа в ЮКОСе, Алексей Голубович не объяснил, но упорно подает жалобы на неустраивающие его решения судов.

Некогда семейная история в новых политических реалиях приобрела интересный оттенок. Алексей Голубович в настоящее время проживает за рубежом, предположительно, в Лондоне. Многие полагают, что на родину он возвращаться не собирается, однако, судя по всему, прикладывает усилия, чтобы максимально вывести средства за границу. И для этого планомерно, используя любой повод, пытается добиться пересмотра дела о субординированном займе. Причем список его неэтичных трюков расширился: начались явные уголовные преследования.