Священный долг
![]() |
Чичиков - должник обаятельный и изобретательный, от чего его кредиторам было только хуже. Фото: РИА Новости |
Деловые отношения редко обходятся без отношений кредитных. Более того, кредиты - нормальная форма существования бизнеса. А возвращение кредитов и прочих долгов? И вообще, нужно ли отдавать долги? Вопрос, казалось бы, риторический. Однако ответ на него очевиден не для всех.
Когда приходит пора рассчитываться, должники начинают лихорадочно искать способы оттянуть срок возврата денег или вообще увильнуть от исполнения своей обязанности. Чтобы снизить риск остаться один на один с такого рода субъектами, кредиторы стараются получить дополнительное обеспечение (в виде, например, банковской гарантии или поручительства) своих требований от третьих лиц. Но и тут не все так просто: ни поручители, ни гаранты отнюдь не горят желанием нести ответственность за недобросовестных должников и тоже в свою очередь изыскивают варианты, как сбросить с себя ярмо предоставленного обеспечения. А уж если в дело включаются привлеченные ими юристы, то кредиторов ждет как минимум затяжной судебный процесс, в котором, будьте уверены, и должники, и те, кто давал за них обеспечение, выступят против кредиторов единым фронтом. И, как ни прискорбно, эта коалиция нередко достигает успеха, что, безусловно, никак не способствует стабильности оборота и уверенности кредиторов в том, что им удастся хотя бы вернуть свои деньги.
Можно ли обезопасить себя от таких партнеров? Да, и теперь таких возможностей стало больше.
Гарантия без гарантии
На прекращение этой порочной практики в последние годы взяли курс судьи Высшего арбитражного суда (ВАС) РФ, принявшие ряд важных документов. В частности, постановления Пленума ВАС РФ от 23.03.2012 №14 "Об отдельных вопросах практики разрешения споров, связанных с оспариванием банковских гарантий" и от 12.07.2012 №42 "О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством". Эти документы перекрыли некоторые распространенные лазейки, которыми недобросовестные должники пользовались не один десяток лет.
Так, часто гаранты, пользуясь тем, что текст банковской гарантии составлялся их юристами, заведомо включали туда не все условия обеспечиваемого обязательства (например, как будто забывали указать срок платежа или размер неустойки), а потом на этом основании успешно оспаривали выданную ими же гарантию. Теперь эта лазейка закрыта: ВАС РФ указал на то, что в гарантии достаточно указать сумму, подлежащую уплате гарантом, и сделать отсылку к договору, в обеспечение обязательств по которому выдана гарантия.
Следующая увертка - выдача гарантии на срок, меньший, чем срок существования обеспеченного обязательства (например, должник должен заплатить не позднее 01.01.2013, а гарантия действует до 30.12.2012). Соответственно должник нарушит обязательство по оплате уже после того, как срок гарантии закончится, и гарант уйдет от ответственности: в таких случаях суды, естественно, признавали гарантию недействительной. Теперь эта практика прекращена, и судам дано четкое указание, что банковская гарантия, выданная на срок, меньший, чем срок исполнения обеспеченного обязательства, не может быть признана недействительной по указанному основанию. Попутно пресечена практика оспаривания гарантий, выданных в форме не отдельного бумажного документа, а посредством SWIFT (SWIFT - система передачи финансовых данных).
Еще один "древний" прием - ссылка на недействительность гарантии в связи с отсутствием в ней подписи главбуха организации, выдавшей гарантию (дело в том, что формально, в соответствии с положениями ФЗ "О бухгалтерском учете", без подписи главного бухгалтера денежные и расчетные документы, финансовые и кредитные обязательства считаются недействительными и не должны приниматься к исполнению). Высшая судебная инстанция недвусмысленно указала на недопустимость оспаривания банковской гарантии по данному основанию.
Честное благородное слово
Поручители тоже встречаются изобретательные. Некоторые, например, намеренно не включают в договор все необходимые элементы обеспечиваемого обязательства, а потом с успехом его оспаривают. Теперь ВАС РФ постановил, что если в договоре поручительства не упомянуты некоторые из условий обеспеченного обязательства (например, размер или срок исполнения обязательства или величина процентов по обязательству), но оно описано с достаточной степенью определенности, позволяющей суду установить, какое именно обязательство было (либо будет) обеспечено поручительством, либо в договоре поручительства есть отсылка к документу, регулирующему обеспеченное обязательство и содержащему соответствующие условия, то договор поручительства не может быть признан судом незаключенным. Это дало судам возможность смелее защищать добросовестного кредитора.
Еще один трюк - использование не согласованных с поручителем изменений, внесенных в основной договор. Это делается для того, чтобы признать договор поручительства недействительным в целом, что явно нарушает баланс интересов сторон. Почему недействительным становился весь договор, ведь основное обязательство менялось только в части? Теперь этот баланс восстановлен. Если обеспеченное обязательство изменилось без согласия поручителя, то последний отвечает перед кредитором на первоначальных условиях (как будто бы никаких изменений в основном договоре не было).
Следующий прием - использование реорганизации должника. В таких случаях поручитель заявлял о прекращении поручительства, ссылаясь на то, что он не давал своего согласия отвечать за нового должника. ВАС пресек эту порочную практику, прямо заявив, что при реорганизации должника долг переходит к правопреемнику реорганизованного лица в силу универсального правопреемства, и это не является причиной, по которой поручитель может отказываться от своих обязательств.
Пресечено еще одно злоупотребление - ликвидация компании основного должника или поручителя. Теперь судам указано на то, что исключение должника из ЕГРЮЛ не прекращает поручительство, если кредитор до такого исключения успел предъявить иск к поручителю, или заявил свои требования ликвидационной комиссии в ходе процедуры ликвидации поручителя, или подал заявление об установлении требований в деле о его банкротстве.