Top.Mail.Ru
архив

Программное обеспечение

Правительство и ЦБ, кажется, определились в своем мнении о перспективах банковской системы страны. Совместное заявление как результат компромисса носит несколько аморфный характер. Но лучше уж такая стратегия, чем вовсе никакой…

 

О наболевшем

С августа 1998 года правительство неоднократно выпускало всевозможные «стратегии» и «концепции» банковского развития, а уж указов, распоряжений всяких или просто заявлений первых лиц государства по данному вопросу, пожалуй, и не счесть. Нужны примеры? Сколько угодно: программа реструктуризации банковской системы, написанная еще осенью «кризисного» 1998-го. Она, если кто успел позабыть, предполагала создание кредитного бюро, обладающего информацией о кредитной истории российских банков-заемщиков, а также ряда банковских регистраторов, ведающих реестрами акционеров всех кредитных организаций страны. В том же документе впервые упоминалось Агентство по реструктуризации кредитных организаций.

Также осенью Евгений Примаков, занимавший пост председателя правительства, намекнул на возможность расширения доступа в страну иностранного банковского капитала. На разных уровнях обсуждались в то время варианты конвертации долгов российских банков перед западными кредиторами в акции; наиболее радикальные эксперты рисовали картину страшного «аншлюса» российской банковской системы иностранцами, которых, как казалось тогда, уже ничто не сможет остановить, ведь формальные ограничения на участие нерезидентов Евгений Примаков пообещал упразднить.

А еще полтора-два года спустя современная банковская мысль в России буквально сроднилась с идеей «государственного начала». Как следствие из всевозможных постановлений и указов над начавшей выходить из кризиса банковской системой угрожающе нависла тень Российского банка развития, который, казалось, не сегодня-завтра стартанет, оставив не у дел всех прочих (читай: негосударственных) инвесторов России.

Что же случилось в реальности? АРКО создали (теперь, по прошествии трех с небольшим лет, думают, что делать с агентством дальше: свою первоначальную задачу оно практически выполнило). Иностранцев в Россию вроде бы пустили, но они сами пока ведут себя весьма сдержанно. Вот если разрешить им наряду с «дочками» открывать здесь еще и филиалы… РБР, равно как и Россельхозбанк, в полную силу так и не заработал. (По поводу «Россельхоза» ситуация вообще непонятная: это скорее не банк, а государственное агентство с ограниченным объемом банковских операций. Но об этом позже.)

Правда, с идеей государственности, а точнее сказать, с упорядочением участия государства в уставном капитале кредитных организаций страны, дело вроде как идет по нарастающей. В середине января текущего года истек годичный срок, отпущенный президентом страны Владимиром Путиным премьеру Михаилу Касьянову* на «инвентаризацию» этих самых государевых денег, в банковскую систему вложенных. Говорят, что в отведенные временные рамки правительство уложилось. Следовательно, вскоре можно будет ждать итогов.

Хотя отчасти они содержатся в совместной «Стратегии развития банковского сектора Российской Федерации», подписанной главами кабинета министров и Центробанка (на прошлой неделе официальный текст этого документа появился в «Вестнике Банка России», № 5 (583), а также на сайте ЦБ).

В документе говорится и о будущем АРКО (ему предложена роль коллективного ликвидатора), и о путях расширения участия иностранцев в российской банковской системе (по условиям допуска в эту самую систему нерезидентов планируется уравнять с резидентами), и о гарантировании частных депозитов.

Внесена некоторая ясность в вопрос о банках с государственным участием: РБР и «Россельхозу» предложено сконцентрироваться на кредитовании реального сектора, а также на обеспечении возврата ранее выданных из бюджета кредитов. При этом правительство «не считает целесообразным дальнейшее расширение функций указанных банков». С ВЭБом все более-менее ясно: в документе закреплен ранее продекларированный план разделения функций агента по обслуживанию внешнего долга и функций кредитной организации. А вот Сбербанк РФ – важное нововведение данного документа – предполагается подключить к системе гарантирования частных депозитов, «имея в виду формирование в перспективе единых условий гарантирования вкладов населения для всех банков – участников этой системы».

 

Борьба с привилегиями

Еще одно очень важное замечание, содержащееся в совместном заявлении: правительство России обещает впредь «воздерживаться как от создания новых государственных банков, так и от предоставления действующим банкам привилегий».

Выше говорилось уже о вхождения Сбербанка «в качестве участника в систему гарантирования вкладов», что, в свою очередь, «обеспечит дополнительные возможности для развития межбанковской конкуренции на рынке вкладов».

Дело в том, что до сих пор на этом самом рынке сохраняется странная ситуация: многие банки, оставшиеся после кризиса на розничном рынке или вышедшие на него уже после августа 1998 года, вроде бы и ставки выше предлагают, и очередей у них нет. А частный вкладчик все равно идет в «Сбер». Почему? Да прежде всего потому, что с этим банком ассоциируется ЦБ, то есть государство. То есть государственные гарантии. Вот и получается, что у такого кредитора есть все основания не беспокоиться о повышении процентных ставок для вкладчиков, выдавая при этом не просто дешевые, а демпинговые кредиты предприятиям. Отсюда ресурсная мощь Сбербанка, вовсе не являющаяся следствием эффективности его работы.

Говорят, что своим появлением в тексте документа это положение обязано некоторым крупным российским банкам, с недавних пор активно работающим с населением: собеседники «Ко» упоминали, в частности, «Альфу» и МДМ-банк. Как не вспомнить, что инициативную группу по разработке данного документа в Российском союзе промышленников и предпринимателей возглавлял Александр Мамут… Кстати, повышение требований к минимальному размеру уставного капитала вновь создаваемых банков до уровня 5 млн. евро в рублевом эквиваленте также связывают с лоббистской деятельностью этого банкира.

Надо сказать, что, по оценкам ряда экспертов, «Стратегия развития банковского сектора» была бы еще более сухим и бюрократическим документом, не поучаствуй в ее обсуждении и доработке РСПП, Ассоциация российских банков и другие профессиональные объединения и союзы. Что такое документы, вышедшие из стен Белого дома и здания на Неглинной, хорошо известно: взять те же основные направления денежно-кредитной политики и ежегодное совместное заявление кабинета министров и ЦБ. По большому счету это политика. А вот глобальных экономических документов до нынешней «Стратегии…» у нас, похоже, не было.

Все те документы, речь о которых шла в самом начале, носили, по образному выражению одного из собеседников «Ко», «пожарный характер». Сейчас «тушить» ничего уже не надо. Значит, есть возможность спокойно подумать о том, в каком направлении двигаться дальше.

Документ вызывает много нареканий, в том числе и со стороны самих разработчиков: ЦБ так и не смирился с некоторыми поправками, внесенными правительством. В чем-то и правительство считает себя недопонятым.

Хотя все честно: без привилегий – значит без привилегий…

 

А ликвидаторы кто?

Что ни говори, а ЦБ молодец. Еще три с небольшим года назад задача оздоровления банковской системы казалась почти неразрешимой, а поди ж ты – справились. Причем без аргентинского варианта с битьем стекол крупных банков. Работает система!

И все же вопрос о реструктуризации и ликвидации нежизнеспособных кредитных организаций остается весьма актуальным. В роли «расчищающего завалы» предложено выступить АРКО: не позднее будущего года истекает срок реструктуризации последнего его подопечного. Поэтому в правительстве и ЦБ посчитали целесообразным наделить агентство функциями корпоративного ликвидатора банков с отозванной лицензией.

Все бы неплохо, да вот только вкус к участию в ликвидационных процедурах, конкурсному управлению и прочим схожим делам почувствовали и сами банкиры. Бизнес на ликвидации показал себя как весьма и весьма доходный, откуда известная неуступчивость сторон (вспомним шумную историю с акциями «Бабаевки»). Отсюда вопрос: а дадут ли АРКО доступ к этой золотой жиле? Или оставят ведомству Александра Турбанова несъедобные корешки, оставив за собой право распоряжаться аппетитными вершками?

Заметим, что в качестве коллективного ликвидатора АРКО предложило себя правительству и ЦБ само. На выбор: агентство либо по ликвидации, либо по гарантированию частных вкладов (напомним, что именно в находящихся под управлением АРКО банках была в порядке эксперимента введена та самая система гарантирования, о необходимости которой на федеральном уровне говорят аж с 1995 года).

Если дело и впрямь сдвинется с мертвой точки, то на данный момент в вопросах гарантирования потенциально возможен конфликт интересов четырех ведомств. ЦБ, который весьма искренне недоумевает: зачем гарантирование, вы нам что, не доверяете? Минфина, который прочно стоит на позиции «ни копейки из бюджета не по назначению» (в том числе и на гарантирование частных депозитов). Министерства экономического развития, которое, по слухам, разработало свою схему запуска всего этого механизма путем создания специализированного государственного фонда (схема в общих чертах напоминает структуру государственного пенсионного фонда). И наконец, новоиспеченный коллективный ликвидатор, то есть нынешнее АРКО: тот, кто делает бизнес на ликвидации, заинтересован в том, чтобы реализовывать активы должника с максимальной выгодой. А фонд или иная структура, занимающиеся гарантированием, заинтересованы в том, чтобы сделано это было с максимальной скоростью.

Так что процедура запуска самого этого механизма не обещает быть легкой. В то же время, по оценкам некоторых экспертов, все существующие проблемы можно решить достаточно быстро – была б на то политическая воля. Когда ее можно ожидать? Наверное, как повелось в современной России, ближе к выборам.

Наконец, еще один важный раздел документа, не вспомнить о котором было бы неправильно. Речь идет о регулировании банковской деятельности и банковском надзоре. Заметим, что сегодня уже не слышно голосов, призывающих вывести надзорные функции из-под ЦБ и передать их некоему специально созданному федеральному органу. Не говорится об этом и в «Стратегии развития банковского сектора». Следовательно, все задачи остаются за Банком России.

В документе прописан ряд мер в этой области: здесь и усиление контроля за соблюдением требований Закона о банкротстве, и своевременное применение мер воздействия на нарушителей, и даже введение «в практику публикации макропруденциальных показателей», характеризующих основные параметры деятельности банковского сектора. Однако на практике процесс надзора упирается в недостаточную эффективность территориальных управлений Банка России. Когда ГУ ЦБ на местах то не спешат сигнализировать центру о низкой ликвидности какого-нибудь регионального банка, то проявляют излишнее рвение.

На уровне государственной власти стремление начальников на местах быть независимыми от центра «прижали» путем выделения семи федеральных округов. На банковском уровне подобную реструктуризацию собственной системы затеял Сбербанк РФ. А вот ЦБ начал было объединять свои территориальные подразделения, слив два ГУ – по Москве и по Московской области – в Московское главное территориальное управлений Банка России, и остановился на этом. Даже на уровне Питера и Ленинградской области подобный эксперимент не удался. Что уж говорить о других регионах.

Так что с надзором пока что остается много вопросов. И АРКО в новой своей роли может не беспокоиться о потенциальных простоях или «недозагрузке»… 


** признан в России иноагентом

Еще по теме