Экспатам пора домой
Это произошло как-то незаметно. Боссы международных корпораций, сидящие в своих лондонских и брюссельских офисах, теперь предпочитают покупать российское. Речь пока идет не о продуктах, а о кадрах. Отечественных менеджеров все чаще ставят на первые посты в московских офисах западных компаний.
Примеров только за последнее время набирается не меньше десятка. В Intel, Mars, Oracle и Seagram еще год-два назад считали, что россиянам нечего делать в креслах генеральных директоров. Конечно, иностранцы не высказывались об этом вслух. Но факты говорили сами за себя: нашего соотечественника в кресле босса представительства зарубежной корпорации почти невозможно было найти.
Теперь в Москве формируется целая прослойка топ-менеджеров западных компаний с российскими паспортами. "Покупая" их, иностранные работодатели дают им тот же объем полномочий, который был у предшественников-экспатов. Без всяких скидок на национальность.
Во всем мире мультинациональные компании при открытии своих представительств и дочерних предприятий, как правило, сажают на них local executives - топ-менеджеров из "местных". В России до недавнего они поступали по-другому. На руководящие должности назначали экспатов - по той причине, что местных, способных управлять "дочками", просто не было. Теперь они есть.
Действуй глобально, назначай "локальных"
Былое недоверие иностранных боссов к россиянам породило в среде наших соотечественников, мечтающих о блестящей менеджерской карьере, устойчивое представление о недоступности для них "топовых" должностей. Хотя уже в середине 90-х некоторые компании, причисляемые на Западе к самым продвинутым по части корпоративной культуры, начали менять экспатов на россиян. Примеры тех лет: назначение Ольги Дергуновой генеральным директором российского Microsoft и Игоря Савельева - генеральным менеджером представительства Wrigley.
За последний же год радикальные кадровые перемены в представительствах зарубежных компаний стали происходить настолько часто (мы уже рассказывали об Александре Изосимове из Mars, Борисе Щербакове из Oracle, Алексее Наволокине из Intel), что впору говорить о тенденции, об изменении отношения иностранных боссов к менеджерскому потенциалу наших соотечественников. Сенсации здесь нет. Просто российский бизнес повзрослел, местные менеджеры набрались опыта, и достойных кандидатов для иностранных компаний стало больше. Если вместо экспата приглашают россиянина, значит, его знания и способности соответствуют "западным стандартам".
Самый свежий пример - Lucent Technologies, одна из крупнейших телекоммуникационных компаний мира. Должность генерального директора представительства компании с июля занимает россиянин Дмитрий Каменский. "Почему мы решили, что на этот пост следует назначить российского менеджера? - говорит Рейн Зволсман, вице-президент Lucent Technologies по Европе и Ближнему Востоку. - Потому что у нас есть Дмитрий Каменский, который умело сочетает превосходное владение приемами западного менеджмента с глубоким пониманием особенностей российского рынка связи".
Судя по назначениям последнего времени, достойный кандидат для иностранных компаний - это менеджер как минимум с пятилетним стажем работы, причем необязательно в той компании, которая приглашает его на должность генерального управляющего. Для нанимателя гарантией успешности кандидата является его быстрый должностной и профессиональный рост за предыдущий период его карьеры (причем начиная с рядовых позиций).
Так, Александр Изосимов, в июне прошлого года назначенный генеральным директором российского Mars, свою карьеру начинал в 1991 году младшим консультантом в McKinsey&Co; в Mars он поначалу был менеджером по бизнес-планированию.
Алексей Хижняк, с июля 1999 года возглавляющий российский филиал фармацевтической Boots Healthcare, ранее работал в Johnson & Johnson, где за пять лет вырос из торгового представителя в сейлз-директора.
Схожая карьера у Андрея Осипова, в мае этого года возглавившего представительство алкогольной Seagram и ее дочернюю компанию "Мастер Дистрибуторс"; в 1994 году он начал работать торговым представителем в International Distillers&Vintners (UDV), где через четыре года получил должность коммерческого директора представительства.
Дмитрий Каменский до Lucent Technologies, где его первой должностью был пост технического директора, почти семь лет руководил продажами в компании - дистрибуторе техники AT&T.
У директора-россиянина, догнавшего своих западных коллег по уровню практической подготовки, есть неоспоримое преимущество по сравнению с ними - лучшее знание местного рынка, а следовательно, большая оперативность и точность принимаемых решений. К тому же своим нанимателям он "обойдется" значительно дешевле (экспату оплачивают не только его труд, но еще и аренду квартиры, переезд семьи, обучение детей и так далее).
Меркантильные соображения у иностранных боссов, впрочем, стоят на последнем месте: им действительно нужны в России полноценные генеральные управляющие, которые могли бы двигать вперед бизнес компаний. Иначе как объяснить кадровые перестановки в некоторых представительствах именно в те моменты, когда в самих компаниях происходят перемены в мировом масштабе?
Например, Алексей Наволокин был назначен генеральным менеджером Intel по России и СНГ как раз в то время (март 2000 года), когда корпорация объявила об изменении стратегии развития и концентрации усилий на разработке и продвижении Интернет-технологий (карьеру в корпорации он начинал простым специалистом по прямым продажам).
Другой пример - назначение Дмитрия Иванникова гендиректором представительства Avaya Communication, компании, недавно отделившейся от Lucent Technologies с целью специализации на корпоративном секторе. (За плечами у Иванникова работа в IBM - от менеджера по продажам до начальника отдела маркетинга - и в самой Lucent.)
Какие ваши полномочия
Как они работают на нас
Интерес отечественных предпринимателей к иностранным топ-менеджерам возник несколько раньше, чем доверие иностранных боссов к российским наемным директорам.
Директора-россияне получают тот же объем полномочий и ту же степень самостоятельности в принятии решений, что и их иностранные предшественники, и это также свидетельствует о том, что их потенциал оценивается на равных с экспатами.
Одними из первых зарубежных граждан на ключевые должности начали привлекать банки. Началось это в середине семидесятых.
Лидером по привлечению иностранных менеджеров, безусловно, является Альфа-банк. Очевидно, руководители "Альфы" приобрели немало знакомых среди западных финансистов, когда готовились к аукциону по "Связьинвесту", ТНК и прочим приватизационным сделкам. Известно ведь, что, например, банк Credit Suisse First Boston довольно активно участвовал в российской приватизации. А именно московское отделение CSFB возглавлял с 1995 по 1998 год Алекс Кнастер, назначенный впоследствии главным управляющим директором Альфа-банка.
После кризиса 1998-го CSFB существенно ограничил свои российские операции. И Кнастеру стало тесновато.
С другой стороны, Альфа-банку, имеющему определенную задолженность перед нерезидентами, нужны были авторитетные специалисты, способные говорить с западниками на их языке.
Помимо CSFB в послужном списке Кнастера была работа в московском офисе Deutsche Morgan Grenfell, должность управляющего директора в нью-йоркском и лондонском офисах Bankers Trust, а также восемь лет (с 1985-го по 1993-й) "партнерства" в хьюстонской Simmons&Co International.
Впрочем, Кнастер был отнюдь не первый иностранец, пришедший в "Альфу". С 1997 года в банке работал на подобающей должности начальника отдела финансовых институтов и коротношений со странами ближнего зарубежья Макс Топпер. До "Альфы" Топпер представлял в России интересы Republic National Bank of New-York. А еще раньше, в 1994 - 1995 годах, руководил в BSD International научно-исследовательским проектом в области телекоммуникаций. Видимо, в "альфовских" телодвижениях по направлению к "Связьинвесту" Топпер играл не последнюю роль.
Еще раньше Кнастера обосновался в Альфа-банке Тейо Панкко. Выходец из финской Lemminkainen Панкко до прихода в банк был финансовым директором компании "Альфа-Капитал". В Альфа-банке же Панкко возглавляет казначейство.
Послекризисная экспансия "Альфы" не могла не отразиться и на кадровых аппетитах банка. Уже в феврале этого года Михаил Фридман и Петр Авен пригласили на должность директора по информационным технологиям Джона Хогана. В отличие от других "альфовских" иностранцев Хоган до этого практически не работал в России. 17 последних лет он работал в MITRE Corporation, занимаясь организацией базы данных и сетевыми проектами. Правда, круг задач Хогана таков, что ему необязательно быть знакомым с колоритом страны пребывания. Hi-tech интернационален.
Зато Доминику Гуалтиери, возглавившему в мае управление рынков и акций, в принципе неплохо бы разбираться в российской специфике. Впрочем, этого у него не отнять. Непосредственно перед приходом в "Альфу" Гуалтиери исполнял обязанности управляющего директора группы компаний Templeton Asset Management в Южной Африке. Но до этого он в течение трех лет руководил "темплтоновским" бизнесом в России и даже получил аттестат ФКЦБ в качестве управляющего активами.
"Мои полномочия ничем не отличаются от job description директоров представительств компании в других странах мира, - отмечает Алексей Хижняк из Boots Healthcare CIS. - Я в той же степени самостоятелен в принятии решений как по организационным, так и по финансовым вопросам".
"Я полностью отвечаю за результаты финансового года и поэтому самостоятелен в планировании работы представительства, в постановке задач и выборе средств их достижения", - говорит Андрей Осипов из Seagram.
"Организационная структура, коммерческая политика представительства и все связанные с этим вопросы полностью находятся в моем ведении, - рассказывает Дмитрий Каменский из Lucent Technologies. - Разумеется, я действую в рамках общей стратегии компании и по наиболее важным вопросам (например, по инвестициям я должен координировать свою работу с головным офисом), но так работают топ-менеджеры во всем мире".
Впрочем, число россиян, возглавляющих филиалы иностранных компаний, пока на порядок меньше общего штата менеджеров-экспатриатов. Многие мультинациональные компании до сих пор ограничивают рост своих российских сотрудников должностями руководителей направлений и начальников отделов, хотя и не говорят об этом напрямую. Вряд ли, например, Coca-Cola, Nestle или Sun Interbrew в обозримом будущем решатся передать генеральное управление своими структурами менеджеру-россиянину. У некоторых компаний в этом просто нет необходимости, потому что значительная часть оперативной работы в них давно передана россиянам, на том или ином уровне включенным в деятельность топ-менеджерской команды. Так, например, происходит в компании "Трансмарк" - "дочке" пивоваренной корпорации SAB, где три из шести директорских должностей занимают россияне.
Как возглавить западную компанию
Из опыта российских топ-менеджеров, добравшихся до первых позиций в московских офисах западных компаний, можно вывести следующие рекомендации
Еще по теме
Каждый лидер имеет свои человеческие слабости. Если это влечение к мистике, то фаворитом может стать "чудотворец". А детские мечты босса о большом спорте приводят в "серые кардиналы" тренера по теннису. Адольф Гитлер на полях гимназических конспектов самозабвенно рисовал архитектурные эскизы. Когда он стал фюрером, архитектор Альберт Шпеер был вознесен на самый верх исключительно потому, что понимал вкусы вождя. Шпеер получил пост министра вооружений и полтора миллиарда марок. Впрочем, эти деньги он у Гитлера просто украл.
