Top.Mail.Ru
$ 61.18
£ 74.27
¥ 45.84
 64.44
 9.00
Нефть WTI 89.72
GOLD 1802.00
РТС 1115.03
DJIA 33346.32
NASDAQ 12818.90
BTC/USD 23980.00
технологии и наука

«Россия — генератор бесплатных идей для мира»

Фото: ВОИР Фото: ВОИР

Стоимость интеллектуальной собственности в последнее десятилетие многократно возросла. Только 3–5% в цене смартфона приходится на производственные затраты, а на патенты и технологии — до 50%. Это можно было бы превратить в хороший заработок и инструмент soft power. Почему России с ее богатым интеллектуальным капиталом это пока не удается, журналу «Компания» рассказал председатель Центрального совета Всероссийского общества изобретателей и рационализаторов Антон Ищенко.

Как наша страна со своими изобретениями смотрится на мировом рынке?

— Смотрится, мягко говоря, очень скромно. По количеству международных заявок мы отстаем даже от первой двадцатки стран: в год подаем чуть больше одной тысячи, а экономически развитые страны — около 50–60 тысяч. Для сравнения: китайский рывок в 2020 году — больше 72 тысяч заявок, только одна компания Huawei оформляет в год 5,5 тысячи патентов. 

Но так ведь было не всегда?

— Лет 30 назад мы были лидером по числу патентов, но сейчас откатились на 23-е место по международным заявкам, а по коммерциализации находимся где-то между 50-м и 70-м — на уровне африканских стран. США, например, на интеллектуальной собственности зарабатывают 117 млрд долларов в год, мы — 1 млрд долларов, и то, я думаю, это завышенная оценка.

Мы тратим деньги на науку и технологии, производим наукоемкие знания, при этом не умеем их продавать и защищать. Правительство ищет варианты, как привлечь внебюджетные деньги для финансирования науки, а ведь решение здесь более чем очевидное — через инструменты интеллектуальной собственности.

Чем это можно объяснить?

— Это государственная политика. Китай, который в начале XXI века превратился в глобальную фабрику, сегодня осознает, что промышленное производство обесценивается из-за использования роботов, 3D-печати, ИТ-решений... В стране разработана госстратегия по накоплению интеллектуальной собственности, так как есть понимание, что это, во-первых, источник коммерциализации, во-вторых, инструмент мягкой силы. Когда фиксируется монопольное право на использование технологии, страна может влиять на любое государство. Именно поэтому Китай так активно вкладывается в разработку 5G, ожидая, что эта технология будет взята на вооружение всеми странами. Мы к такому пониманию пока не пришли.

Что нужно сделать, чтобы изменить ситуацию?

— Во-первых, надо сформировать рынок интеллектуальной собственности, приняв полноценную государственную стратегию, это позволит коммерциализировать научные знания. В советское время была выстроена система экспорта технологий через Всесоюзное внешнеторговое объединение «Лицензинторг», которое имело 140 представительств по всему миру. До сих пор работают сталелитейные заводы, которые были построены по нашим технологиям в Европе или Японии. А сейчас реализовать такие проекты практически невозможно, хотя не так много нужно затрат, чтобы выстроить систему продаж технологий. Один патент в России может сгенерировать 150 и более патентов в мире. Нам нужно лишь наклониться, чтобы поднять россыпь бриллиантов.

Что можно отнести к таким бриллиантам? Какие интересные изобретения были запатентованы в 2021 году?

— Мы только что вручили премию ВОИР — главную в нашей стране изобретательскую награду, которая ведет свою историю с 1957 года. В 2021-м победителем стал Рамазан Файзиев из Астрахани. Он придумал абсолютно безопасный медицинский инъекционный шприц, который после первого укола прячет иголку внутрь тубуса и, соответственно, исключает возможность повторного использования или случайного заражения. По статистике, только в нашей стране более трех тысяч медработников ежегодно получают какие-то инфекции за счет случайного укола, а в мировых масштабах речь идет о сотнях тысяч случаев.

Изобретений с таким импактом достаточно много в различных отраслях. Например, инновационный ледокол «Помор» Юрия Чашкова: за счет ступенчатых обводов на 20–25% повышается эффективность проходки и снижаются требования к мощности энергетической установки. Самое важное — после «Помора» остается практически чистый фарватер, что позволяет увеличить скорость прохождения торговых судов по Северному морскому пути.

Первые испытания показали, что изобретатель абсолютно прав в своих расчетах. Бюджетных денег для «Помора» пока нет, но есть хороший диалог с концерном «Калашников» и администрацией Пермского края, где находится судостроительный завод. Регион глубоко погрузился в эту историю. 

У нас есть сумасшедший, в хорошем смысле слова, с точки зрения потенциала проект — искусственная почва ZION. Если к 95% мертвой или истощенной почвы добавить всего 5% ZION, это позволит выращивать растения, причем лучше, чем на черноземах.

Очень интересен проект акустической заморозки продуктов AEF: изобретатели научились замораживать продукт в первоначальном виде без потери вкуса, качества, размера, цвета. Уникальная технология— на всем пути до процесса употребления продукт сохраняет свои качества при использовании такой заморозки. Мы поддерживаем проект из Уфы от компании «ВМ-Энергия» — паровинтовые машины для генерации электроэнергии на низком давлении пара или на геотермальных источниках. Электродвигатели изобретателя Дмитрия Филиппова легко конкурируют с лучшими мировыми аналогами, а по технологичности производства существенно их превосходят. Технология производства дешевого белка с характеристиками животного из растительного сырья и десятки других уникальных решений…

На каждом из проектов, которые я сейчас перечислил, можно зарабатывать огромные деньги, потому что каждое запатентованное изобретение — это монополия.

Как часто приходится отстаивать права российских изобретателей в судах?

— Один из наиболее ярких примеров — суд небольшой отечественной компании «Страна карт» с «Самсунгом». Наш предприниматель в 2018 году запатентовал пластиковую карту со встроенной RFID-меткой и зарегистрировал товарный знак «Смарттаг». В 2020 году компания «Самсунг» решила вывести на российский рынок брелок с микрочипом, который позволяет определять местоположение, и назвала его «Самсунг Гэлэкси Смарттаг». Думаю, что они просто не озадачились проверкой чистоты товарного знака.

Когда россияне предложили им выкупить права, лицензию или совместно использовать товарный знак, в «Самсунге» ответили, что добьются его аннуляции на территории нашей страны, так как, по их пониманию, «Смарттаг» — устоявшееся определение конкретного товара.

Благодаря качественной работе сотрудников Роспатента, которые разбираются в нюансах, мы смогли отстоять права правообладателя, а палата по патентным спорам отказала «Самсунгу».

Наверное, еще будут судебные разбирательства, но один из главных этапов пройден — получено решение палаты по патентным спорам. Я считаю, что это знаковое событие, потому что бороться с такими международными гигантами очень сложно. 

А «Страна карт» благодаря этому стала обладателем товарного знака на территории страны стоимостью 15 млн долларов.

Сейчас вопрос защиты становится все более актуальным, и в Москве в пилотном режиме в экосистеме бизнес-омбудсмена Татьяны Минеевой начал работу уполномоченный по правам изобретателей. Например, только что мы получили решение кассационной инстанции и смогли отстоять права целого отдела патентных поверенных: так получилось, что новое руководство ЛИИ им. Громова решило сократить патентный отдел в полном составе, но мы восстановили их на работе через суд.

Интересуется ли бизнес решениями изобретателей?

— К сожалению, почти нет. Крупные компании стараются осваивать бюджеты, которые у них есть, на НИОКР. При этом готовые решения наших изобретателей без внешнего финансирования зачастую после прекращения действия патентной защиты оказываются в свободном доступе и могут быть реализованы уже без спроса самого автора. Таким образом, мы превращаемся просто в генератора бесплатных идей для всего мира. При этом небольшие деньги, которые требуются нашим изобретателям, находятся с большим трудом. В России стартапы на ранней стадии испытывают жесточайший дефицит инвестиционных денег. 

Верите, что ситуация исправится?

— Для меня прошедшие пять лет, которые я возглавляю ВОИР, помогли глубоко погрузиться в понимание проблем и барьеров. У нас есть детально проработанный план действий, который уже постепенно начинает воплощаться в жизнь. Ускорить его реализацию может более внимательное отношение правительства РФ к сфере изобретательства.


Еще по теме