В поисках христианской инвестиционной этики
Фото: Vladimir Baranov / Global Look Press
В России наряду с исламскими финансами могут появиться и финансы христианские. Такую возможность представители всех заинтересованных сторон обсуждали на специализированной конференции в Москве. Среди гостей мероприятия был и наш постоянный колумнист, основатель telegram-канала Angry Bonds Дмитрий Адамидов.
Жизнь приучила к мысли, что любое крупное начинание в наших палестинах стартует с создания рабочей группы, а заканчивается строительством объекта недвижимости. Так было с превращением Москвы в мировой финансовый центр: о его создании объявили, кажется, в 2010 году, первую очередь небоскребов построили к 2017-му, а потом внезапно выяснилось, что финансы — это, в первую очередь, технологии и люди. В общем, заработало все года так с 2020-го, а скорее даже — после огораживания российского финансового рынка от мирового. Подобное же было и со Сколково, где первые 3–4 года можно было просто потеряться в безлюдных зданиях и сооружениях, а сейчас, конечно, — уже совсем другое дело.
Однако в этот раз все было строго наоборот: объекты недвижимости имеются в широком ассортименте, при том что только начались разговоры о рабочей группе по созданию ни много ни мало — христианских финансов и системы православных инвестиций.
Встреча проходила в культурном центре рядом с храмом на берегу Москвы-реки, которые были стилизованы под древнерусскую архитектуру и выглядели действительно неплохо (особенно по контрасту с окружающими зданиями и сооружениями, чьи архитекторы в детстве явно не наигрались в лего). На улице кипел самовар, внутри угощали пирожками (они были прекрасны).
Публику позвали самую разношерстную. Завсегдатаи финансовых конференций из банков удивленно крутили головами, пытаясь понять две базовые вещи: почему не наливают и где тут караоке. Представители православных и благотворительных организаций тоже были несколько скованы и не очень понимали, как следует реагировать на слова «дюрация» и «реструктуризация», периодически доносившиеся с противоположного конца зала. В общем, налицо был некоторый мисандестендинг (nedoponimanie).
Ситуацию разрядил батюшка: открывая конференцию, он напомнил, что десятину никто не отменял, и коль не можете сдать деньгами — вложитесь трудом. Дальше были видеопоздравления от большого начальства, начальства поменьше, известных медиа-персон, неизвестных людей, но, судя по должностям и регалиям, тоже очень важных.
Наконец перешли к живой «пленарке». Как и предполагала тематика, все спикеры цитировали Священное писание. Лучше всех получалось у главы крупной юридической фирмы — он, оказывается, в свое время окончил духовную семинарию. Правда, он сообщил, что если строго следовать Священному писанию, христианский банкинг невозможен и обсуждать, на самом деле, особо нечего. Но конференцию все же надо было продолжать, поэтому от догматики перешли к импровизации.
Многие выступающие говорили о необходимости восстановления утраченного доверия друг другу. Я все ждал, что кто-нибудь перейдет к анализу причин отсутствия доверия (в т. ч. судебной системе, налоговому администрированию и пр.), но эту тему развивать не стали. Вместо этого вспомнили о том, что в царской России православное этичное предпринимательство было на высоте. Правда не упомянули того факта, что высота эта связана была в основном со старообрядцами, которых в гражданских правах с остальным населением империи уравняли только по итогам революции 1905 года. Остальные вели дела плюс минус также, как и сейчас.
Специально приглашенные представители исламского банкинга просили, чтобы их деятельность именовали «партнерским финансированием» — потому что они много работают в Китае (где у властей сложное отношение к исламу) и Бразилии. Анонсировали выпуск партнерских ЦФА, тактично обойдя вопрос о том, что с ними делать в случае дефолта (в настоящее время в регуляторике по ЦФА существует огромная дыра, и не очень понятно, как администрировать уже дефолтнувшие выпуски).
Словом, имела место обычная недосказанность, характерная для всех конференций.
Ближе к вечеру дело пошло поживее. Один из спикеров, представитель стратегического института со сложно выговариваемым названием, сообщил, что весь финансовый мир погряз во грехе: у ЦБ гордыня (потому что они хотят через ДКП охладить экономику), а в банкирах вообще по определению нет ничего святого. Далее выступал визионер и футуролог, который провозгласил, что капитализм со дня на день умрет и с 2030 года мы перейдем к транзакционной экономике, а с 2050 года — к безденежной. Я не очень понял, что в этой связи надо делать: срочно брать ипотеку, потому что в 2050 году все деньги отменят, либо, наоборот, уже не суетиться, потому что, если скоро деньги отменят, то как тогда получать прибыль с инвестиций и платить с нее пожертвования?
В кулуарах тем временем возникло смелое предложение покаяться за экспроприацию церковных ценностей в советские времена и передать 1% от международных резервов на создание «Русского Православного банка», аналога Банка Ватикана. Все бы ничего, но у нас еще санация банка «Пересвет» не завершена. Да и 1% — это как-то унизительно, после напоминания про десятину.
Одним словом, обсуждение вышло многогранным, но слегка беспредметным. Все-таки вся история и русской церкви, и любой другой религии свидетельствует, что форма следует за идеей, а не наоборот. А тут пока наблюдаются проблемы с самой идеей: она просто не вызрела, хотя рабочую группу уже собрали.
Не в силах в полной мере смириться с данным противоречием, я сначала переместился в кулуары поближе к пирожкам, а затем заприметил в киоске интересную книжку по искусству Великого Новгорода.
— Откуда у вас такая? — спросил я у администратора.
— А это у нас батюшка где-то достает, — сказала она.
— Куплю, пожалуй. Интересно у вас тут.
— Так заходите еще, — сказала мне администратор.
— Да, обязательно заходите, – вступил в разговор стоявший неподалеку батюшка. — Через пару недель еще книжки привезут.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
Еще по теме
