Рынку продуктов здорового долголетия прогнозируют 10-кратный рост за 5 лет
Фото: Компания
Рынок препаратов для здорового долголетия в России может вырасти в десять раз за пять лет. Такую оценку дали представители фармотрасли на ЗдравФоруме СКОЛКОВО «Жить долго — жить по-другому». Участники — чиновники, ученые, руководители медицинских институтов и компаний превентивной медицины — обсудили, как здравоохранение переходит от лечения болезней к профилактике и ранней диагностике.
Эксперты сошлись во мнении, что цель уже не в том, чтобы просто увеличить продолжительность жизни, а в том, чтобы как можно дольше сохранять физическое здоровье, ясность ума и социальную востребованность.
Директор Центра развития здравоохранения «Сколково» Марина Велданова назвала нынешний демографический период беспрецедентным. «Средняя продолжительность жизни за последний век выросла почти вдвое, и значительная часть нынешнего поколения перешагнет рубеж в 85–90 лет. Это разрушает традиционный жизненный трек "образование — карьера — пенсия в 60 лет" и формирует запрос на непрерывное развитие», — отметила она. Чтобы изучать эти изменения, при центре открылась Лаборатория долголетия. Она будет исследовать, как рост продолжительности жизни меняет здравоохранение, рынки, карьерные траектории и госполитику, и переводить доказательные знания в управленческие решения.
Отдельной темой дискуссии стала специфика управления в отрасли. «Менеджмент здравоохранения, наверное, один из самых, если не самый сложный, вид менеджмента. Индустрия очень сложно устроена во всех странах, у нас тоже не исключение. И быть менеджером, предпринимателем, экономистом в этой сфере — непростая задача. Мы пытаемся вносить свой вклад в укрепление российской индустрии здравоохранения», — отметил председатель совета директоров Московской школы управления «Сколково» Александр Волошин.
«Лекарства от старости» пока нет, напомнила директор Медицинского научно-образовательного института МГУ Мария Воронцова. Механизмы старения хорошо изучены, но старение не признано самостоятельным заболеванием, поэтому нет и регуляторной основы для клинических испытаний таких препаратов. Зато на продолжительность и качество жизни заметно влияют питание и социальная активность. «Природный потенциал человека — 85–90 лет. Задача медицины — сначала помочь реализовать этот заложенный лимит, а уже затем пытаться перешагнуть за его пределы», — сказала Мария Воронцова.
Первый зампред комитета Госдумы по охране здоровья Бадма Башанкаев указал на слабое место профилактики. Диспансеризация и профосмотры ежегодно охватывают 109–120 млн человек при себестоимости около 5 тыс. рублей на человека, но результат упирается в общение врача с пациентом. «15 минут стандартного приема врача — это 12 минут заполнения документов в компьютере и всего 1,2–1,7 минуты прямого человеческого контакта», — отметил депутат. По его словам, Госдума и правительство работают над дебюрократизацией первичного звена и законодательным закреплением стандартов качества медпомощи.
Министр здравоохранения Камчатского края Александр Нохрин рассказал, что даже санавиация, автопоезда и выездные бригады федеральных специалистов не решают главной проблемы: «Пациенты знают о диагнозах, но игнорируют рекомендации врачей до появления необратимых органических нарушений».
Бизнес видит похожие барьеры. Основатель «Асфамеда» Сергей Стройков обратил внимание на парадокс: люди ежедневно проверяют банковские счета, но не знают базовых показателей своего здоровья. Основатель агентства медицинского маркетинга DIMED Гоар Салафаниди считает, что клиники говорят о «пространстве здоровья» и «высококлассном оборудовании», а пациенту нужны ответы на конкретные жизненные вопросы. Основатель ГК «Медскан» Евгений Туголуков отметил, что консервативность академической медицины, опирающейся на сложившиеся протоколы, может тормозить внедрение коммерческих инноваций.
Фармотрасль, в свою очередь, смещает фокус на сохранение здоровья и активности с возрастом. Гендиректор «Герофарма» Петр Родионов и управляющий директор Johnson & Johnson Екатерина Погодина, которые и оценили потенциал десятикратного роста рынка, назвали перспективными препараты для лечения ожирения — агонисты рецепторов ГПП-1, снижающие кардиометаболические риски, а также лекарства для защиты мышечной функции при старении и против нейродегенеративных заболеваний.
