GOLD 1582.40
РТС 1008.85
DJIA 21181.48
NASDAQ 7201.80
рейтинги

Горнорудная партия

Фото: 123rf/legion-media Фото: 123rf/legion-media

Цена вопроса: $9,6 млрд

Компании: «Сибантрацит», «Мечел», Evraz, «Кузбассразрезуголь», «СУЭК», «СДС-Уголь», «Сибуглемет», «Колмар», «А-Проперти», «Восточная горнорудная компания», «Норникель», «Металлоинвест», USM, Vi Holding, «Онэксим», «Северсталь», «Уралкалий», «Акрон», «Фосагро», РМК

Персоны: Андрей Белоусов, Виктория Абрамченко, Сергей Чемезов, Геннадий Тимченко, Кирилл Дмитриев, Юрий Трутнев, Алишер Усманов, Алексей Мордашов, Олег Дерипаска, Владимир Потанин, Альберт Авдолян, Игорь Зюзин, Роман Абрамович, Александр Абрамов, Александр Фролов, Искандер Махмудов, Андрей Бокарев, Андрей Мельниченко, Михаил Федяев, Роман Троценко, Константин Струков, Сергей Цивилев, Александр Несис, Олег Мисевра, Айсен Николаев, Василий Орлов, Виктор Рашников, Михаил Прохоров, Дмитрий Мазепин, Вячеслав Кантор, Андрей Гурьев, Владимир Литвиненко, Виталий Мащицкий, Игорь Алтушкин

Горнорудная партия

В этом секторе торговли с Китаем деньги приносят уголь, медь, удобрения и железная руда. Прежде всего, уголь: Россия в 2020 году поставила в Китай 37,6 млн т угля на $4,3 млрд. Это 19 % от общего объема экспорта, но с конца прошлого года из-за эмбарго Пекина на австралийский уголь цены и объемы поставок российского угля в Китай быстро растут.

Крупнейшие экспортеры — «СУЭК» Андрея Мельниченко, «Сибантрацит» (его готовится выкупить близкая к «Ростеху» «А-Проперти» Альберта Авдоляна), «Мечел» Игоря Зюзина, УГМК Искандера Махмудова и Андрея Бокарева, «СДС-Уголь» (Михаил Федяев, Роман Троценко, Константин Струков), «Восточная горнорудная компания» (Александр Несис, Олег Мисевра), Evraz Романа Абрамовича, Александра Абрамова и Александра Фролова, «Сибуглемет», «Колмар» Сергея Цивилева и Геннадия Тимченко.

Уголь для Китая добывают в основном в Сибири и на Дальнем Востоке, где с его перевозками связана вся инфраструктура. Угольные компании имеют собственные терминалы в портах, РЖД субсидирует для них тарифы. Весной Владимир Путин с подачи Сергея Чемезова мобилизовал железнодорожные войска достроить ветку БАМа к Эльгинскому месторождению в интересах «А-Проперти», которая спешит заместить австралийский уголь на рынке КНР. К 2023 году компания Альберта Авдоляна вместе с Guohang Ocean Shipping планирует увеличить поставки в Китай с 1,5 до 30 млн т в год.

Кроме того, глава Якутии Айсен Николаев подписал с компанией «Цзинъань» соглашение о строительстве первого на Дальнем Востоке коксохимического комбината мощностью 4 млн т в год. Китайские инвестиции составят $750 млн, основным поставщиком угля будет «Колмар» Тимченко и Цивилева. Проект курирует «Агентство развития Дальнего Востока», подотчетное Минвостокразвития и вице-премьеру, полпреду в ДФО Юрию Трутневу. Министр по делам Востока Алексей Чекунков работал в РФПИ с Кириллом Дмитриевым. Тот же РФПИ — участник и соинвестор «Проекта Ф» австралийской TigersRealmCoal по добыче угля на Чукотке для Японии и Китая.

Китай — крупнейший в мире потребитель удобрений. Из 7 млрд т, проданных российскими компаниями за рубеж в 2020 году, на Китай пришлось 528,6 млн т на $2,64 млрд. Основные поставщики — «Уралкалий» Дмитрия Мазепина ($321 млн) и «Акрон» Вячеслава Кантора ($130 млн), у которого собственная дистрибьюторская сеть в Китае. Третья по объемам — «Фосагро» Андрея Гурьева, где 20 % принадлежат бывшему научному руководителю Владимира Путина Владимиру Литвиненко. Еще один перспективный проект — завод удобрений в ОЭЗ «Алабуга» мощностью 140 тыс. т карбамида и 120 тыс. т меламина в год, который планирует построить Sichuan Golden-Elephant Sincerity Chemical. Планируемые инвестиции — $330 млн, курируют проект президент Татарстана Рустам Минниханов и правительство РФ.

Экспорт катодной меди в Китай принес российским компаниям в 2020 году $1,8 млрд. Лидеры по выручке за год —  «Уралэлектромедь» (входит в УГМК Андрея Бокарева и Искандара Махмудова, $1 млрд) и «Норникель» Владимира Потанина ($387 млн). Это только начало: в 2022 году ожидается запуск первой очереди крупнейшего медного ГМК «Удокан», мощность которого USM Алишера Усманова планирует довести до 135 тыс. т меди в год. В 2028 году на Чукотке должен заработать Баимский ГОК мощностью 70 млн т переработанной руды в год. Казахстанская KAZ Minerals намерена вложить в него $8 млрд, Минвостокразвития обещает построить рядом порт, аэропорт, «Росатом» поставит плавучую АЭС. Главным клиентом обоих комбинатов будет Китай.

Еще один перспективный проект — разработка крупнейших медно-никелевых месторождений «Кингаш» и «Ак-Суг» компанией «Интергео», входящей в «Онэксим» Михаила Прохорова. 10 % проекта, участвующего в китайской программе «Один пояс — один путь», выкупили РФПИ, Суверенный фонд Китая и Суверенный фонд Саудовской Аравии. Мощность двух ГОКов — 1,1 млн т медного концентрата в год. Планируемые инвестиции — $2,37 млрд. Курирует проект первый вице-премьер Андрей Белоусов.

В 2020 году китайские компании купили в России 13,3 млн т железной руды и концентратов на $884 млн. Поставщиками стали Михайловский ГОК «Металлоинвеста» Усманова, Быстринский ГОК Потанина с 13,3-процентной долей китайского Highland Fund, «Евразруда» Абрамовича, «Геомайнинг» Романа Троценко, Оленегорский ГОК Алексея Мордашова, Ковдорский ГОК Андрея Мельниченко. И единственный производитель железной руды на Дальнем Востоке — Кимкано-Сутарский ГОК группы Petropavlovsk — IRC (основной акционер Константин Струков). Комбинат построен китайской CNEEC на кредиты Торгово-промышленного банка Китая и частично принадлежит китайским инвестфондам Tiger Capital и General Nice. Он находится на границе и поставляет в Китай до 80 % продукции. Поставки должны вырасти до 8,3 млн т в год после ввода моста через Амур «Нижнеленинское — Тунцзян» в конце 2021 года. Строит его ГК «Мост» Руслана Байсарова, контролирует работы РФПИ и полпред в ДФО Трутнев.

Еще два металлургических проекта работают непосредственно в Китае — это катодные заводы «Русала» в Линьши и алюминиевые заводы Henan Yulian Energy Group. Друг детства Сергея Чемезова, владелец Vi Holding Виталий Мащицкий вложил в них $3,4 млрд и производит 750 тыс. т электролитического алюминия и 150 тыс. т анодов в год. В планах у Мащицкого — завод алюминиевых изделий в Сычуани мощностью 500 тыс. т в год.

Мащицкий помог «Ростеху» взять под контроль два уникальных нишевых проекта — единственный в мире «Калининградский янтарный комбинат» и «Забайкальское горнорудное предприятие» в Бурятии, контролирующее добычу 90 % российского нефрита. В 2020 году первая продала 546,2 т янтаря на 2,8 млрд рублей. Официальная выручка второго всего 634 тыс. рублей — хотя годовой объем нефритового рынка Бурятии оценивают от $2 млрд до $10 млрд. Обе компании ориентированы на Китай.

Среди бизнесменов эксперты выделяют здесь Сергея Чемезова и Алишера Усманова, и не только из-за их персональной близости к президенту. «Помимо угля, Чемезов — это локализация базовых станций Huawei 5G в российском телекоме и экспорт оружия. У Усманова, помимо активов в горнодобыче и металлургии, есть еще и партнерство Mail.ru с той же Huawei и Tencent, — считает Александр Габуев. — В остальном это разрозненные коммерческие сделки, из которых складывается некий хор».

«В отличие от энергетики, у горняков нет единого центра принятия решений, все отдано частным игрокам, — объясняет один из собеседников журнала „Компания“ в отрасли. — Поэтому координаторами здесь можно назвать первого вице-премьера Андрея Белоусова, который возглавляет российско-китайскую межправкомиссию по инвестициям, Юрия Трутнева и Кирилла Дмитриева, а регулятором, через экологию, вице-премьера Викторию Абрамченко. Но учитывая недавние претензии Белоусова к металлургам на 100 млрд рублей, нельзя сказать, что все они друзья бизнеса».

Роль чиновников в горнорудном секторе велика, потому что Китай квотирует импорт угля и эшелоны встают на границе, считает Екатерина Заклязьминская, научный сотрудник сектора экономики и политики Китая в ИМЭМО им. Примакова РАН. Из-за этого тему приходится поднимать на высоком уровне. В 2020 году проблема китайских квот выносилась на уровень Госсовета.