GOLD 1582.40
РТС 1008.85
DJIA 21181.48
NASDAQ 7201.80
рейтинги

Китайская партия России

Фото: РИА Новости Фото: РИА Новости

19 мая 2021 года Владимир Путин, сидя за своим рабочим столом в окружении многочисленных проводных телефонов правительственной связи, в режиме видеоконференции совместно со своим китайским коллегой Си Цзиньпином запускал масштабную стройку новых энергоблоков на двух китайских АЭС по российским технологиям. После дружелюбного кивка Путина и слов «начинайте работу» китайские рабочие шустро начали лить бетон из перевязанных праздничными бантиками труб в фундамент атомных станций.

И хотя само мероприятие было знаковым для России и Китая, чисто внешне прорывом оно не выглядело. Во время по-китайски долгой церемонии лидер Китая Си Цзиньпин приветственно хлопал в ладоши и благодушно слушал речи выступающих, а президент России расслабленно крутил между пальцев гигантскую скрепку от листов с текстом своего выступления. Тем не менее в ходе церемонии глава Российского государства отметил, что «сейчас российско-китайские отношения вышли на самый высокий в истории уровень».

Хотя дружба России и Китая знала и более близкий период на политическом уровне (с первых лет образования КНР в 1949 году и до разоблачения Никитой Хрущевым культа личности Сталина во второй половине 50-х), действительно, в последние годы экономические отношения с восточным соседом растут взрывными темпами. Сегодня Китай торговый партнер России «номер один». Это происходит как на бытовом уровне, так и в области инфраструктурных проектов. А после присоединения Крыма и раскручивающейся спирали взаимных санкций с коллективным Западом китайское направление получило и идеологическую основу и стало одной из точек опоры России в глобальной политике и экономике.

Ни с одной другой страной мира товарооборот России не растет так быстро. С 2001 по 2019 год экспорт в Китай увеличился в 10 раз, китайский импорт — более чем в 33 раза. В прошлом году Китай оставался главным торговым партнером России: товарооборот с ним составил $103,9 млрд. Идущая следом Германия отстает более чем вдвое.

Российский экспорт в КНР составил $49,1 млрд. В основном это нефть и нефтепродукты. На втором месте с большим отрывом идет древесина и ее производные. На третьем — продовольствие и сельхозпродукция, по закупкам которых у России Китай вышел в лидеры. Импорт из Китая за 2020 год составил $54,9 млрд. В основном это машины, оборудование и аппаратура, текстиль, транспорт и обувь.

Китайские туристы оставляют в России серьезные деньги, накопленные китайские инвестиции, которые в Пекине оценивают в $12 млрд, потекли из сырьевого сектора в производство и сельское хозяйство, где зарплаты ниже китайских. Китайские станки, телекоммуникационные системы и автомобили постепенно окружают нас, замещая западные. В этом плане символично выглядел сам антураж церемонии запуска строительства энергоблоков для китайских АЭС — компьютерная техника и мониторы, по которым Владимир Путин общался из своего кабинета с Си Цзиньпином, хоть и были без логотипов, но, очевидно, китайского производства, а костюм президента России и часы — явно европейского. И только стоящие в ряд белые телефоны с гербами России вместо дисков на рабочем столе президента, скорее всего, были произведены в России.

В этой ситуации логично было бы предположить, что в рамках стратегического курса на сближение с Китаем в российской политической и экономической элите должно сформироваться некое глобальное китайское лобби, или, как это модно говорить, «китайская партия». В противовес той же условной «евроатлантической» партии, адепты которой руководили Россией в начале 1990-х годов.

Однако если китайское лобби в России и существует, то оно очень условное. С одной стороны, бенефициаром сближения с КНР можно назвать все население страны — от сырьевых миллиардеров до клиентов AliExpress. С другой — влияние Пекина внутри России заметно слабее, чем той же Германии. Среди рядовых россиян сложно найти тех, кто ориентировался бы на китайский образ жизни, а среди бизнесменов — тех, кто хотел бы купить дом в Китае, чтобы провести там остаток дней.

Тем не менее стихийно сложившееся «политбюро» у неформальной «китайской партии» в России есть. Журнал «Компания» нашел его в ключевых экспортных отраслях.

Ориентация на КНР носит прагматический характер, прямо связана с выгодами. «Компания» проанализировала эти выгоды, выделив экономические группы, наиболее заинтересованные в сближении двух стран:

Нефтегазовая партия →

Горнорудная партия →

Лесная партия →

Сельскохозяйственная и продовольственная партия →

Логистическая партия →


«Зачем „Ямалу“ комиссия? Они сами зайдут»

Административная надстройка над китайскими бизнес-проектами в России состоит из четырех межправкомиссий. Это комиссия Андрея Белоусова по инвестициям, комиссия по региональному сотрудничеству Юрия Трутнева, комиссия Александра Новака по ТЭКу и комиссия вице-премьера Дмитрия Чернышенко по подготовке регулярных встреч премьеров. Инвестиции координируют РФПИ Кирилла Дмитриева, учрежденный им РКИФ, подотчетные Трутневу Минвостокразвития и АПИ «Инвествосток». Самой влиятельной бизнес-ассоциацией считается РКДС Тимченко.

К условному Политбюро «китайской партии» опрошенные «Компанией» отраслевые эксперты относят Тимченко, Чемезова, Белоусова, Дмитриева и Трутнева. Комиссия Белоусова утверждает десятки инвестпроектов на базе экспертиз ВЭБа и Госбанка Китая. РФПИ участвует в массе бизнес-проектов, консультирует Белоусова, сам Дмитриев вхож к президенту. Интересы Тимченко и Чемезова, также близких к президенту, помимо энергетики, горнорудного и логистического секторов, присутствуют в технологическом. Все четверо, что немаловажно, считаются вхожими к президенту. Трутнев обладает рангом министра и эксклюзивными федеральными полномочиями на Востоке страны.

К условному ЦК «китайской партии» эксперты отнесли Игоря Сечина, Леонида Михельсона, Алексея Мордашова, Романа Абрамовича и Алишера Усманова. Их вес велик, но интересы слишком разновекторны, чтобы тесно увязывать их с Китаем. Крупные компании в России очень диверсифицированы, напоминает Николай Вавилов. «„Ростех“ поставляет оружие в Китай, но при этом на него завязаны две трети ВПК Индии, — говорит он. — Китайцев это злит, но это не мешает „Ростеху“ соперничать с их военной техникой на третьих рынках. CNPC крупнейший кредитор „Роснефти“, но это не мешает ей отдать крупнейшую долю в перспективном Ванкорском месторождении Индии».

Вес межправкомиссий в крупных проектах с Китаем не так уж велик, считает Александр Габуев. «Тимченко предпочтет говорить с китайскими контрагентами напрямую, без Белоусова, а Сечин — без Новака, — говорит он. — Аппаратчики из крупных компаний ходят на заседания этих комиссий, чтобы напомнить о своих проектах и пообщаться с чиновниками из Китая. Но „Ямалу“ зачем комиссия? Они сами зайдут и к президенту, и куда угодно».

Эксперт из Центра Карнеги сомневается, что в российском бизнесе есть системное китайское лобби: осознание выгод от сотрудничества с Китаем приходит к участникам рынков спонтанно и складывается в некую совокупность проектов, считает он. «А китайцы, мне кажется, делают упор на политические сделки с более комфортными, чем рыночные, условиями. Они прикидывают, кто из влиятельных людей имеет доступ к президенту, и пытаются заключить с ними выгодную сделку, чтобы они при случае хорошо о них отозвались. И ключевым здесь, как мне кажется, является Тимченко. В 2014 году Путин представил его Си Цзиньпину как своего человека в бизнесе с Китаем, итог — кредиты для „Ямал СПГ“ и сделка с „Сибуром“. Я не могу сказать, что он ходит по Москве и рассказывает, какие китайцы классные. Но если его спрашивают, он хорошо отзывается о взаимодействии с ними».