$ 63.45
 68.77
£ 82.78
¥ 57.80
 64.71
Нефть WTI 60.33
GOLD 1487.50
РТС 1524.82
DJIA 28429.40
NASDAQ 8924.95
расследования

Тюрьма поднимет ВВП

Подписанный Владимиром Путиным закон, позволяет использовать труд заключенных при больших предприятиях или на масштабных стройках. Фото: РИА Новости Подписанный Владимиром Путиным закон, позволяет использовать труд заключенных при больших предприятиях или на масштабных стройках. Фото: РИА Новости

С 1 января вступил в силу подписанный Владимиром Путиным закон, позволяющий использовать труд заключенных при больших предприятиях или на масштабных стройках. Почти бесплатный труд заключенных будет использоваться в государственных масштабах и вполне легально, а закрытая тюремная экономика прирастать. Ведь не задарма же ФСИН начнет отдавать своих зеков в аренду.

Согласно новому закону «О внесении изменений в Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации», на территориях предприятий, которые готовы использовать дармовой труд заключенных, создаются некие филиалы колоний, по сути частные тюрьмы, эдакий ГУЛАГ-лайт. Похожие пенитенциарные учреждения уже существуют. Это исправительные центры и колонии-поселения. Пребывание в них считается самым мягким видом наказания. Именно эти учреждения, похоже, в ближайшем будущем станут основными инструментами российской исправительной системы. Ведь считается, что только подневольный труд способствует реальному «перевоспитанию» преступников.

Тюремная экономика

Конечно, появление этих филиалов вовсе не означает, что остальные заключенные останутся без работы. Во всяком случае, далеко не сразу. По данным на 1 января 2020 года, в учреждениях уголовно-исполнительной системы содержалось 523 928 человек. В СИЗО и помещениях подобного типа при колониях находился 97 781 человек. Остальные 423 825 человек отбывали наказание в 700 исправительных колониях. Из них только 33 215 человек проживали в 121 колонии-поселении. Еще 4 432 человека ― в 14 исправительных центрах и 63 изолированных участках исправительных учреждений, функционирующих как исправительные центры.

Штатная численность персонала, надзирающего за заключенными и финансируемого из государственного бюджета, составляет 295 967 человек, причем 225 284 человека из них ― начальствующий состав.

Ежегодно на всю систему ФСИН (Федеральная служба исполнения наказаний) казна выделяет около 300 млрд руб. (3,9 млрд €). Это максимальные по европейским меркам затраты на пенитенциарную систему. За РФ следует Германия (3,1 млрд €), на третьем месте Италия и Франция (по 2,7 млрд €). При этом в 2019 году, как сказано в докладе Алана Гадзаонова, руководителя приемной московского бизнес-омбудсмена Татьяны Минеевой, расходы из казны «на содержание одного подозреваемого, обвиняемого, осужденного в подразделениях, подчиненных указанному территориальному органу, в среднем составляют 15 511,14 руб., из них: 2 179,22 руб. — на питание; 253,92 руб. — на медицинское обеспечение; 94,73 руб. — на вещевое обеспечение; 8,73 руб. — на выплаты при освобождении; 1457,70 руб. — на коммунально-бытовое обеспечение; 11 516,84 руб. — на заработную плату сотрудников».

То есть российские затраты на содержание заключенных (меньше 2,5 € в день) минимальные в Европе. Даже по сравнению со странами бывшего СССР, не богатыми природными ресурсами: Молдавия ― 9,4 € в день, Армения ― 11,4 € в день и Грузия ― 11,7 € в день. Больше всего тратят на сидельцев Швеция (380 € в день), Лихтенштейн (352 € в день) и Сан-Марино (346 € в день).

Формально доход, поступающий от предприятий, находящихся в ведении ФСИН, по данным 2018 года, колеблется около 40 млрд руб. Хотя эксперты предполагают, что в официальной отчетности отражается не более половины реальных доходов. В ведении уголовно-исполнительной системы находятся 31 федеральное государственное унитарное предприятие, 569 центров трудовой адаптации осужденных, 71 производственная мастерская. При том, что производственные мощности ФСИН загружены лишь на 58 %, ассортимент выпускаемой ими продукции необычайно широк ― от тротуарной плитки и бетонных блоков до постельного белья и икон. Преобладают швейные производства, дающие треть объема выручки (почти половина цехов), дерево- и металлообработка. По количеству рабочих мест точных данных нет, но, согласно официальной статистике, в мужских колониях работает около трети, а в женских — около двух третей заключенных.

Оплата этого труда всегда и везде ниже МРОТ, что противозаконно. Она полностью зависит от способа произвола администрации колонии: учитывается и оплачивается только 8 часов, положенные по КЗОТ, сверхурочные не учитываются, зато всегда вычитают за невыполнение нормы или за плохую работу. Кроме того, часть заработанных денег идет на содержание ― еду, одежду, коммунальные услуги.

Надежда Толоконникова Надежда Толоконникова. Фото: РИА Новости

В 2013 году Надежда Толоконникова, участница Pussy Riot, отбывавшая наказание в мордовской женской ИК-14 за панк-молебен «Богородица, Путина прогони», объявляла голодовку, чтобы привлечь внимание к использованию рабского труда. Спустя пять лет, в 2018 году, Следственный комитет подтвердил использование рабского труда осужденных женщин. Начальник ИК-14 Юрий Куприянов и несколько его подчиненных были уволены. Однако в конце прошлого года стало известно, что это ни на что не повлияло. Заключенная Ирина Ушанова рассказала, что осужденных по-прежнему заставляют работать сверхурочно, угрожая избить их или лишить еды. При этом зарплата не превышает 350–400 руб. в месяц. Это еще неплохо: в колонии-поселении № 21 Пермского края при рабочем дне 9–10 часов заключенные получают на руки 75 руб. в месяц, а Толоконникова рассказывала, что иногда ее месячная зарплата составляла 29 руб.

Между Западом и Востоком: третий путь российской тюрьмы

Хотя, надо признать, что и за рубежами нашей родины оплата труда заключенных редко приближается к средней по стране. Есть исключения. В Швеции обязаны работать все осужденные, за отказ от работы следует ужесточение режима. Но зарплату получают в полном объеме, расходы на содержание преступников берет на себя государство. В финской тюрьме работать не обязательно, но тот, кто работает ― обычно всего несколько часов в день на приусадебном участке или в мастерской тюрьмы, ― получает около 200 € в месяц. В Норвегии ровно наоборот. Каждый осужденный обязан работать или учиться, но все заработанные деньги отдавать в бюджет.

Во Франции работает около трети заключенных. Они могут заниматься хозяйственным обслуживанием тюрьмы либо работать на производстве на нужды пенитенциарной системы или частных предприятий. Зарплата по закону должна быть в пределах 20–45 % от МРОТ временного работника, однако никакого трудового контракта с осужденными не заключают, то есть могут менять условия труда и оплаты произвольно. Услугами заключенных пользовались Yves Rocher и L'Oréal.

В Германии заключенный трудиться обязан, отказ от работы не карается. Оплата начисляется минимальная на данный момент в стране, но осужденный имеет право искать работу вне тюрьмы, и в этом случае сам договаривается об оплате.

В Китае по-другому, здесь заставляют работать даже тех, кто не осужден, но находится в так называемом центре заключения. Но эта нелегальная принудительная эксплуатация ни в какое сравнение не идет с узаконенной — в исправительно-трудовых лагерях. Условия там бесчеловечны, а прибыли огромны, ведь этот труд не оплачивается вообще. Заключенные женского исправительного лагеря провинции Юньнань работают более 16 часов в день с одним часовым перерывом на обед. В женском исправительном лагере провинции Цзилинь работать заставляют даже больных. Отдых только два раза в год ― по случаю прихода к власти компартии и во время китайского Нового года.

На территории обычных тюрем часто размещают крупные предприятия. Шанхайская женская тюрьма производит одежду, упаковки для Gillette и косметики Цзяхуа, этикетки для масла Goldfish Oil, отрывные купоны KFC и розетки Eagle.

прочитать весь текст

Частная тюрьма для хозяйственных нужд

Сдача заключенных в аренду уже довольно давно практикуется в российской пенитенциарной системе. В прошлом году ФСИН заключила с частными предпринимателями договоры на 7 млрд руб. Но такое было и раньше. По данным Государственного архива РФ, на 1 ноября 1947 года 353 723 заключенных ГУЛАГа были на работах сторонних заказчиков. Теперь эта коммерция легализована законом. Юрист Сергей Трутнев считает, что в результате возникнут «частные колонии со своими жилыми бараками, со свей охраной, своим карцером». Кроме того, это повлечет общее снижение уровня зарплаты по отдельным профессиям.

Впрочем, эта практика в мире также существует. Как помнится, главный коммерческий актив несравненной Скарлетт О'Хары ― знаменитая лесопилка ― был создан трудами каторжников. Частные тюрьмы есть в США и сейчас. Они заключают соглашения с крупными компаниями. Труд заключенных в разное время использовали Motorola, Boeing, Microsoft, Revlon, IBM, Hewlett-Packard. Зарплата у заключенных частных тюрем невелика — 0,9–4 $ в день. Каков финансовый успех предприятий, не оглашается. Но отечественный опыт подсказывает ― он невелик.

Историк Леонид Бородкин оценивает роль ГУЛАГа в экономике СССР на уровне 2–4 %. Что касается производительности труда, то она составляла 40–50 % от производительности вольных работников. Себестоимость работ ГУЛАГа по факту в несколько раз превышала плановую. Например, 1 кубометр земли на строительстве северного тракта Чибью–Крутая по смете обходился в 1,06 руб., а реально ― не менее 6 руб. Главная задача ГУЛАГа — выйти на самоокупаемость — выполнена не была. В 1948 году Совмин СССР был вынужден выпустить постановление о частичном введении зарплаты заключенным на производстве. Тем не менее в 1952 году вклад ГУЛАГа в ВВП составил всего 2,5 %. При том, что количество заключенных ИТЛ было близко к максимальному (2,5 млн человек).

Еще в 2014 году основатель «Руси сидящей» Ольга Романова напоминала: «В 1953 году Берия начал демонтаж ГУЛАГа не потому, что он хотел выпустить уголовников на свободу. А просто экономически это стало затратно и невыгодно государству. Нынешнее руководство ФСИН предлагает теперь все это воссоздать. Ребята, историю изучите».

И все-таки российский бизнес смотрит на новые перспективы с оптимизмом. Использовать труд осужденных готова Оксана Хрусталь из группы компаний «Чайковский текстиль». Беспокоят ее только два момента ― обеспечение безопасности и текучка кадров. По ее мнению, государство должно озаботиться надежной охраной каторжниц, а после освобождения явочным порядком переселять их в регионы, где работали, будучи заключенными, чтобы продолжали усердно трудиться там же. Этакая узаконенная высылка на вечное поселение. К сожалению, госпожа Хрусталь не озвучила, какой будет зарплата этой «свободной» работницы ― как до освобождения или все-таки выше.

Понятно, что закон одобряют во ФСИН. Еще до его принятия там заявили, что готовы включиться в «мусорную реформу». Создать на своей территории центры переработки отходов. «Считаем целесообразным включить в региональные программы субъектов федерации мероприятия по привлечению осужденных к работам по сортировке и переработке твердых коммунальных отходов с учетом того, что свободных трудовых ресурсов в колониях-поселениях около 8 тыс. осужденных», — заявил бывший директор ФСИН Геннадий Корниенко. Он уволен, но в томской ИК № 4 уже полным ходом идет работа по изготовлению мусорных бачков. Рвутся на борьбу с мусором работники ФСИН в Свердловской области. «У нас есть опыт в колонии № 5, где прессуют макулатуру по договору с коммерческой структурой. Есть проекты переработки пластика в колонии № 66 в Первоуральске. Есть опыт переработки резиновых покрышек в одной из тагильских колоний. Поэтому, если будут какие-то у предпринимателей и властей предложения, мы готовы», — сообщили в пресс-службе ГУФСИН по региону.

Рабочих в аренду готовы предоставить бизнесу пенитенциарные учреждения Петербурга и Ленинградской области. Вступить в коммерческое сотрудничество готовы даже легендарные «Кресты», хотя это СИЗО и его сидельцы вроде бы работать не должны.

Весной главный инженер УФСИН Дмитрий Новосельский обсуждал с Александром Быковым, главой «Торгового дома фермеров и сельскохозяйственных товаропроизводителей Ленинградской области и Санкт–Петербурга» контракт на поставку заключенных для работы в частных фермерских хозяйствах. Предполагается, что дешевая рабсила позволит снизить стоимость сельхозпродукции на 20 %. Это, кстати, весьма новаторский подход: ранее зеков в промышленных масштабах на полях страны не использовали.

Бывший зек Евгений Грибов отбывал срок в новосибирской ИК-3 за хищения (ч. 4 ст. 159 УК РФ). Являясь ныне председателем правозащитной организации «Сибирский острог», он предложил проект создания на базе этой колонии крупного производственного комплекса. «Для бизнеса в числе преимуществ: дешевая аренда производственных площадей, более дешевая рабочая сила», — пообещал он. По словам Грибова, реакция ФСИН на его предложение «очень положительная».

Ну и конечно, интерес к дармовой рабсиле проявляют госкорпорации. В минувшем апреле стало известно о том, что Сергей Чемезов, глава «Ростеха», и ФСИН подписали проект соглашения об использовании труда заключенных. Содержание документа не уточняется. Но в госкорпорацию входит более семи сотен предприятий разных отраслей промышленности, так что работа для зеков найдется.