GOLD 1582.40
РТС 1008.85
DJIA 21181.48
NASDAQ 7201.80
мнения

Является вином

Крым и Краснодарский край бурлят — каждую неделю появляются новости о сделках и проектах в винодельческой отрасли. Постепенно нарастает активность в Ставрополье, на Дону, в Дагестане — пока это небольшие проекты от 10 до 50 га, но динамика налицо.

Виноделие сейчас становится едва ли не самой интересной и перспективной отраслью в российской экономике. Во‑первых, это интересно, увлекательно, престижно. Во‑вторых, отраслью заинтересовались крупные игроки, в том числе из числа «олигархов» путинской формации, что привело к мощной лоббистской поддержке. Наконец, вопреки расхожим суждениям, сложившаяся конъюнктура позволяет на вине зарабатывать.

Однако виноделие только в прошлом году всерьез заявило о себе как инвестиционно привлекательная отрасль. Что же произошло?

С точки зрения объемов рынка ничего не изменилось. Революция произошла в структуре. Россияне потребляют ежегодно около 1 млрд бутылок вина, которые делятся примерно пополам между импортом и отечественными производителями. Но до прошлого года у российского виноделия была одна специфическая особенность — почти 40–60% «российского» вина и шампанского российским не являлось. Это было импортное вино, завезенное в Россию наливом — так называемый балк — и уже здесь разлитое по бутылкам. Балк может быть плохим и хорошим, дешевым и дорогим. В Россию завозили преимущественно дешевый — из Испании, Чили и ЮАР — и, разлитый по бутылкам, выдавали за отечественный продукт. Никаких экономических стимулов инвестировать в виноградники при такой конъюнктуре не было, а потребителей просто обманывали, формируя у них представление о российском вине как о низкокачественном безликом продукте.

Все поменялось 27 июня 2020 года, когда вступил в силу Федеральный закон № 468 «О виноградарстве и виноделии в Российской Федерации». Теперь импортный виноматериал, разлитый по бутылкам на территории РФ, не может называться вином. Российский производитель обязан крупно писать на этикетке — «не является вином». Рынок импортного балка был в одночасье убит. И тут же взлетел спрос на российский виноград, которого оказалось очень мало.

На фоне принятия нового закона, новой акцизной политики и федеральной программы субсидирования виноградарства активизировались крупные игроки. Вышло на рынок «Шато де Талю» в Краснодарском крае (принадлежит бывшему министру сельского хозяйства Александру Ткачеву), объявили о запуске масштабных программ «Фанагория» из того же Краснодарского края, крымские «Золотая балка» и «Солнечная долина». «Абрау-Дюрсо» буквально через неделю после вступления в силу нового закона поспешило купить уже существующие виноградники — 2000 га. Появился новый крупный игрок — холдинг «Мое вино», принадлежащий банку «Россия», который объединил сразу несколько значимых винных активов — от бутиковой «Усадьбы Дивноморское» в Геленджике до крымского гиганта «Инкерман» и знаменитого «Нового Света». Сделкой 2020 года стала покупка банком «Россия» на приватизационных торгах легендарной крымской «Массандры» с 4 тыс. га виноградников. Именно лоббистским возможностям акционера банка «Россия» Юрия Ковальчука приписывают столь стремительные преобразования в отечественном виноделии.

И хотя сейчас на слуху только крупные сделки, в реальности запускаются сотни других проектов. А именно небольшие винные хозяйства способны создать нужную «плотность» игроков, так необходимое отрасли насыщение, чтобы вывести ее из разряда «олигархических» развлечений в разряд интересного и эффективного бизнеса, который предложит потребителям большой и качественный выбор настоящего российского вина. Присоединяйтесь!