$ 77.73
 85.74
£ 94.58
¥ 71.40
 80.72
Нефть WTI 33.51
GOLD 1582.40
РТС 1008.85
DJIA 21181.48
NASDAQ 7201.80
мнения

«Сколково» активно работает с госконтрактами

Президент Московской школы управления «Сколково», экс-заместитель министра экономического развития и торговли РФ Андрей Шаронов. Фото: Пресс-службы «Сколково» Президент Московской школы управления «Сколково», экс-заместитель министра экономического развития и торговли РФ Андрей Шаронов. Фото: Пресс-службы «Сколково»

С отставкой Дмитрия Медведева с поста премьер-министра России возникает вопрос, что будет с «медведевскими» проектами. Один из них — школа управления «Сколково», которую сейчас возглавляет бывший подчиненный Медведева, экс-заместитель министра экономического развития и торговли Андрей Шаронов. Кому нужен московский MBA и чему можно научить чиновников, президент школы управления «Сколково» рассказал «Компании».

Основатель Tencent, Пони Ма, и заместитель губернатора Ханты-Мансийска сидели за одной партой. Оба учились в бизнес-школе «Сколково», которая сегодня во многом зарабатывает на госконтрактах и иностранных студентах, а тратит — на иностранных профессоров. О том, кому нужен московский MBA и чему можно научить чиновников, рассказал «Компании» президент Московской школы управления «Сколково», экс-заместитель министра экономического развития и торговли РФ Андрей Шаронов.

Андрей Владимирович, на 13-м году жизни школы «Сколково» бизнес-школу заметили на мировом уровне. Стоило того?
Действительно, 2019 год ознаменовался тем, что российскую бизнес-школу признали международные организации Global Network for Advanced Management и Global Business School Network. Это сродни членству в SkyTeam или Star Alliance. Нас пригласили в элитный клуб 30 мировых бизнес-школ — для «Сколково» это означает признание наших преподавательских и исследовательских компетенций. Мы шли к этому последние пять лет: заключали стратегические партнерства с ведущими мировыми бизнес-школами, проходили тяжелый процесс международной аккредитации, договаривались с ведущими мировыми альянсами бизнес-школ.
Какие исследования бизнес-школа провела в 2019 году?
У нас уже девять исследовательских центров — они разные по профилю и по состоятельности и делают скорее обзоры, чем полноценные исследования. Первый исследовательский центр — Институт быстроразвивающихся рынков. В нем изучают страны БРИКС, за несколько лет мы достаточно сильно погрузились также в тему устойчивого развития, зеленой и циркулярной экономики.
Есть Энергетический центр — его эксперты сделали единственный пока в России прогноз развития мировой энергетики до 2040 года.
Наш Центр трансформации образования активно занимается проектированием НОЦ — научно-образовательных центров. Речь идет о возвращении к фундаментальной природе университета: объединять под одной крышей все отрасли знаний, которые в период индустриализации были разнесены по отраслевым вузам. Университет должен превратиться в своего рода «градообразующее предприятие» не только для города, но и для целого региона с точки зрения количества (и качества) работающих и обучающихся и доли в ВРП. Уже сейчас при экспертной поддержке Центра трансформации образования бизнес-школы создается НОЦ на базе трех регионов — Тюменской области, Ханты-Мансийского автономного округа — Югры и Ямала.
Центр управления благосостоянием и филантропии работает на пересечении таких направлений, как управление активами, преемственность и благотворительность. Одна из последних работ центра — исследование, почему показатели стоимости российских компаний существенно ниже мультипликаторов компаний даже сопоставимых с Россией стран — скажем, Китая и Индии.
Сколково, кампус Фото: Пресс-службы «Сколково»

«Индекс стоимости бизнеса» — совместное исследование бизнес-школы «Сколково» и инвестиционной группы UCP

  • Мультипликаторы базируются на реальной оценке реальных компаний реальными инвесторами, тем самым отражая фактическую оценку рисков инвестиций в конкретной стране — чем выше инвестор оценивает риски инвестирования, тем большую «подушку безопасности» он будет закладывать и тем ниже будет мультипликатор.
  • На данный момент мультипликаторы оценки российских компаний — одни из самых низких: в среднем оценка отечественных компаний примерно в два раза ниже среднего уровня по тридцати крупнейшим экономикам мира и в три раза ниже уровня компаний США.
Исследователи и преподаватели — постоянный штат или приглашенные люди?
Своих профессоров у нас 36, а приглашенных — 150 человек, они проводят в школе от 3 до 16 недель в год.
Сколько стоит час у таких профессоров?
Достаточно дорого — если мы ищем действительно лучших профессоров, у которых есть необходимый опыт, знание рынка, позиция, то конкурируем с ведущими мировыми бизнес-школами. В России очень мало профессуры, чья глубокая академичность сочетается с практической релевантностью, поэтому последние несколько лет мы занимаемся активным развитием собственного профессорско-преподавательского состава. Это нормальная практика для любой уважающей себя бизнес-школы.
Какой средний портрет потребителя ваших услуг, меняется ли он как-то со временем?
У нас очень разные слушатели, поскольку у школы есть несколько основных направлений обучения.
Первый — это корпоративные программы, когда корпорации направляют на обучение группу сотрудников — обычно 30–50 человек; они проходят несколько модулей продолжительностью от 3 до 6 дней каждый. С нами сотрудничают «Газпромнефть», «Лукойл», Сбербанк, «Евраз», ВТБ, «Росатом»… — всего более сотни корпоративных клиентов. Сюда же можно отнести команды от региональной и муниципальной власти. В прошлом году мы закончили программу по моногородам, которую делали совместно с РАНХиГС, — команды по 5–7 человек из 319 моногородов обучались у нас более двух лет. Главным продуктом обучения становится проект, который не придуман нами, а сформулирован заказчиком. Не могу сказать, что каждый проект становится успешным, но это всегда «смотрины» идеи, иногда из них рождаются прикладные решения.
Второе направление — это дипломные программы международного стандарта, MBA и Executive MBA. Средний возраст студента MBA — 30 лет, он, как правило, с пятью годами стажа, в том числе и менеджерского. Средний участник программы Executive MBA на 10 лет старше, в том числе в управленческом плане. У нас достаточно нестандартная бизнес-школа, среди наших слушателей очень много предпринимателей: например, собственников бизнеса среди слушателей МВА — около 45 %, на программе Executive MBA этот показатель доходит до 60 %. Наконец, есть программы предпринимателей и короткие программы по отдельным направлениям.
Сейчас появилось много онлайн-курсов; американский онлайн-университет Minerva уже составляет конкуренцию Лиге плюща. Бизнес-школа «Сколково» этого не боится?
С одной стороны, нельзя игнорировать развитие онлайн-образования. С другой — оно не превратилось и уже, наверное, не превратится в могильщика обычного образования, как казалось всего 5–7 лет назад.
Вы упомянули Minerva, я скажу, что их основатели уже дважды бывали в бизнес-школе «Сколково» и с ними ведутся переговоры по возможному сотрудничеству. Мы пока не можем претендовать на лидерство в сфере онлайн-образования, но стараемся извлечь все уроки технологической трансформации.
Растет ли число слушателей из-за границы? На недавней пресс-конференции были озвучены данные, что за год у вас прошли обучение 600 слушателей из Китая.
Китайские студенты к нам приезжают на короткие программы Doing Business in Russia в рамках партнерства с ведущими бизнес-школами Китая. Из забавных моментов: у нас учился Пони Ма — основатель компании Tencent, которая входит в тридцатку глобально рейтинга Forbes, и Го Гуанчан — основатель компании Fosun Group, также один из богатейших китайцев.
Поскольку программы MBA идут на английском, у нас есть возможность приглашать иностранных слушателей. В основном же к нам едут из стран СНГ — например, Казахстана, Армении, Узбекистана, мы видим активность со стороны Азербайджана. В меньшей степени — из Белоруссии и Украины: для них магнитом является Восточная Европа, в частности Польша и Чехия.
Кого легче привлечь — иностранных преподавателей или студентов?
В нашей ситуации — преподавателей. За слушателей мы не конкурируем по цене, потому что мы дороже, чем восточноевропейские школы, и гораздо дороже, чем российские. Но здесь более важен другой фактор: студенты выбирают не просто школу, но и страну обучения, которая должна соответствовать многим критериям: быть комфортной, безопасной, быть мировым лидером по каким-то показателям. Россия же пока не может похвастаться чем-то выдающимся, несмотря на заметный прогресс в некоторых рейтингах.
Как вы оцениваете уровень конкуренции в стране и за ее пределами?
В России больше 100 бизнес-школ, 20 из них уже имеют неплохой уровень. Но конкуренция вне страны более ощутимая: существует заметный контингент управленцев, которые выбирают иностранные бизнес-школы — вот за этих людей мы хотели бы побороться.
В этом случае наш потенциальный слушатель очень придирчиво смотрит на нас, сравнивая с бизнес-школами Чикаго, Лондона, с именитыми IMD и INSEAD или Стокгольмской школой, с которой мы конкурируем за студентов российского северо-запада. Нас оценивают по уровню профессоров, по качеству образования и тому, насколько успешны наши выпускники.
Как вы оцениваете платежеспособный спрос внутри страны?
В России последние 10–15 лет растет интерес к бизнес-образованию и количество студентов, даже несмотря на высокую стоимость услуг. Но одновременно существует большая эластичность спроса по цене.
Западная практика, при которой молодой человек берет кредит на обучение в бизнес-школе, диплом которой гарантирует ему хорошее трудоустройство и возможность расплатиться с банком, в России пока не прижилась. Пока что Россия находится на одном из последних мест по числу менеджеров с дипломом МВА, но некоторые исследования показывают, что работодатели готовы платить существенно больше менеджерам со степенью МВА.
Для поддержки талантливой молодежи мы выделяем через грантовый фонд на программу МВА порядка 1 млн долларов в год. Это всё деньги российских частных компаний и предпринимателей. Более 30 компаний и частных лиц, а также наши выпускники сделали пожертвования в грантовый фонд. В прошлом году на 50 грантов претендовали примерно 3000 человек, большинство из них — не из Москвы. Очередной конкурс грантов только-только стартовал, подать заявку можно до 8 марта.
Сколково, выпускной Фото: Пресс-службы «Сколково»
Давайте вернемся к вопросу обучения представителей региональной власти. В бизнес-школе «Сколково» прошли обучение чиновники из Ханты-Мансийска. На обучение всех чиновников региона в бюджете округа предусмотрено почти 200 млн руб. в год. Планируется ли развивать программы для регионов?
Да, конечно. Первым регионом, с которым была большая управленческая программа, стал Архангельск. Это было более 10 лет назад. Потом были Ленинградская область, Татарстан, Башкирия, Подмосковье, Москва, Тюмень, Ямало-Ненецкий автономный округ.
Это госконтракты, и нам иногда бывает очень сложно конкурировать по цене. Иногда стартовая цена контракта очень низкая — тогда мы просто не участвуем в тендерах. Когда она дотягивает до нашего уровня, то выходим на тендер.
Какую долю бюджета школы формируют госконтракты? Изменилась ли эта цифра за последнее время?
Около трети. За последние четыре года этот показатель немного вырос: мы достаточно активно работали с этим сегментом.
У вас самого есть бизнес-образование?
У меня нет степени MBA, но я учился на длинных программах в INSEAD и в родной бизнес-школе «Сколково», а также прошел недельные программы в Стенфорде (США), в школах Великобритании, Германии и Канады. Сейчас я учусь на программе DBA в бизнес-школе SDA Bocconi (Италия).
Можно ли предпринимательству научить?
Бизнес-школа может помочь их развить. Заметное количество наших слушателей-менеджеров после прохождения обучения пробуют себя в предпринимательстве.
Могу предположить, что это обусловлено тем, что в «Сколково» люди и едут за связями и админресурсом, без которого в России успешный бизнес не построишь. Вы согласны?
Вхождение в сообщество выпускников Школы является безусловной ценностью для слушателей, это подтверждается многочисленными опросами; кроме того, это многими рассматривается как конкурентное преимущество бизнес-школы «Сколково» перед хорошими зарубежными школами. Именно поэтому мы так тщательно подходим к отбору кандидатов, а также ужесточаем учебную дисциплину. При этом я не считаю, что мы даем нашим выпускникам какой-то особенный административный ресурс.
Является ли сама бизнес-школа прибыльным проектом?
С самого начала, 13 лет назад, школа задумывалась как некоммерческий проект. Все учредители, которые вложили свои деньги, договорились, что они не будут получать дивиденды. Всё, что зарабатывает бизнес-школа «Сколково» сегодня, идет на образовательный процесс — на содержание кампуса, на гранты, на исследования, зарплату преподавателям и сотрудникам.

Согласно информации на официальном сайте, стоимость программы СКОЛКОВО MBA — €60 000 программы СКОЛКОВО EMBA — €95 000. Цены включают проживание в кампусе.
Для сравнения, обучение в испанской INSEAD стоит €80 800, проживание оплачивается отдельно (€10 000).