$ 74.08
 89.45
£ 100.26
¥ 71.31
 82.98
GOLD 1833.22
РТС 1464.42
DJIA 30814.26
NASDAQ 12998.50
финансы

IPO по-русски: народ платит всегда

Фото: ТАСС Фото: ТАСС

Мелкие инвесторы, массово выходящие на фондовый рынок из убыточных банковских депозитов, обожглись этой осенью дважды — на акциях «Совкомфлота» и Ozon. Почему участие в российских IPO так подозрительно напоминает казино и плодит теории заговора?

24 ноября на американской и российской биржах прошло IPO российского интернет-ретейлера Ozon. Цена была установлена на уровне $27 за акцию, но в связи с наплывом заявок ее подняли до $30, а в первый день торгов она поднималась до $43. Но уже 25 ноября акции Ozon без явных новостных поводов упали на 9 %, расстроив массовых игроков. Ситуация до боли напомнила «народное» IPO «Совкомфлота» 7 октября, в ходе которого более 40 тыс. розничных инвесторов купили акций на 6 млрд руб., но при этом в первые же часы торгов акции обвалились на 12 % со 105 до 92 руб.

Реакцией рынка в обоих случаях стали предположения о распродаже со стороны андеррайтеров или крупных акционеров, поскольку лоты на продажу были большие, а розничные инвесторы обычно играют в долгую. В истории с «Совкомфлотом» с подачи Telegram-каналов, ссылавшихся на данные «терминала Bloomberg», обсуждалась версия о том, что свою долю бонусных акций на биржу выбросил J. P. Morgan. Эта компания, вместе с «ВТБ Капитал», Citigroup Global Markets, Sberbank CIB и BofA Securities, выступала организатором IPO. Но сам букраннер ситуацию не комментировал, а участники рынка разошлись в толковании вероятных мотивов такого сброса.

В случае с Ozon 27 ноября масла в огонь подлило сообщение одного из двух крупнейших акционеров, АФК «Система», о сокращении своей доли в интернет-ретейлере с 42,99 до 33,83 %. Притом что на открытии торгов та же «Система» и другой крупный акционер, Baring Vostok, выкупили с рынка около 2 % акций Ozon, а продажа акций противоречила бы обязательству «Системы» соблюдать полугодовой lock-up.

В самой «Системе» призывают не обращать внимания на сокращение ее доли, называя это «промежуточным результатом». «Мы не продавали свои акции в ходе IPO, наша доля, как и доля Baring Vostok, в ходе допэмиссии размывалась, — пояснил "Ко" представитель компании. — Мы, наоборот, докупали акции, чтобы наша доля по итогам IPO составила указанную в релизе 33,1 %. И мы взяли на себя обязательство, достигнув этого уровня, не продавать свои акции в течение полугода».

Факт допэмиссии акций Ozon действительно зафиксирован. Кто в обоих случаях выбросил на второй день большие лоты, дав основания говорить об IPO по-русски как о казино, так и осталось невыясненным — общим стало мнение о неких крупных спекулянтах-инсайдерах, заработавших на массовом ажиотаже.

Президент ИК «Московские партнеры» Евгений Коган напоминает, что в ряде стран есть довольно жесткие законодательные ограничения на участие аффилянтов и инсайдеров. «Например, аффилированные лица после IPO имеют право продавать ценные бумаги только через какой-то период времени, — поясняет он. — Или, купив акции, они имеют право их продать только через три месяца, ответственность за нарушение — вплоть до уголовной. При этом андеррайтеры обычно входят в список аффилянтов и инсайдеров».

В России, по словам Когана, инсайдерское законодательство в этом плане не развито. «Мы часто боремся с какой-то ерундой, — возмущается он. — Например, я купил некие акции на бирже, потому что они росли, потому что у компании хорошие показатели, и даже после роста эти акции не дорогие. А к нам биржа прибежала с криками "инсайд, инсайд, объясните ваши действия". И нам пришлось писать письмо, почему мы покупали бумагу, когда она росла».

Между тем биржевые аналитики обращают внимание на качество самих активов. Ozon, несмотря на удачное поначалу размещение, уже много лет остается планово-убыточным. Убыточным в 2017-2018 годах был и «Совкомфлот», а его хорошие показатели за 2019 год и за первое полугодие 2020-го связаны с высоким спросом на танкеры в качестве временных хранилищ нефти. В общем, виноград был не так уж и сладок.