$ 76.75
 91.11
£ 100.90
¥ 73.40
 84.91
GOLD 1926.11
РТС 1145.72
DJIA 28301.46
NASDAQ 11530.98
бизнес

Как «Строймонтаж» превратился в «Миракс»

Фото: ТАСС Фото: ТАСС

Экс-акционер Mirax Group Максим Привезенцев опубликовал новый фрагмент своей будущей книги «История мираксздания». На этот раз он вспоминает об обстоятельствах ребрендинга компании. Это были времена, когда стратегия брендинга обозначалась одним словом — «прикольно». Но о вкусах не спорят. «Компания» продолжает публикацию этой истории.

Идея ребрендинга компании витала с 2002 года. Первым о смене названия заговорил Саша Бабурин, отвечавший тогда за маркетинг. Он считал, что при рекламе «Строймонтажа» рекламируется строительная отрасль и питерский «Строймонтаж», а не московская компания. С появлением проекта в Москва-Сити идея обрела актуальность.

Новый руководитель маркетинга Руслан Макаров в начале 2004 года привлек известных на тот момент рекламщиков, включая Артемия Лебедева и Владимира Цеслера, но Полонский предложенные названия отверг.

Название «Миракс» он предложил сам и отказывался рассматривать альтернативы. Откуда возникла идея, девелопер не рассказывал.

На тот момент с названием Mirax в мире было только два продукта — азиатские презервативы и психотропный медицинский препарат из того же региона.

Пользовался ли он ими — не известно, но, когда при первых обсуждениях была озвучена эта ассоциация, Полонский не удивился, но потребовал больше эти аргументы не озвучивать.

«Самоучки» — skill’ы бизнесменов 2000-х. Шальные деньги кружили голову, а о формировании долгосрочных стратегий никто не думал, никто и не знал, что это такое. Горизонт планирования — от одного проекта, который вдруг свалился, до другого. Анализ рисков сводился к пониманию возможностей «крыши».

Ассоциация названия фирмы с гондонами не могла нас пугать, поскольку «стратегия брендинга» сводилась к термину «прикольно» и «мне нравится». Будь мы тогда в Индии, и предложи кто-то название с ассоциацией «трахать коров», мы бы сочли это крутым.

Так «Строймонтаж» стал «Мираксом».

Название «Башня Федерация» при выборе нейминга проекта в Сити было предложено Адикаевым Владимиром Анверовичем, отцом Алексея, нашего партнера. Именно благодаря Адикаеву-старшему, как его за глаза звали в конторе, проект в Сити и появился в портфеле компании.

Бизнес с друзьями был хорош в 90-х, потом друзья поубивали и пересажали друг друга. В 2000-х выжившие бизнесмены стали дружить с silovikami и властью, обрастая менеджерами с образованием инженеров и гуманитариев, которые постепенно становились экспертами. Владимир Анверович был из их числа.

Шалва Чигиринский с мэром Москвы Лужковым объявили об идее строительства в Москва-Сити «Башни Россия» и Владимир Анверович аргументировал название «Башня Федерация» как самое актуальное в векторе пафосных неймингов федеральных и столичных властей в стремлении закрепить в камне образ новой России.

Он описывал плюсы имени башни в стиле Нью-Васюков: «В "Башню Федерация" переедут федеральные министерства и ведомства, и проект станет современной альтернативой Московскому Кремлю».

Эти «доводы» были для нас неопровержимыми. Беспочвенные амбиции в сочетании с провинциальным апломбом были благодатной почвой для ПТУшного креатива.

В 2000-х многим везло, и бабло буквально «сыпалось с неба». Тут и наступала стадия помешательства. Предпринимателю казалось, что так прет благодаря его гениальности и так будет всегда. Сумасшествие распространялось до рядовых сотрудников, и в конечном итоге трудолюбие и расчет уступали место риску и вере в фарт. Сотрудники поумней лили хозяину в уши лесть, в горло спирт, в ноздри «кокс», формируя теневые денежные потоки в своем направлении.

Кокаин и алкашка — главные друзья коммерсантов 2000-х. «Мельники» — так звали кокаинщиков siloviki. Сколько судеб и бизнесов было пронюхано и пропито. Но интернет помнит всё, и только самоуверенный недоумок может считать иначе.