GOLD 1582.40
РТС 1008.85
DJIA 21181.48
NASDAQ 7201.80
бизнес

«Мы скоро окажемся в совершенно новой налоговой системе»

Фото: Коммерсант/Легион-медиа Фото: Коммерсант/Легион-медиа

Превентивная блокировка имущества компаний в ходе выездных налоговых проверок гарантирует остановку бизнеса, обесценивает его активы и создает условия для рейдерских захватов, считают юристы. По их мнению, у ФНС и так достаточно инструментов для взыскания недоимок, включая сервис «Налоговый потенциал». Между тем блокировки — то лишь первая ласточка: эксперты ждут ужесточения арбитражного, административного и уголовного законодательства. 

На прошлой неделе выяснилось, что ведомство Антона Силуанова предлагает дать ФНС право блокировки имущества компаний, где начата выездная налоговая проверка, до ее окончания и без решения суда. Блокировать позволят имущество, эквивалентное сумме предполагаемой недоимки. Это недвижимость, автомобили, мебель и «прочие активы» — все, кроме готовой продукции, сырья и материалов для продолжения производства. Продать или заложить блокированное имущество компания не сможет.

Сейчас ФНС имеет возможность быстро блокировать счета компании. Но ее имущество она может арестовать лишь по итогам выездной проверки, которая иногда длится годами. За это время собственники компании способны вывести активы и обанкротить ее. Новый законопроект позволит арестовать имущество в случае одного лишь подозрения в намерении не заплатить налоги. Снять блокировку можно будет под банковские гарантии на сумму налоговых претензий, под залог ценных бумаг или поручительство третьих лиц. За каждым залогом надо будет бежать в налоговую — так описывают новую реальность бизнесмены.

Чтобы снизить риски рейдерства и коррупции, Минфин оставляет право блокировать имущество компании только за руководителем налогового органа с разрешения главы или замглавы ФНС. Журнал «Компания» выяснял, снизит ли это риски и какие инструменты остаются у бизнеса для его защиты.

Сергей Гебель, гендиректор юридической компании «Гебель и партнеры», эксперт по налоговой практике:

С одной стороны, это предсказуемая инициатива: государство поставило цель обелить экономику. Налоговая цифровизируется, действуют автоматизированные системы контроля, движения по счетам отслеживаются, работают аналитические группы, инспекторы еще до проверки знают, добросовестно себя ведет бизнес или не совсем. Играть с государством в рулетку уже невыгодно: так или иначе, вывод активов увидят и будут либо уголовные дела, либо взыскание в рамках субсидиарной ответственности.

Очевидно, что превентивная блокировка активов приведет к ужесточению других отраслей законодательства, включая процессуальное, административное, уголовное. Не исключаю, что скоро мы окажемся в новой налоговой системе. Поэтому я давно всем говорю: обеляйтесь, и обеляйтесь правильно, это залог вашего устойчивого развития.

С другой стороны, остановка бизнеса в случае долгой проверки гарантирована, а механизма обратной защиты у предпринимателя нет. Это может «убить» мелкий и средний бизнес и укрупнить крупный, обесценить предприятия, потому что они не смогут, например, в режиме обычного делового оборота кредитоваться и обеспечивать свои обязательства залогами.

Кроме того, превентивная блокировка имущества по внутренним субъективным критериям налоговиков — это возможный риск узаконенного рейдерства и поле для коррупции. Необходимо обеспечить баланс интересов всех участников налоговых правоотношений, иначе такая инициатива может перерасти в беспредел. У налоговой уже есть набор инструментов, достаточный и для предупреждения налоговых нарушений, и для взыскания недоимок.

Светлана Мишукова, ведущий юрист налоговой практики Консалтинговой Группы ЭТАЛОН:

По мнению налоговых юристов КГ ЭТАЛОН, предоставление ФНС права блокировать имущество налогоплательщика до окончания налоговой проверки необоснованно и будет нарушать права добросовестных налогоплательщиков. 

Во-первых, у налоговых органов и на данный момент достаточно ресурсов и рычагов для гарантированного взыскания с недобросовестного налогоплательщика налогов. В их числе — полная осведомленность налогового органа как результат прозрачности и цифровизации экономики и всего мира, передовые аналитические программные средства и, конечно же, установленная законом возможность привлечения к субсидиарной ответственности по долгам налогоплательщика его контролирующих лиц. Действенность этих инструментов уже подтверждена высокими результатами налоговых взысканий.

Во-вторых, арест имущества до окончания проверки может привести к блокировке работы добросовестных организаций с неясными перспективами для сотрудников. Добросовестность предполагается, пока налоговый орган не доказал иное, а выводы и доказательства уклонения от уплаты налогов устанавливаются после окончания налоговой проверки в акте и решении.

Таким образом, нарушается презумпция невиновности, если рассматривать арест как обеспечение, необходимое в отношении недобросовестного налогоплательщика. Такие методы, к сожалению, дадут экономический эффект по взысканию реальных денежных средств по итогам проверки с крупных налогоплательщиков, но часть предприятий малого и среднего бизнеса закроются навсегда. 

Александр Хуруджи, правозащитник:

Время появления этого законопроекта выбрано явно неслучайно: все в отпусках, в выборах. Расчет явно на то, что он проскочит незаметно, а осенью выяснится, что уже принят. Поэтому я его комментирую как уже свершившийся факт.

Я вижу здесь очень большие риски, в том числе и коррупционные. Потому что критерии блокировки активов в законопроекте размыты и могут быть применены избирательно. Глава или даже замглавы ФНС не в состоянии лично изучить такое количество дел и будет опираться на документы подчиненных. А поскольку у нас сейчас даже такого состава преступления, как «рейдерство», нет, всегда есть риск, что кто-то эту новую возможность использует.

Что делать предпринимателям? Во-первых, нужен хороший юрист по налогам. Раньше в отношениях с налоговой предприниматель опирался на бухгалтера. Но наступает время, когда риски со стороны налоговой так высоки, что, я думаю, это породит целое направление юридической практики.

Второе — надо использовать те инструменты, которые у бизнеса уже есть. Обратиться с заявлением в Межведомственную рабочую группу при Генпрокуратуре по защите прав предпринимателей. Когда есть риски рейдерского захвата, нужно составить обращение в Центр общественных процедур «Бизнес против коррупции», к бизнес-омбудсмену Борису Титову и к региональному уполномоченному по защите прав предпринимателей. Если рейдеры пытались взять с наскока, не исключен вариант, что они отступят. Только делать это надо сразу же.

Если налоговая не только блокирует счета, но и инициирует уголовное дело, нужно обращаться на платформу «За бизнес», созданной по решению президента при Агентстве стратегических инициатив (АСИ). Кроме этого, напишите заявление в прокуратуру, сообщив, сколько у вас работает людей и что происходит в связи с блокировкой залогового имущества.

Поскольку практики превентивной блокировки активов пока не имеют ни налоговики, ни предприниматели, то первое время у бизнеса еще какой-то шанс есть. Как только этим новшеством научатся качественно пользоваться в своих интересах профессиональные рейдеры, все будет гораздо сложней.