Вопрос стабфонда
Ответственные государственные товарищи, наконец, занялись вопросом стабилизационного фонда. Уместно выглядело заявление, что используется он не просто нехорошо, а безобразно. Начнем с того, что размещен он в странах, которые могут считаться нашими потенциальными противниками. Эти средства могут быть заморожены в любой момент держателями нашего стабилизационного фонда (иностранными банками). Исходя из соображений безопасности, он ничего не стабилизирует, это дестабилизационный фонд.
Если даже абстрагироваться от вопросов национального суверенитета, то экономическая эффективность этих средств предельно низкая. Фонд размещается в самых низкодоходных бумагах, надежность которых, с точки зрения макроэкономического анализа, становится все более сомнительной в связи с фундаментальными проблемами американской финансовой системы.
Некто Илларионов* сформулировал задачи, которые стоят перед стабилизационным фондом. Он предложил, во-первых, снизить границу отсечения (цену на нефть, выше которой вся прибыль отчисляется в стабилизационный фонд), во-вторых, вообще не использовать стабилизационный фонд (кроме как на выплату долга) и, в третьих, запретить формирование любых инвестиционных проектов и отказаться от национальных программ. Эта логика очень хорошо продолжается господином Кудриным, который предложил в ближайшее время полностью погасить внешний долг России.
Ни перед одной современной экономикой не стоит проблема возвращения долга. Есть проблема его обслуживания. Современная экономика кредитна, крупные государства используют заемные средства на проекты развития, на срочные и прочие нужды. Очень важно иметь кредитный рейтинг. Хорошо обслуживаемые обязательства государства на внешнем рынке являются абсолютно цивилизованной формой финансовых отношений, гораздо более выгодной, чем отсутствие таких обязательств. Что имели в виду Кудрин и Илларионов? Не то ли, что имел в виду Чаушеску, когда погасил внешний долг Румынии?
Касьянов* установил «справедливую» цену на нефть – $20 – 25 за баррель. Для кого справедливую? Известному публицисту Максиму Соколову принадлежит фраза о том, что если бы президента России выбирали англичане, Касьянов мог бы считать себя уже избранным. Формируется устойчивая команда будущего президента Касьянова, идеологически единая, можно сказать, гармоничная в отстаивании интересов, противоположных интересам России.
Тут, однако, возникла еще одна замечательная идея – вкладывать средства стабилизационного фонда в нефтяную промышленность. Если нефтяная отрасль является источником стабилизационного фонда, то было бы разумно поддерживать этот источник. Но тогда получается, что мы средства, изъятые государством из экономического оборота, засовываем искусственно назад, для того чтобы еще глубже посадить экономику на нефтяную иглу.
Хочу напомнить фразу Гайдара о том, что история болезни и гибели Советского Союза – это график движения мировых цен на нефть, потому что Советский Союз не справился с задачей структурной перестройки экономики. Если мы не хотим, чтобы этот график стал историей болезни и смерти России, то мы должны вообще забыть о стабилизационном фонде.
Нам нечего стабилизировать. Задача стабилизационного фонда – удержать ситуацию в стране, не дать ей ухудшиться. Если мы удержим ту ситуацию, какая сейчас, – мы погибнем. Все средства страны должны быть сконцентрированы на стратегических задачах и проблемах, без решения которых страна не выживет.
* признан в России иноагентом.
Еще по теме
