$ 76.22
 90.36
£ 99.30
¥ 72.68
 84.19
GOLD 1901.56
РТС 1164.06
DJIA 28335.57
NASDAQ 11548.28
мнения

Санкционный режим не работает — доказали Дерипаска, Ротенберги и Ролдугин

Алишер Усманов и Олег Дерипаска. Фото: РИА Новости Алишер Усманов и Олег Дерипаска. Фото: РИА Новости

Международный консорциум журналистов-расследователей опубликовал данные о транзакциях на 2 трлн долларов, которые признаны подозрительными и информация о которых была направлена властям США в период с 2000 по 2017 год. В секретных файлах FinCEN (финразведка американского минфина) упоминаются ряд известных российских бизнесменов, в том числе Олег Дерипаска, Алишер Усманов, Аркадий и Борис Ротенберги, Сулейман Керимов, Алексей Мордашов...

Последствия этой публикации для финансовых организаций уже наступили: акции Barclays и Deutsche Bank, через которые, как полагают расследователи, отмывались деньги и осуществлялись сделки лицами из санкционных списков, пошли вниз на негативных новостях. 

А вот российским олигархам бояться нечего, считают опрошенные «Компанией» эксперты.

Расследование — ретроспективный анализ, и все его герои уже известны — это либо политически значимые лица, либо их родственники и бизнес-партнеры, подчеркивает Илья Шуманов, заместитель генерального директора «Трансперенси Интернешнл» в России:

«Часть этой информации, которая сейчас подается, уже была известна. Скандалы с МТС, Олегом Дерипаской, Сергеем Ролдугиным уже прогремели некоторое время назад. Сейчас нам немного приоткрыли занавес над банковскими механизмами — рассказали о получателях, объеме средств и факторах, которые позволили отнести сделку к числу подозрительных.

Последствия этого расследования затронут не упомянутых лиц или коммерческие структуры, а финансовые институты.

Утечка данных Suspicious Activity Report — это история про глобальную банковскую систему, которая в ее нынешнем виде позволяет игнорировать требования, связанные с дополнительной проверкой в отношении подозрительных лиц или транзакций, тем самым обогащая банкиров и имитируя корректную систему работы.

Как мы видим на примере значительного числа операций, банки-корреспонденты направляли сообщения о подозрительных транзакциях, не принимая должных мер по их проверке или блокировке. Фактически они использовали Suspicious Activity Report как индульгенцию: галочку поставили, а дальше — ответственность регулятора. На самом деле это не так должно было работать, и на глобальном уровне история не может остаться без внимания. Financial Action Task Force (глобальный консорциум антиотмывочных регуляторов) будет большее внимание уделять фактическому, а не формальному исполнению Suspicious Activity Report.

Кроме этого, будет виток новых проверок или расследований в отношении банков, которые игнорировали требования по противодействию отмыванию средств и использовали дыры в законодательстве для осуществления операций. Кстати, часть банков, фигурирующих в списке, уже лишились лицензий, в том числе за отмывание денежных средств.

В российской части расследования два "ярких пятна" — Олег Дерипаска и братья Ротенберги. Эти лица выставляют на фронт, потому что они находятся в санкционных списках в США и любые операции с ними в принципе запрещены».

Репутационных рисков для фигурантов расследования не будет, так как у них нет репутации, считает экономист Никита Кричевский:

«Не вижу ничего сенсационного в расследовании; суммы указаны копеечные. В нем говорят о подозрительных транзакциях, но что значит "подозрительные", никто не объясняет. В России каждый день таких подозрительных транзакций проходит миллион — все, что на сумму свыше 600 тыс. руб. Банки, как и положено, сообщают в Росфинмониторинг, а Росфинмониторинг футболит эти сообщения в мусорную корзину.

Кроме того, история показывает, что санкционный режим не работает. Он с самого начала был обречен, потому что сегодня развитие финансовых технологий таково, что обойти эти ограничения не составляет никакого труда — барьеры были актуальны лет 50–30 назад.

Экономических последствий для лиц и компаний, упомянутых в расследовании, не будет, а репутационные риски им не страшны: эти люди с самого начала понимали, что происхождение их капиталов нелегитимно, поэтому репутации у них не было и нет», — говорит экономист.

Утечка информации — это предупреждение российским элитам, считает директор Центра политологических исследований Финансового университета при Правительстве РФ Павел Салин:

«Во-первых, это было сделано, чтобы не было попыток повлиять на президентскую кампанию в США, так как есть опасения, что российские бизнесмены могут вбросить компромат против демократов, чтобы помочь Трампу.

Во-вторых, они намекают: "Ребята, ваши действия, которые вы считали анонимными, у нас под прицелом". Чтобы было известно, что засвечена вся российская элита — и Мордашов, и Ротенберги, и лица, которые считаются наиболее близкими к Владимиру Путину, — вроде Чемезова. Чтобы было ясно, что колпак это тотальный и не касается отдельных элементов и групп.

Санкции и так создают российской элите серьезный дискомфорт: раньше ее представители входили на международный рынок с парадного входа, но сейчас вынуждены пользоваться черным крыльцом. "Слив" информации демонстрирует, что этот вариант тоже под прицелом. Если представить всю эту кампанию в качестве матрешки, то официальные санкции были большой матрешкой, а внутри еще одна матрешка, которая уже касается черных ходов российской элиты на Западе.

Почему российские бизнесмены выводят деньги? У российской элиты нет того, что есть у их западных коллег, — стратегии выхода. Например, когда в США власть теряют республиканцы, то демократы их в тюрьму не сажают и собственность у них не отбирают. Они из страны ничего не вывозят, для них США — тихая гавань. Российская элита прекрасно понимает: перестанет существовать путинский режим, их здесь по максимуму разденут. Неважно, кто на его место придет. Они не связывают свое будущее со страной. Раньше они связывали свое будущее с политическим режимом. Но он в России персоналистский, а поэтому он не вечен. Поэтому они изобретают перестраховочный механизм. Им нужно здесь заработать, а жить — там».

Управляющий директор инвестиционной компании «Московские партнеры» Евгений Коган считает, что не нужно относиться к новости о подозрительных транзакциях слишком серьезно:

«Каждая третья операция на Западе признаётся подозрительной. Сегодня любую самую безопасную транзакцию можно признать таковой.

Когда американцы говорят, что они обнаружили подозрительную транзакцию, это просто означает, что были какие-то транзакции, но насколько они подозрительные — сразу точно определить сложно. Серьезно я бы не стал к этому относиться. Существует специальная база подозрительных сделок. Но это ничего не означает.

Может ли эта информация повлиять на упомянутые в расследовании компании? Конечно: деньги любят тишину и спокойствие, и, когда начинается какой-то "шорох", могут возникнуть проблемы — это особенности фондового рынка.

Ведь на самой транзакции не написано: "Дерипаска". Это только подозрения. Если есть подозрительные сделки, их просто блокируют. В такой ситуации запрашивается дополнительная информация, и, чаще всего, ее предоставляют. После этого платежи проходят. В 99 % случаев при подозрительных транзакциях просто что-то вызывает сомнения у какого-то отдельно взятого банкира».

Важнее всего выяснить, нарушают ли названные транзакции антиотмывочное законодательство, считает старший преподаватель Финансового университета при Правительстве РФ Игорь Юшков:

«Я уверен, что будет проводиться официальная проверка опубликованной информации. Этим занимается OFAC — Управление по контролю за иностранными активами, которое находится при Министерстве финансов США. Если журналисты это нашли, то явно, что у этой организации соответствующие документы были, и это, скорее всего, свидетельствует о том, что санкционных нарушений не существовало. Вопрос в том, насколько эти транзакции нарушают и нарушают ли антиотмывочное законодательство, потому что сейчас этот вопрос в Европе очень жестко стоит. На Кипре даже из-за этого отбирают "золотые паспорта", если уличают в том, что те деньги, которые были инвестированы в страну в обмен на гражданство или вид на жительство, были украдены или имеют какое-то черное или серое происхождение.

Последствия могут коснуться тех, кто имеет отношение к российским бизнесменам, а не самих бизнесменов, потому что они и так находятся под санкциями: что-то дополнительно им предъявить невозможно, потому что их счета в американских банках и так заморожены. Дополнительный момент: если пойдет расследование и выяснится, что, например, от лица Ротенбергов действуют их дети или какие-то их знакомые, тогда эти компании и персоналии тоже будут внесены в черные списки.

Фигурирующие в списке компании на какое-то время могут посчитать токсичными, и они потеряют какие-то средства. Логика такая: "Давайте от греха подальше продадим акции этой компании, потому что она где-то там фигурирует". Виновата она или нет, это уже вопрос второй».


В подготовке материала принимала участие Анна Орешкина